Ответ где-то рядом - Светлана Рощина

что не смогли ничем помочь следствию. Но никто не стал никого наказывать или даже дружески порицать, потому как даже результаты судебно-медицинской экспертизы не особо прояснили ситуацию. Выяснилось лишь, что потерпевшей была женщина тридцати пяти-сорока лет, средней комплекции. Никаких документов либо ценных вещей у неё при себе не имелось. Её смерть наступила ориентировочно пять месяцев назад, в результате кровоизлияния, последовавшего в результате черепно-мозговой травмы. И учитывая, что приблизительно в это самое время в Туманогорске и окрестностях пару раз случались сильные ураганы, то следователь предположила, что потерпевшая получила травму во время одного из них, а, стало быть, криминал в этом деле отсутствует. И если бы удалось установить личность погибшей, то дело можно было закрыть со спокойной совестью. Но единственной подходящей на эту роль кандидатурой, которую предоставила полиция Туманогорска, была Анохина Надежда Васильевна, сорока лет, алкоголичка.

Три месяца назад её сожитель Лавочкин Николай Ильич обратился в жилищно-коммунальную службу, чтобы ему сделали перерасчёт, так как его подруга уже долгое время не проживает с ним, так как сбежала от него. Никаких подтверждающих документов он не предоставил, но и оснований подозревать его в чём-либо предосудительном тоже не имелось. Представители жилищно-коммунальной службы обратились участковому, тот походил по квартирам и окрестным дворам, но так ничего не выяснил. Информацию взяли на учёт, но никаких дополнительных мероприятий проводить не стали. И вот сейчас, когда потребовалось предъявить хотя бы какого-то кандидата на личность погибшей женщины, полиция Туманогорска направила в райцентр данные на Анохину Надежду Васильевну, включая образцы её ДНК, предоставленные сожителем. Но проведённый сравнительный анализ отверг и эту версию.

Кроме того, отпечатки пальцев жертвы в базе данных полиции не числились, а, стало быть, потерпевшая не имела криминального прошлого, и это также лишало следственные органы возможности за что-то зацепиться. В итоге дело о найденном на городском пустыре Туманогорска трупе закрыли в связи с отсутствием состава преступления и сдали в архив. Фоторобот жертвы, составленный с помощью специальной компьютерной программы, разослали по всем ближайшим подразделениям полиции и с чувством исполненного долга об этом деле забыли, и постепенно жизнь в маленьком городке, где началась вся эта история, стала возвращаться в прежнее мирное русло.

Глава 2. Расследование продолжается

Когда-то я была одной из вас: людей, чей день расписан по минутам и чей жизненный план составлен на пятьдесят лет вперёд. Я планировала вырастить детей, увидеть внуков. А ещё я хотела объездить так много стран, сколько смогу. Мечтала пройти тропой древних инков и попытаться разгадать секрет загадочных индейцев майя, хотела вживую увидеть комодских драконов и коснуться рукой облаков, оказавшись на недоступной вершине священной горы. А дожив до пенсии, я надеялась написать книгу о своих приключениях, чтобы оставить людям добрую память о себе, и, оказавшись на смертном одре, хотела бы сознавать, что я многое успела в этой жизни и ухожу без сожалений об упущенных возможностях. Вот только никакого смертного одра у меня не было. Не было шанса попрощаться с близкими. Не было даже времени осознать, что жизнь моя так внезапно и нелепо подошла к концу. Я просто не вошла в новый день, оставшись жить в прошлом. И даже имя моё тоже исчезло из этого мира, словно я никогда не жила на этом свете.

Сейчас у меня нет никаких планов, мне некуда торопиться, и остаётся лишь ждать, пока чья-то сердобольная душа не сумеет извлечь из небытия крупицы моей прошлой жизни, позволив людям узнать хотя бы моё имя, коли на большее я уже не могу рассчитывать.

Наступил июнь. В семье Елисеевых всё шло своим чередом. Тимофей-младший окончил детский сад и готовился к поступлению в школу, Борис и Катя работали, одновременно строя планы о поездке к Чёрному морю, и только Тимофей Савельевич тихонько скучал, так как за пару десятков лет работы следователем привык всё время работать головой, а отсутствие постоянной возможности шевелить мозгами сказывалось на его настроении. Он хандрил, но изо всех сил старался не показывать этого.

Недавние события, связанные с обнаружением трупа на пустыре, взбодрили его, и, даже не имя доступа к материалам дела, Тимофей Савельевич самостоятельно разрабатывал вероятные версии произошедшего и строил различные догадки. Для этой цели он записывал все свои идеи в блокнот и периодически перелистывал его, строя новые предположения. И когда официальное дело по данному происшествию положили на дальнюю полку, удовлетворившись версией о несчастном случае в результате стихийного бедствия, Тимофей Савельевич долго возмущался по этому поводу, но повлиять на ход расследования не мог, так как не имел никаких доказательств, опровергающих официальную версию произошедшего. И вскоре он смирился с тем, что вполне вероятно дело так никогда и не будет раскрыто, что в следственной практике встречается гораздо чаще, чем хотелось бы. Тимофей Савельевич снова начал грустить и отвлекался только тогда, когда его маленький тёзка требовал уделить ему внимание и поиграть вместе с ним во что-то весёлое и энергичное. И предстоящая поездка семейства Елисеевых к морю была как нельзя кстати для них всех.

Но вот однажды, когда жильё на морском берегу было забронировано, а билеты на поезд куплены, Тимофею Савельевичу позвонил жилец, снимавший его квартиру, и сообщил, что труба на кухне совсем засорилась, и требуется её поменять. Но это невозможно сделать без того, чтобы не разобрать встроенную кухонную мебель, за которой проходила труба. Однако разобрав мебель, собирать её не имеет смысла, так как она морально устарела и лучше её заменить новой, но для этого требуется согласие хозяина квартиры. И Тимофей Савельевич поехал в райцентр, чтобы проведать своего жильца и выяснить, так ли уж плоха имеющаяся в квартире мебель, и если да, то следовало обговорить порядок расчёта за предстоящий ремонт.

Встреча Тимофея Савельевича с жильцом прошла достаточно продуктивно, потому что при внимательном осмотре кухонной мебели, которая давно уже обветшала и кое-где просто вышла из строя, Елисеев убедился, что её замена необходима, и разрешил нанимателю делать то, что он сочтёт нужным, чтобы привести квартиру в порядок. А окончательный расчёт за проведённые работы будет произведён уже после их завершения.

В хорошем настроении Тимофей Савельевич направился к автобусной остановке, чтобы вернуться обратно в Туманогорск, но тут нос к носу столкнулся со своим старым знакомым судмедэкспертом, с которым он часто пересекался по работе, когда был следователем.

– Приветствую тебя, Алексей Николаевич! – обрадованным голосом произнёс Тимофей Савельевич, протягивая правую руку для рукопожатия своему приятелю.

– Рад тебя видеть! – ответил Алексей Николаевич