Особая примета - Евгений Евгеньевич Сухов

Изольда Семеновна наконец вернулась, то едва ли не с порога огорошила внучку ужасной новостью:

— А наш Сашка-то убивец, оказывается!

— Как убийца?! — ахнула ошеломленная Ирина.

— Женщину, что склад сторожила, насмерть придушил. У нее дочка махонькая осталась. Куды теперь она? Как у этого злодея рука-то поднялась? А ведь посодют Сашку-то, — тоном сведущего в подобных делах знатока изрекла бабка, — и правильно сделают!

— Бабуля, да ты что, Сашу, что ли, нашего не знаешь? — с укоризной посмотрела на Изольду Семеновну Ириша. — Кого он мог убить? Муху разве. Или комара. Ты панику-то раньше времени не нагнетай.

— У нас за просто так не сажают, — сказала в ответ старуха.

— Так его еще и не посадили. Суда-то не было. — Ирина смотрела на бабку строго и осуждающе.

— Так посодют еще, — заявила бабка, и в ее голосе не было и намека на сомнение. — Ежели попал туда, так уже и не выйдет.

— А ты не каркай…

Старуха пожала плечами, шамкнула что-то невразумительное в сердцах и прошаркала на кухню. Кашку есть. Потому как кроме кашки и хлебного мякиша голыми деснами не очень-то и пожуешь. А Ирина села у окна и стала соображать, что предпринять дальше, а потом вдруг собралась и, не сказав бабке, куда направляется, выскочила за дверь. Отсутствовала долго, половину рабочего дня. Пришла задумчивая, но вроде как не расстроенная, а скорее напротив. Хотя особого веселья в ее глазах не наблюдалось.

* * *

После разговора с бабкой и недолгих раздумий у окна Иришка отправилась в местное отделение милиции. Когда пришла, дежурный никак не хотел ее пускать. Встав у нее на пути, отвечал:

— Следователя, что вел дело гражданина Богомольцева, в отделении нет.

— Тогда я к начальнику.

— А начальник занят.

— Тогда заместителя какого-нибудь давайте, — твердо сказала дежурному Иришка. Настроена она была по-боевому, сдаваться не собиралась. Не зря же в школе была комсоргом.

— Ну что ты какая приставучая… Нет никого, на выезде все, — получила она от дежурного ответ, который ее, конечно, не устроил.

— Ну, тогда я сяду сейчас вот здесь, — указала она на лавку, отполированную штанами бесконечного количества посетителей милицейского отделения, — и никуда не уйду, пока ваш начальник ко мне не выйдет.

— Не уйдешь, тогда я тебя выведу отсюда! — насупив брови, грозно произнес дежурный в надежде, что юная гражданка все-таки испугается и покинет отделение. Однако надежды его не оправдались: посетительница и не думала тушеваться. Напротив, лицо ее приобрело возмущенный и даже негодующий вид, по которому было видно, что девушка готова отстаивать свои права бескомпромиссно.

— Ну давай, выведи! — с вызовом проговорила Ирина, поднимаясь со скамьи, готовая к сопротивлению. — Это что же получается, — обратилась она к выглянувшему из кабинета на шум какому-то сотруднику в форме старшего лейтенанта милиции. — Я, комсомолка, пришла искать правду в народную милицию, которая обязана защищать права всех трудящихся, а мне говорят: иди отсюда! Нам до тебя нет никакого дела! Похоже, что в местном отделении правда никого не интересует! Вот я бы хотела у вас спросить: разве возможно построить коммунизм при таком подходе к своему делу?

— Да как ты… — начал было дежурный, и правда решивший выдворять из отделения скандальную гражданку, и тут открылась еще одна кабинетная дверь, и в коридор вышел начальник отделения капитан Мансуров.

— Что тут такое происходит? — подошел он к дежурному.

— Да вот гражданочка буянит, — указал на Ирину воинственно настроенный дежурный.

— Я не просто гражданочка, а комсорг класса! И ничего я не буяню, — парировала слова дежурного девушка. — Я пришла с главным вашим поговорить насчет моего брата. Его арестовали и обвиняют в убийстве. А он никого не убивал…

— Это вы о ком? — спросил капитан Мансуров.

— Об Александре Богомольцеве, — с надеждой сказала Ирина, обернувшись к капитану милиции. — Его в убийстве женщины обвиняют, которая продуктовый склад охраняла. И в краже продуктов из этого склада. А Саша никого не убивал. И ничего не крал. Не такой он человек… Он на базаре грузчиком подрабатывает. И продукты красть ему незачем. А потом, он в жизни чужого никогда не брал!

Начальник районного отделения милиции окинул Иришку взглядом и изрек:

— Комсомолка, значит?

— Да.

— Пропусти ее.

Ирина Богомольцева прошла через вертушку, и шедший впереди нее Мансуров раскрыл перед ней двери своего кабинета, приглашая войти. Появление сестры обвиняемого, вина которого была доказана его признательными показаниями, было для начальника отделения милиции совсем некстати. Дело Богомольцева он считал раскрытым, и возвращаться к нему абсолютно не хотелось. Оставалось как-то грамотно поговорить с девушкой.

— Как вас зовут? — спросил Мансуров, когда она села на предложенный стул.

— Ирина.

— Понимаете, в чем дело, Ирина. Сотрудники отделения лишь собирают материалы на совершенное преступление, а решение выносит суд.

— И когда состоится суд?

— В ближайшие дни. По нашему мнению, дело уже решенное. Ваш брат сам признался и в ограблении, и в убийстве бедной женщины…

— Быть такого не может! — ахнула девушка. — Саша не мог совершить такого.

— Бывает, что мы плохо знаем даже своих близких. Признания Александра Богомольцева зафиксированы на бумаге, под ними стоит его подпись. А это уже очень серьезно.

— Ну а если брат не виноват? — Как показалось капитану Мансурову, девушка потеряла свой пыл, выслушав объяснения начальника городского отделения милиции.

— Тогда суд его отпустит, — примирительно произнес начальник отделения и добродушно улыбнулся. Посчитав, что девушка смирилась и больше жаловаться никуда не станет, неожиданно спросил: — Может, к нам в милицию пойдешь? Нам такие принципиальные девушки нужны.

— Я подумаю.

Поднявшись, Ирина попрощалась и скорым шагом вышла из кабинета.

После разговора с капитаном Мансуровым она прекрасно осознавала, что никакой помощи в местном отделении милиции она не получит, что дело ее брата никто пересматривать не станет. Для всех оно уже решенное. В районной и городской прокуратуре тоже вряд ли ей помогут. Если уж где-то и искать справедливости, так только в республиканской прокуратуре, к мнению которой прислушиваются все.

В республиканской прокуратуре Ирина Богомольцева попала на прием к заместителю прокурора республики по надзору за силовыми ведомствами товарищу Абелю Ароновичу Виркину. Человеку въедливому, дотошному и педантичному, каковые качества при его должности являлись крайне положительными, если не сказать что необходимыми. Абель Аронович внимательно выслушал Ирину, что-то записал в блокноте, задал несколько вопросов и пообещал разобраться.

— А что мне-то делать? — спросила его девушка.

— А вы ждите. Вы сделали все, что могли. На днях вас вызовут, — пообещал зампрокурора.

— Это точно? — переспросила Ирина.

— Точно, — улыбнулся уголками губ Абель Аронович и кивнул: ступайте, мол, и ни о чем не беспокойтесь. Разберемся…

Когда посетительница ушла, заместитель прокурора