Внешность - это не главное! - Ольга Гусейнова

Пройдя в свою каюту, сразу присела и уставилась на Лиси, ожидая ее новых нотаций, но сначала замигал свет, тут же переключившись на резервный тусклый, потом корабль сильно тряхнуло, заставив меня схватится за ручки кресла, а сестру – пошатнуться и тихо выругаться. Вслед за этим, судя по ощущениям и звукам, по нашему кораблю, ударило что-то боевое и весьма удачно попавшее, причем удачно отнюдь не для нас. Удар был такой силы, что прикрепленное к полу кресло вырвало, и оно вместе со мной перевернулось в воздухе, и я, кувыркнувшись, рухнула вниз, а сверху меня припечатало креслом.

– Лис-с-си! Лис-с-си! Лис-с-с-и-и-и! Помоги мне! – с трудом продавила призыв о помощи, но сестра не откликнулась. Завозилась на полу, но я лежала практически на плечах, сверху свисали мои ноги. Дополнительно меня придавливал ремень, и как довершение всех моих неудач, еще и кресло всей своей массой. Так что очень скоро либо задохнусь, либо сломаю шею.

– Принцесса... – в каюте раздался громкий призыв Трила и звуки шагов нескольких мужчин. Потом тягостное молчание и уже отчаянное, и полузадушенное, как будто человек еще не верит увиденному. – Принцесса... Лисиана?!

От этого голоса, неуверенности, страха, прозвучавшего в голосе Трила, мне стало жутко, и я задергалась еще сильнее. Неожиданно кресло с меня взмыло вверх, а на меня уставились Асиандр с Хоресом. Увидев, что я жива, облегченно выдохнули. Телохранитель помог мне вернуть привычное положение, но стоило встать с помощью друга, заметила причину моей недавней тревоги.

Лисиана лежала у переборки сломанной куклой, голова вывернута под неестественным углом. С таким явно не живут. Уже встав, я начала вновь оседать на пол, закатывая от ужаса глаза, но Асиандр подхватил, крякнув с натуги. Снова подозрительно уставился на меня. Меня замутило, но последовавшее дальше, не подлежало описанию, зато заставило мгновенно прийти в себя.

Нас снова тряхнуло, и мы уже вчетвером валялись по углам, причем я лежала на Асе. В ушах гудело, я чувствовала, как из носа пошла кровь от сильной перегрузки. Мы что, падаем? Похоже, я озвучила свой вопрос, потому что сбоку раздался четкий ответ Хореса:

– Да, принцесса! Нас вытолкнули из гиперпространства. Похоже, это доргары таким образом развлекаются, мешая имперцам. Мы попали в самую настоящую бойню между ними. Имперцы целились в доргарский боевой корабль, но и нам досталось, а сейчас нас притягивает одна из планет, имеющая лишь классификационный стандартный номер. По общим данным есть атмосфера, пригодная для дыхания, условия не пригодны для жизни, точнее для нашего выживания: нестабильная поверхность, опасные формы жизни как растительного, так и животного происхождения. Доргары глушат все сигналы, поэтому мы не смогли послать вызов на Карияр.

Трил перебил Хореса, быстро вставая и направляясь в рубку:

– Нет времени, Хорес! Мы в полной заднице. Принцесса Лельвил, вы теперь главная!

У меня от его слов все сжалось внутри от все усиливающегося состояния паники. Сползла с Асиандра, вызвав в нем вздох облегчения, а потом с горем пополам поднялась и побежала за Трилом в рубку. Влетев туда на всех парах, застала страшную картину. Смотровое виртуальное окно демонстрировало во всех красках картину происходящего сейчас в космосе вокруг нас. Пара десятков кораблей разных размеров активно вела обстрел друг друга. Точнее, большая их часть сейчас пыталась задавить своим количеством и настойчивостью в стремлении уничтожить шесть других. Кто-то уже догорал, где-то парили в невесомости непонятные обломки, впереди маячила, все приближаясь, странная темная масса планеты и целых шесть ее спутников, каждый из которых только чуть-чуть уступал ей в размерах.

А по космическим меркам буквально рядом, по одной с нами траектории падал и горел одновременно, огромный корабль. Не чета нашему, по всем показателям – военный боевой межзвездник, и похоже, били по нему, а попало заодно и нам. Сами не зная, мы выскочили в самую гущу битвы и стали участниками этой трагедии. Эта черная махина летела быстрее нас из-за его массы, огромный корабль планета притягивала быстрее, чем наш кораблик, но наша судьба была не намного лучше и шансов на выживание – не больше.

– Сколько у нас времени до столкновения с поверхностью планеты?

– Семь минут, принцесса!

В груди от страха противно ныло и стонало, рисуя всякие ужасы в моем воображении.

– С этой минуты и пока нас не спасут, я для всех сиера Лельвил! Так проще и быстрее. Мы пройдем атмосферу?

– Да, сиера, но вот что будет дальше....

– Я понимаю вас! Всем подготовиться для возможной эвакуации с корабля. – Не стала дожидаться ответа и сама бросилась, точнее, потащилась в свою каюту, лишь на мгновение обернувшись: – Трил, мне нужна твоя помощь!

Мужчину словно ударили, но он молча последовал за мной. Я думаю, он понял, зачем я его позвала. Вдвоем мы уложили тело сестры на кровать, причем я потеряла две драгоценные минуты, потому что лишилась сознания от страха и боли за нее, когда Трил укладывал Лиси на кровать и выравнивал голову, точнее ее свернутую шею, хрустя сломанными позвонками.

Я забыла все обиды, осталась лишь боль потери и сожаление, что больше ничего нельзя изменить. Придя в себя от того, что меня трясут, еще через минуту начала собирать вещи в небольшой служебный рюкзак, входивший в аварийное снаряжение как раз на такой случай. В нем уже находилась аптечка и паек на трое суток. Я лишь уложила несколько пар тончайшего нижнего белья и пару запасных платьев. Неосознанно, так на всякий случай. От холода, если потребуется, надири меня защитит, хоть в этом его преимущество. Поверх костюма на мне специальный облегченный скафандр, который не сковывает движений, но к сожалению, не сможет защитить от всего. Только без шлема, в этой атмосфере он был лишним, и я его отбросила за ненадобностью. Лишняя тяжесть мне ни к чему. Трил тоже рванул собираться. Только я закрепилась в кресле страховочными ремнями, как раздался голос бортового компьютера, извещающего команду, что столкновение произойдет через десять... девять... восемь.... секунду. Следующий удар был такой силы, что мне чуть не выбило зубы, а сознание вновь покинуло.

В себя привели Хорес и Асиандр. Черные волосы друга стали мокрыми от пота, а карие глаза смотрели с тревогой и сожалением. Знаю, ему жаль меня и, наверное, себя тоже, но если мне простительно испытывать страх, то другие карияцы считают проявление подобного чувства несмываемым позором, недостойным ни мужчины, ни женщины. А мне вдруг стало до слез жаль Ринис, ведь если Асиандр здесь погибнет, что станется с ней. Ведь она любит его до умопомрачения, и он ей платит тем же. Они действительно истинные половинки друг друга. И договор о намерениях уже был заключен, правда надири она снимала лишь при нем, показывая, что он не прогадал со своим выбором, и я была тому свидетельницей. Они еще не были близки в интимном плане, только после свадьбы, как только вернемся. Если мы вернемся!