Влюбить и обезвредить некроманта - Маргарита Блинова

желательно каждый у себя. Нет! Поперлись на ярмарку людей веселить. Словно там и без вас мало клоунов.

Я, в эту трагическую минуту пытавшаяся взобраться на ступеньку ландо с помощью крепких рук некроманта, упрямства и бранных слов, отставила загипсованную ногу и проникновенно глянула в темные, как эта ночь, глаза Данте Праймуса.

– А знаете, Данте, – доверительно сообщила ему, – вот я ни за какие коврижки не поверю в любовь с первого взгляда, зато с этого дня охотно верю в раздражение с первого слова.

– Полностью солидарен с вами, Маргарет, – согласился некромант и – о-чудо! – подхватил на руки, а после заскочил в украшенное ландо.

– Ой… – испуганно пискнула я, не ожидавшая оказаться на чужих коленях.

– Гони! – повелительно крикнул некромант, и лошади сорвались даже раньше, чем возница успел отреагировать, а гиена запрыгнуть вместе с нами.

Но даже такой недвусмысленный намек на отсутствие всякого желания совершать эту прогулку вместе не остановил монстра в свитере.

– Данте! – кричал тот, труся позади ландо. – Не заставляй меня бежать за вами до самой ярмарки. Ты же знаешь, как я злюсь, когда… пропускаю… что-то увлекательное…

Гиена окончательно отстала от набравшего скорость экипажа, плюхнулась на зад аккурат на середине проезжей части и отчаянно провыла нам вслед:

– Ну, Данте!!!!

Глава 10

Предновогодний кураж

Новый год был праздником, в который верили как взрослые, так и дети. Один единственный день в году объединял все поколения и заставлял даже самых угрюмых бук натянуть шерстяные рукавицы и выйти из дома.

Выйти и столкнуться со мной.

– Куда руки тянешь?! – вызверился пузатый мужик с красным от холода лицом. – Это моя елка!

Маленькая, с одного бока плешивая елочка была чахлой и откровенно больной. Но оказалась на ярмарке последней, что будило даже в такой привереде, как я, желание сражаться за нее до последнего.

– Минуточку! – воинственно наставила я костыль на конкурента. – Я к ней первая подошла.

– А я ее первый купил, – ехидно усмехнулся конкурент, а продавец за его спиной развел руками, мол ничего не поделаешь, действительно купил.

Но я не планировала так легко сдаваться.

– А больше нет? – с надеждой посмотрела на продавца, но тот только повторно развел руками, мол, сами видите какой ажиотаж в этом году. – Ясно. Спасибо…

Дождавшись, пока малообщительный продавец отойдет на пару шагов, я сделала большие и трогательные глаза, после чего совершила стратегический прыжок вперед и обратилась к обладателю главного новогоднего символа:

– Мужчина, я понимаю, что вам тоже нужна эта елочка, но войдите в мое положение… – Гипс с незабудками кокетливо выглянул из разреза юбки. – С такой ногой крайне затруднительно бегать по ярмарке в поисках. Возможно, есть способ договориться и прийти к взаимовыгодному обмену? Ну, скажем, вы уступаете мне елочку, а взамен…

Что он получит взамен я так и не придумала.

Жадность настойчиво требовала не тратить добытые ручкой, бумагой и, между прочим, целостностью кости деньги на плешивую елку, которую придется тащить на мусорку через неделю. И ее оказался не в силах переубедить даже жажда праздника.

В воздухе повисла многозначительная пауза, которую обладатель елочки интерпретировал по-своему.

– Ишь че придумала! – возмущенным кабаном взревел он. – Думаешь, если претворишься калекой, то разжалобишь честных людей? А ну пошла отсюда, проходимка!

Мужик поднял руку и даже замахнулся, видимо, всерьез желая придать «проходимке» должного ускорения, но тут за моей спиной возник Данте с двумя стаканчиками глинтвейна.

– Проблемы? – вкрадчивым тоном уточнил он, глядя исключительно на мужика с занесенной вверх рукой.

– Не-не-не… – перетрусил тот, поспешно хватая драгоценную ель и унося добычу от греха, меня и некроманта подальше.

Я проводила их взглядом и печально вздохнула.

– Дай угадаю, – некромант вышел из-за моей спины и протянул один из стаканчиков, – еще один козел по гороскопу?

Вместо ответа я красноречиво выпила за упокой совести этого несговорчивого грубияна и посмотрела на мага смерти.

Мороз оживил его лицо румянцем, в глазах появился блеск азарта, а уголки губ чуть приподнялись. Поразительно, но даже этих незначительных изменений хватило, чтобы преобразить лицо сурового главы отделения некромантии.

Да что там! Я вообще напрочь забыла, что передо мной стоит некромант, и видела просто приятного мужчину с хорошим чувством юмора и безупречной галантностью в каждом движении.

– В соседнем ряду есть палатка с новогодними игрушками, но толковые люди посоветовали дойти до конца ряда и свернуть к третьему павильону. Там самый большой выбор украшений на ярмарке, – поделился разведданными мужчина, делая еще один глоток. – Куда похромаем?

Я широко улыбнулась на его замечание о нашем общем недуге, пожалуй, впервые озаботившись тем, как должно быть странно для окружающих смотрится хромающий мужчина и медленно ковыляющая рядом девушка на костылях. Тряхнула волосами, беспечно допила глинтвейн и зашвырнула пустой стаканчик в урну.

– Мы не ищем легких путей, – звонко объявила я и указала костылем в сторону третьего павильона. – Вперед! За приключениями и игрушками.

По дороге я пару раз поскользнулась и едва не сломала себе что-то повторно. К счастью, всякий раз, когда я делала «Ой!» и пыталась растянуться на земле, чуткий некромант оказывался рядом и с радостным смехом ловил.

Таким образом мы добрались до павильона, заранее забронировали столик в ближайшей кафешке и, бросив там вещи, наконец ушли в загул. И говоря «мы», я, конечно, имею в виду, что отрывалась за себя и того некроманта.

Что поделать, если я не в состоянии выбрать между двух одинаково прекрасных гирлянд, тем более что одна светит мягким желтым или холодным белым цветом, а другая в форме снежинок!

И кто вообще способен пройти мимо тонких и изящных игрушек в виде потрясающих ангелочков? А мимо ярких фарфоровых тарелок с новогодними рисунками? Ой, к ним еще чашечки в комплекте! Берем.

И как остаться равнодушным при виде еловых веночков с умывающимся лисенком или гарцующим олененком? Хватаем оба!

А игнорировать бенгальские огни в праздник – это же кощунство!

В общем, обратно к столику кафешки я вернулась в приподнятом настроении, а сопровождавший меня некромант – увешанным пакетами и многочисленными коробочками.

Еще даже не сев нормально, я схватила меню и под громкий вой голодного желудка быстро пробежалась по строкам.

Есть хотелось зверски. Голод настаивал на том, чтобы заказать все позиции меню, но здравый смыл решительно взял вверх и ограничил всех салатом из авокадо, лосося и мягкого сыра, овощами на мангале и чашечкой крепкого чая с имбирем и медом.

Официант принес свечи, оставил наш заказ на столе и поспешил к очередному гостю ресторана.

– Я угощаю, – мягко, но решительно намекнул некромант на