Ответ где-то рядом - Светлана Рощина

проверят и подробную бумажку напишут. А я такими талантами, какие ты мне приписываешь, не обладаю. А узнать про антитела жёлтой лихорадки в крови неизвестной я смог лишь потому, что искал в её теле хоть что-то, что помогло бы нам её опознать. Жаль мне её стало, бедняжечку. Лежит она на моём столе, вся изъеденная бродячими собаками, да выклеванная птицами, и никто её, горемычную, не ищет, не спрашивает. Следователь собирается закрывать дело, а это значит, что кремируют её в самое ближайшее время, и единственное, что останется для её опознания, так это фотоснимки обезображенного тела, да фоторобот, на котором она выглядит как невеста Франкенштейна. Сомневаюсь, что при жизни эта женщина была такой уж страшной, какой изобразил её наш компьютер. Вот и понял я, что единственной надеждой этой бедняжки остаюсь я и мои знания. И решил я тогда провести ряд анализов, просто на удачу. Вдруг найду что-нибудь? И вот нашёл-таки! И сразу мне стало ясно, что я на верном пути. Но только следователю мои догадки показались совершенно нестоящими, и она всё равно решила закрыть дело. Но тут, на моё счастье, мне встретился ты, и я подумал, что стоит поделиться с тобой своими соображениями. Всё-таки ты – человек нашего круга, с необходимым опытом и связями, которые при случае можешь задействовать. Что тебе скучать на пенсии? Успеешь ещё и в домино наиграться и о прожитых днях погрустить! Молод ты ещё для этого! Внук у тебя уже есть, а вот истории, которыми ты будешь его развлекать долгими зимними вечерами, тебе ещё нужно насобирать!

– Не стоит меня недооценивать! – добродушно ухмыляясь, ответил Тимофей Савельевич. – В моей следственной практике было много интересных случаев.

– Так то на государственной службе! По служебной необходимости! А здесь тебе выпал шанс проявить личную инициативу! Показать, на что ты способен не потому, что за твоей спиной стоит грозный начальник, а на календаре горят сроки, а потому, что твоя человеческая совесть толкает тебя на добрые дела! Такой историей мало кто сможет похвастаться!

– Ох и мастер ты речи толкать, Алексей Николаевич! – весело засмеялся Тимофей Савельевич. – И как я раньше не замечал за тобой такого греха?

– Надо полагать, ты не сильно старался его увидеть! – тоже засмеялся в ответ Алексей Николаевич.

И старые приятели расстались друг с другом в самом лучшем расположении духа и с сознанием выполненного долга отправились по домам. А дома Тимофею Савельевичу пришлось провести долгую и обстоятельную беседу со своим сыном, в ходе которой Борис очень энергично спорил с отцом, объясняя ему, что тот напрасно отказывается от поездки к морю ради «глухого» дела, особенно когда уже поздно возвращать деньги за путёвку. Но Тимофей Савельевич для себя уже всё решил, и переубедить его не было никакой возможности.

Он вежливо и терпеливо рассказал сыну о том, что поведал ему сегодня Алексей Николаевич, и добавил, что теперь он уже не сможет спать спокойно, пока не выяснит, кем является неизвестная, чей растерзанный труп был найден на городском пустыре, и что за трагедия с ней случилась.

– Сыщик всегда остаётся сыщиком. И неважно – на пенсии он или нет, – такой фразой окончил свою речь Тимофей Савельевич, и Борис понял, что в этом случае спорить с отцом бесполезно.

Стоило позволить ему тряхнуть стариной и размять затёкшие косточки и мозговые извилины, так как в любом случае это будет хорошо для всех, потому что фактически впервые после смерти жены Тимофей Савельевич в полной мере ощутил тягу к жизни. Возможность заниматься любимым делом – лучшая терапия, которая всегда благотворно действует на людей, возвращая им вкус к жизни, и никакое южное солнце его не заменит. Поэтому Борис решил позволить отцу делать всё, что ему вздумается ради того, чтобы вновь увидеть блеск в его глазах, и даже убедил Катю никоим образом не выказывать своё недовольство новой идеей отца. Пусть старик занимается своим расследованием. А вдруг и вправду ему удастся что-нибудь выяснить? В таком случае все будут в выигрыше, потому что всем жителям Туманогорска не помешает знать, присутствует ли в их рядах кровожадный маньяк, которому посчастливилось избежать наказания из-за оплошности следователя, или же на городском пустыре произошёл обыкновенный несчастный случай, от которого никто не застрахован.

Борис знал, что Тимофей Савельевич будет действовать чётко и аккуратно и не станет напрасно рисковать собой или делать глупости, – для этого он слишком умён и опытен. К тому же он всегда может обратиться за подмогой в родную полицию, где ему точно не откажут. А это тоже немаловажно в любом деле. Поэтому Борис согласился предоставить отцу карт-бланш, а сам с женой и сыном продолжил подготовку к отпуску. И в назначенный день Тимофей Савельевич проводил семью сына на железнодорожный вокзал, помахал им рукой, после чего поехал на своё прежнее место работы.

Повидавшись со своими старыми коллегами и немного пообщавшись за жизнь, Елисеев спустился в архив. В пыльном помещении с множеством стеллажей, сверху донизу заполненных старыми папками, трудилась пожилая женщина, выполнявшая здесь свою работу вот уже почти три десятка лет, Евдокия Романовна Соколова. С возрастом она стала немного грузной и уже не могла, как прежде, с лёгкостью забираться на стремянку в поисках какого-нибудь старого дела, мирно дремавшего на верхней полке. Однако Евдокия Романовна продолжала безупречно вести учёт всех поступавших в её распоряжение дел. К тому же она обладала феноменальной памятью и могла без проблем дать подробную справку по любым вопросам, находящимся в её ведении. Именно поэтому она до сих пор оставалась заведующей архивом, и никому не приходило в голову сместить её.

Вместе с тем, чтобы сохранить работоспособность такой ценной сотрудницы, ей в помощь постоянно выделяли молодых практикантов, которые были призваны выполнять всю физическую работу. Вот и сейчас, когда Тимофей Савельевич аккуратно открыл дверь в архив и вошёл туда, то сразу же столкнулся с юной девицей, держащей в руках стопку списанных уголовных дел. Девица никак не отреагировала на появление посетителя, резонно полагая, что Евдокия Романовна сама с ним разберётся, и продолжила свой путь к дальнему стеллажу. А Тимофей Савельевич не спеша подошёл к столу, за которым чинно восседала хранительница списанных уголовных дел, и поприветствовал её.

– Здравствуйте, любезная Евдокия Романовна! Надеюсь, Вы меня ещё не забыли?

Евдокия Романовна посмотрела на неожиданного посетителя поверх своих очков, и выражение её сурового лица мгновенно смягчилось.

– Как же! Как же! – добродушным голосом проговорила Евдокия Романовна. – Тимофей Савельевич! Давненько я Вас не видела! Какими