Девушка из трущоб - Надежда Игоревна Соколова

«Золотой мальчик» тем временем куда-то ушел, видимо, намеренно оставив уборщицу общаться с именинником. Мужчина заливался соловьем, проводил её к фуршетному столу, предложил на выбор диковинные продукты, буквально втиснул в руку хрустальный бокал с вином. Немного ошалевшая, Ася послушно что-то прожевала, сделала небольшой глоток, заставляя себя следить за быстрой и эмоциональной речью говорившего. Тут все было ей непривычно, давило на психику, девушке хотелось как можно быстрей вернуться домой, отдохнуть перед очередным рабочим днем, а хозяин все говорил и говорил, и слова обрушивались на девушку бурным водопадом, грозя утопить её в своих бурных водах.

Виктор досадливо хмурился, наблюдая за другом отца с другого конца комнаты. Что такого интересного в этой корове? Зачем она Леону? Просто переспать, так сказать для коллекции? Или что-то задумал? В первое верилось с трудом, второе было более вероятно, но тогда получается, что у их гостеприимного хозяина…

– Ты, – мило улыбаясь и охотно демонстрируя всем желающим свои идеальные формы, – продукт местной индустрии красоты – к мужчине приближалась Эльза, умопомрачительно выглядевшая в узком платье из нирея, самой дорогой ткани в Союзе Миров. – Как ты посмел меня так оскорбить!

Интересно, у кого она училась шипеть сквозь растянутые в улыбке губы? Взять бы пару уроков у того умельца.

– Привел сюда эту уродину! Пришел с ней! А я?!

Мужчина лениво пожал плечами:

– У нее нет никаких претензий. Отработала – и свободна. Хочешь на ночь на ее место?

Прозрачный намек красавица, блиставшая на подиумах всех доступных планет, поняла, вспыхнула от унижения, опасно сощурила глаза:

– Перебиваешься шлюхами? Так низко пал?

Виктор только хмыкнул:

– Не умеешь ты хамить, Элли.

– Не смей меня так называть!

Модель отвернулась и всё той же походкой от бедра направилась к столу с напитками. Подхватив бокал с ройшей, популярным розовым напитком, по вкусу напоминавшим горячий глинтвейн с корицей, девушка, мило улыбаясь, подошла к паре уборщица-хозяин дома и без раздумья выплеснула весь бокал на одежду поломойки, после чего довольно оскалилась и неспешно удалилась, демонстративно цокая каблучками. Сучка. Правильно он делает, что держится от этой дуры подальше.

В голове шумело, перед глазами постепенно начали появляться круглые разноцветные пятна, не хватало воздуха. Хотелось есть и спать, но нужно было стоять напротив именинника, покорно слушать его заумные рассуждения обо всем на свете и заставлять себя улыбаться.

Завтра очередной рабочий день. Может, удастся хоть полчаса покемарить между сменами.

Рядом неожиданно раздалось цоканье каблуков, бившее по мозгам, как молот по стене, а потом одежда вдруг намокла и стала липкой. Ася еще не сообразила, что конкретно произошло, как буквально сразу же рядом раздался холодный голос ее нанимателя:

– Мы покинем тебя, Леон. Удачно повеселиться.

И уже ей, тем же тоном:

– Пойдём к лётке.

Привыкнув беспрекословно подчиняться приказам, девушка без раздумий последовала за сыном миллионера. Только сев в машину и немного придя в себя, поняла: её облили чем-то сладким, судя по запаху – каким-то алкогольным напитком. Кто и зачем – этого случайная жертва женской ревности не знала и вникать в случившееся не желала – незачем, все равно случившегося уже не изменить. А лишние знания могли принести только лишние хлопоты.

Транспорт приземлился у дома богача. Тот, прежде чем выйти, равнодушно сообщил:

– Она запрограммирована: долетит до магазина, высадит тебя и вернется.

Дверь закрылась, лётка снова поднялась в воздух.

Дальнейшую дорогу Ася не запомнила: слишком устала. Очнулась дома, в кровати, уже переодетая. Одежду завтра постирает мать. Хорошо, что сменка есть. С этой мыслью и уснула, вымотанная всеми событиями до предела.

– Он снова рыдает?

Старая невысокая женщина покаянно вздохнула.

– Ничего не могу сделать. Не подпускает к себе никого, постоянно кричит «Ая!», практически без перерыва плачет и ничего не ест. Виктор, надо что-то делать!

Рената, практически член семьи, вырастила старшего сына и теперь с любовью нянчилась с младшим. Только ей из всей обслуги мужчина позволял постоянное панибратство, только к её мнению в вопросах воспитания Димки прислушивался. Вот и сейчас, если нянька уверяет, что дела плохи, нужно предпринимать определенные действия. Нужно… Но как же противна одна мысль об этой грязной поломойке!

Прошло трое суток после праздника. Эльза, слава Небу, больше не звонила, так что поставленной цели «золотой мальчик» несомненно добился. Но брат! Таких жутких истерик у Димки никогда раньше не случалось. Чем эта корова смогла его «зацепить»?!

Глава 3

Жизнь иногда преподносит сюрпризы, часто – неприятные. Иногда – наоборот. Хотя и в удаче всегда можно найти отрицательную сторону. Надо только знать, где искать.

Новая работа, новый коллектив, новые испытания. Пока девушка справлялась, но кто же знает, что будет завтра.

За ней приехали через три дня после приснопамятного дня рождения. Микитич снова вызвал в свой кабинет, где уже находился незнакомый мужчина.

– Поедешь с ним. Выполнять все указания.

Незнакомец терпеливо подождал, пока поломойка переоденется и вернется, вместе они, под внимательными взглядами сотрудников и клиентов магазина, дошли до уже знакомой лётки.

Опять к «золотому мальчику»? Очередной день рождения? Или нечто другое? Гадать не было смысла, и Ася всю дорогу бездумно смотрела в иллюминатор, на быстро проплывавшие внизу парки улицы, дома и едва различимые точки – людей-муравьев.

Прилетели в тот же дом, мужчина провел девушку в кабинет, отделанный неизвестным декоративным камнем. За столом из орхи сидел её бывший наниматель.

– Алик, останься, – едва взглянув на вошедших, приказал сын миллионера и, вернувшись к бумагам, добавил:

– Пять золотых в неделю. Работаешь каждый день. Сидишь с Димкой, вытираешь пыль, помогаешь, если попросят. Алик, покажи ей место работы. Свободны.

Пять золотых – это намного больше месячного заработка. Если всё получится, у Сони уже к концу этого года появится возможность поступить в школу.

Уборщица шла за провожатым, стараясь запомнить дорогу. Обнажённая статуя возле двери стального цвета, затем – поворот, потом – лестница, двадцать ступенек вверх, повернуть, пройти растения в кадках, остановиться у двери зеленого цвета.

Мужчина постучал, через пару