Обжигающая Мерси - Кери Артур

Твою мать.

Мне нужна была помощь и как можно быстрее. Я пыталась уцепиться за прохожих, но казалось, мои конечности онемели, и я не могла ими двигать нормально. Я потеряла равновесие и упала. Кажется, кто-то подошел ко мне. Боль взорвала мое колено и незаживший бок, ее красные вспышки немного рассеяли туман.

— С тобой все в порядке, девочка? – спросил кто-то похожий на Ангуса.

— Что? – прохрипела я и облизала сухие губы. – Что ты наделал?

— То, что должен был, — сказал он, и клянусь, в его голосе слышалась нотка сожаления. – Дай мне свою руку.

— Иди, трахни себя.

Он вздохнул, схватил мою руку и поднял меня на ноги. Я заглянула в душу, в ту часть, где во мне жила дракайна, и вызвала огонь. Но впервые в моей жизни, она не откликнулась. Она была заторможена и сбитая с толку, как и я, и, казалось, даже пламя в моей душе потускнело.

Страх колыхался во мне. Господи, что он наделал?

Я попыталась ударить его, но моя рука разрубила лишь воздух и снова потеряла равновесие. А затем я снова потеряла сознание.

ГЛАВА 3

Сквозь темноту пробивались голоса.

Голоса, которые были то грубыми, то вежливыми. Один из них был сильнее, чем другой, но вместе они создавали какой-то бессмысленный хор. Слова их звучали одновременно интригующе и непонятно.

Пока мои мысли медленно путешествовали по моему сознанию, темп речи и слова стали понятнее.

Более сильный голос принадлежал Ангусу. Другой тон, который можно было бы назвать счастливым, был как будто знакомым. Призрак прошлого, который я пока не могла опознать.

И кем бы он ни был, он не пах. Казалось, что единственный человек, который здесь присутствовал, где бы это ни было, был Ангус, который вероятнее всего разговаривал по телефону рядом со мной.

— Третий и последний раз, да, я уверен, что это она.

В грубом голосе Ангуса явно звучала ярость и замешательство. Он говорил со злостью и ненавистью, и было совсем не понятно, почему он работал на человека, вызывающего в нем такие чувства.

Он продолжил.

— И нет, я не видел ее окраску, потому что она отказалась ее показать. Но это она. Если не считать шрам, который остался после аварии, организованной вашими людьми. Она выглядит точно, как на фотографии, которую вы послали мне.

О господи, другой мужчина организовал аварию с грузовиком. И это означало, что я была близка к разгадке его личности. Если я выживу, не смотря на все, что они запланировали для меня.

Но если они собирались убить меня, зачем накачали меня лекарствами в начале? Если они без сожаления пытались убить меня в прошлый раз, то почему колебались сейчас? Или это и ожидает меня, когда мужчина договорит?

Страх рос, а потом исчез. Кажется, быть под действием лекарств не так уж и плохо.

— Темнота ее не ослабит. Никогда не ослабляла эту сучку. — Знакомый голос был немного манерным, что приходит с деньгами и культурным образованием, что было странным, ведь я не знала никого, кто бы подходил под эти критерии.

Хотя в голосе было что-то, что заставило меня похолодеть.

В этом голосе не было ни жизни, ни сочувствия. Лишь холодное признание того, что он совершил. Однажды я знала такого мужчину. Это от него мои шрамы, и он превратил мои юные годы в ад.

Конечно, были люди, которые считали, что я это заслужила. Я дала отпор и изуродовала его, на что хватит здравого смысла лишь у нескольких полукровок.

Но это не мог быть он. Помимо того, что Сэт погиб в аварии, в его голосе никогда не было ничего манерного.

Хотя звучало очень похоже на него.

— Лекарство будет сдерживать ее 24 часа. По меньшей мере. — Мне показалось, или в резком голосе Ангуса проскользнула горечь? Он точно не выглядел как добровольный партнер, но может, мое сознание играло со мной и искажало мое восприятие. Особенно учитывая чувство, что что-то не так, которое возникло, когда мы сидели с Ангусом в баре.

— Поверь мне, эта сучка никогда не ведет себя так, как от нее ожидают. Брось ее в ящик с муэрте[2]. Если он не может выбраться, то никто не сможет. — Он колебался, а затем немного холодного удовольствия появилось в его голосе. — И бонусом это принесет ей очень приятные воспоминания.

Я запуталась. Мужчина, которого я помнила, не знал меня с этой стороны. Но видимо очень хотел, учитывая его и мои шрамы. На что же иное он мог намекать?

Ангус слегка заворчал. И веселья в его тоне было мало.

— Эван предупредит нас, если кто-нибудь будет искать ее? — спросил мужчина с изысканным голосом.

Эван? Не слышала о таком, но запомню на будущее

Если оно у меня будет.

— За это мы ему и платим. — И снова горечь. Это как-то не сочеталось с человеком, который просто выполнял свою работу.

— Хорошо, — продолжил манерный мужчина. — Скажи Альберту и Джею, что я буду у них завтра ночью.

— Сделаю.

— И скажи им следить за гребаным муэрте. Даже если у него нет пламени, это еще не значит, что он не опасен.

— Если он такая проблема, то почему ты просто не убьешь ублюдка.

— Потому что нам нужно узнать, кто навел его на нас. Приказ не исходил от Совета, но тут явно замешан кто-то оттуда. Муэрте редко двигается без приказа.

Ангус заворчал. Секундой позже прозвучал тихий гудок, затем щелчок, а затем что-то осветило сиденье. Наверное, телефон.

Господи, мне нужно найти способ сбежать отсюда до завтрашней встречи, которую он запланировал. Кем бы он ни был в моем прошлом, но это был мужчина, заказавший смерть Рэйни, и я не сомневалась, что он планировал то же самое для меня. Мне, возможно, нужно было убить его, чтобы освободить душу Рэйни, но в моем странном состоянии я почти не надеялась, что он встретится со мной один на один. С одним драконом я еще могла справиться, но два это — уже перебор.

И мне нужно было как-то пережить эту схватку, чтобы провести церемонию и освободить Рэйни.

Глухой гул двигателя сменила недолгая тишина, и металлический пол подо мной начал вибрировать. Я точно была в микроавтобусе, но знание этого много мне не даст. Я оставалась там же где и была, между сознанием и забвением, сражаясь со странной летаргией, сковавшей мое тело. Я бы хотела как-нибудь оказать сопротивление, но мое тело было заморожено и не отвечало мне. Звук был моим единственным союзником, но даже он был глухим, потому что рычание микроавтобуса заглушало остальные звуки. Ангус возможно и вел машину, но делал это бесшумно, как смерть.

Я не уверена, сколько мы ехали, но в моем расхлябанном состоянии мне показалось, что прошло лишь пару минут. Рычание и вибрация грузовичка прекратились, и сладкая тишина заполнила пустоту. Затем захлопнули дверь и открыли другую, руки схватили меня, грубо протащили меня по металлическому полу, а затем я оказалась на плече у кого-то, кто пах морем и дымом.