Последняя буква Севера - Лина Винчестер

– Я слегка растерялся, когда прилетел. Сначала Норвегия, потом Греция, следом Испания. Только что был в Мадриде, где стоит жара, заснул и проснулся через восемь часов уже здесь. Плюс джетлаг3. У меня словно голова не на месте.

– Это джетлаг и пиво заставили тебя сойтись с Констанс?

– Мы с ней переписывались все лето, обсудили проблемы. Она правда изменилась, дай ей шанс.

– Если она снова сделает тебе больно, то мне придется с ней подраться.

– И я напишу об этом отличную песню.

Усмехнувшись, я отстраняюсь от Оливера. Потрепав меня по волосам, он опирается рукой на дверцу соседнего локера и оглядывает меня с головы до ног.

– Кажется, ты немного подросла за лето.

– Нет, но вот зато грудь и правда немного выросла. – Я дергаю воротник свитшота, на что Олли издает смешок, но взгляд на моей груди все же задерживает. И все равно, что на мне надета безразмерная вещь, под которой ничего не видно, для меня это однозначно небольшая победа.

– Придешь сегодня на репетицию? Хочу показать песни, что написал, пока был в Европе.

– Позвоню маме, и если ей не нужна будет помощь с работой, то обязательно приду.

В конце коридора появляются Джейк с Рэмом, и мое сердце проваливается в желудок.

– Слушай. – Заправив волосы за уши, я обнимаю себя за талию и пытаюсь выдавить непринужденную улыбку. – Если Элфорд вдруг ляпнет обо мне что-то глупое, то не верь.

Оливер хмурит брови.

– В чем дело?

– Эм, мы немного повздорили. Ничего нового.

– Если он вдруг ляпнул что-то о тебе, то…

– Нет-нет, – тут же заверяю я, заметив, как тон его голоса стал заметно холоднее. Олли ненавидит, когда кто-то унижает и оскорбляет меня. – Тут я сорвалась.

Оливер посылает мне вопросительный взгляд, а я недовольно морщу нос, не желая продолжать. Я не могу рассказать о том, что решила затронуть прошлое семьи Джейка.

– Ляпнула, что он не умеет играть и его приняли в группу только из-за симпатичной мордашки. А еще намекнула на то, что вы взяли название «Норд» только потому, что буква «Д» в нем последняя. Думаю, я и правда задела его, он ведь мог подумать, что ты рассказал мне это по секрету или вроде того.

В ответ Оливер лишь смеется.

– Джейк знает, что это не так хотя бы потому, что он и придумал название группы.

– Но разве это сделал не ты? Перевод с норвежского и все такое.

– Название придумал Джейк, – вновь повторяет он. – Так что не бери в голову.

Глава 5 Попса и начос

Гараж в доме Рэма служит репетиционным залом для «Норда». Пол застелен ковром, по которому тянутся провода усилителей. Стена за барабанной установкой переливается желтым светом гирлянд.

Сюда ребята пускают только «своих», и коротышка Клифф продал бы душу, чтобы пройти в гараж Рэма. Я сижу на потрепанном диване рядом с Констанс, она без остановки снимает короткие ролики, которые тут же скидывает в соцсеть. Мы находимся рядом уже сорок минут, но так и не нашли что сказать друг другу. Что ж, даже если у нас не получается подружиться, то мы хотя бы можем не ругаться, находясь в одном помещении. Прогресс на лицо.

Ник ритмично бьет по барабанам, и при каждом ударе его взмокшая челка подпрыгивает над перевязанным красной банданой лбом. Рэм, закусив губу, качает головой в такт, задевая струны бас-гитары. Джейк, сжав медиатор, играет соло, от которого у меня по спине бегут приятные мурашки, но я демонстративно закатываю глаза.

Как только Олли сказал, что хочет собрать группу, я уже знала, что в ней будет Джейк. Его отец был музыкантом, и, кажется, это наследственное. Когда мы были маленькими, то часто сидели у трейлера мистера Эрнандеса и слушали, как он играет на старенькой гитаре. Каждый раз, когда Джейк видел, как струны приходят в движение, производя мелодию, у него словно загорались глаза. Джейк попросил научить его играть и начал схватывать аккорды буквально на лету. Вместо медиатора мистер Эрнандес использовал мексиканский песо, это была крупная монета, которых больше не делают, специально спиленная под форму медиатора. «Чем жестче медиатор, тем точнее можно почувствовать пальцами, что происходит со струной», – говорил он.

Джейк был счастлив, когда в один из вечеров мистер Эрнандес подарил ему свою гитару со словами: «Береги ее, сынок». На следующее утро к нему в трейлер пришли полицейские и арестовали за ночное ограбление заправки. Через пару дней в трейлер должны были въехать новые жильцы, поэтому я пробралась туда, чтобы украсть медиатор, выточенный из песо, и подарить его Джейку, чтобы хоть немного поднять ему настроение.

Интересно, Элфорд хоть иногда вспоминает о том, кто научил его играть? Или он решил вычеркнуть из памяти абсолютно все прошлое?

Оливер начинает петь соло в моей любимой песне, я лезу в карман за телефоном, чтобы снять видео и отправить маме. Хочу показать ей, как Олли повзрослел за это лето.

– Господи, – фыркает Констанс, косясь на телефон в моих руках. – Какого он года? Спрячь это, Тряпка, все равно получится не видео, а нарезка пикселей.

– Когда ты отвернешься, – отвечаю я, широко улыбаясь, потому что Олли смотрит на нас, – я плюну тебе в спину.

– Не понимаю, за каким чертом Оливер дружит с тобой.

Кажется, можно считать, что наше молчаливое перемирие закончилось.

Парни заканчивают песню. Олли просит перерыв, чтобы показать то, что успел написать за лето. Рэм не двигается с места, словно решив, что это не займет много времени, Ник откладывает палочки и закуривает сигарету, а Джейк, стянув с плеча ремень, опускает гитару на напольную стойку и идет к дивану. Он бесцеремонно плюхается между нами с Констанс и при этом задевает меня плечом, я уверена, что нарочно.

– Я написал ее за пару минут, как раз после того, как ты написала мне в начале лета, – обращается Оливер к Констанс. – Называется «Ты – мой воздух».

Пока в моем животе все больно стягивается, Констанс, прижав ладонь к груди, вздыхает с восхищением. Джейк закидывает руку на спинку дивана прямо за моими плечами и склоняется ближе, настолько, что я чувствую исходящий от него аромат парфюма с нотками горького шоколада.

– Так романтично, – тихо произносит он, чтобы слышала только я. – Правда, Микаэла?

Я не смотрю на него и не отвечаю. Оливер проводит по струнам, наигрывая медленную и красивую мелодию. Песня начинается со строчки: «Ни одна девушка