Разбитое отражение - Дебора Николас

– Ладно, пусть даже ты права и мне впервые в жизни попался абсолютно бессовестный человек, я найду еще кого-нибудь, кто раскроет мне их секреты. – Она исподлобья посмотрела на Келли. – Послушай, до сегодняшнего дня ты считала мое участие в этом деле удачным ходом. Что случилось?

– Когда я услышала, как эта сволочь колотит тебя об стенку, я чуть с ума не сошла. Только тогда до меня дошло, какие мы с тобой идиотки! – Она уже почти кричала. – Я уже думала обо всем этом вчера вечером. После папиного звонка.

Рейчел замерла, подняла глаза на старшую сестру.

– Папа звонил?

– Он беспокоится, – вздохнула Келли, – говорит, все думает, как мы тут одни. Пришлось что-то наврать ему. После того, что случилось на Пасху… – Она помолчала, вспомнив ссору между отцом и Си Джей за месяц до ее отъезда в Новый Орлеан. – Боюсь, он чувствует себя в ответе за то, что произошло с Си Джей. И если что-нибудь стрясется с тобою, он просто не переживет. А меня никогда не простит.

Рейчел с решительным видом повернулась к Келли, расправила плечи и сжала руку сестры тонкими бледными пальцами.

– Кел, ты за меня не отвечаешь. Я все решаю сама, и папа это знает. Давай посмотрим, что можно выяснить методом убеждения. При первом же намеке на опасность ты успеешь выдернуть меня оттуда.

Келли окинула тихую улицу профессионально цепким и напряженным взглядом.

– Рейчел, тебе предстоит работать в подполье. Ты хоть понимаешь, что это значит? Никаких звонков старшей сестре, никаких контактов с кем-либо из твоей настоящей жизни. – Она сделала глубокий вдох. – Какое-то время придется врать папе. Ты придешь на собеседование – и будешь совсем другой Рейчел Брэдли. Моли бога, чтобы Пеннелл удовлетворился твоей легендой и рекомендациями, которые изготовил для тебя Годшо. Стоит ему позвонить в Квантико…

– Связывать мое появление с Си Джей он не станет. Мало того, что она поменяла фамилию в браке, мы с нею совершенно не похожи – только глаза у обеих голубые. Ты только посмотри на меня: тощая, незаметная, рыжая… Кому придет в голову сравнивать меня с роскошной красавицей брюнеткой Си Джей?

Келли покачала головой. Все-таки Рейчел неисправима! Неужели сама не понимает, как она прелестна, как ласково сияют ее огромные глаза? Нет, не понимает… И никогда не понимала – еще бы, она ведь никогда не подходила к мужчинам достаточно близко, чтобы увидеть, как они смотрят на нее. Но в одном Рейчел права: на Си Джей она совершенно не похожа. Да и Келли, если уж на то пошло: ведь двойняшками они с Си Джей не были.

– Думаю, в лучшем случае Пеннелл проверит мои рекомендации, – добавила Рейчел.

– Надеюсь… И запомни: нельзя говорить Годшо, почему ты так заинтересована в этом задании, не то мы обе пулей вылетим из расследования.

Рейчел обеими руками сжала руку Келли и улыбнулась уголком рта.

– Увидишь, все будет хорошо. Неужели ты совсем не доверяешь своему напарнику? Мне кажется, этому твоему Годшо как никому другому подходит определение «рыцарь». Если что-нибудь пойдет не так, он тут же примчится на помощь.

Келли поморщилась.

– Терпеть не могу эту твою манеру сортировать живых людей, как книжки в библиотеке. Пойми, Рейчел, не все и не всех можно расставить по полочкам.

Рейчел заметно помрачнела.

– Да. Кому, как не мне, это понимать… Не забывай, с моей помощью милейшие люди делились с тобою своими гадкими секретами.

– Прости. Я понимаю: так ты пытаешься справиться с грузом эмоций, который они все взваливают на твою психику. Но Годшо, будь он хоть сто раз рыцарь, может просто не успеть спасти тебя.

– Но ведь ты говорила, у Годшо есть там еще один информант, которому я и буду помогать?

При мысли о грубияне Дрейке Хантере Келли почувствовала себя не в своей тарелке. Она почти ничего о нем не знала, но всякий раз, как на нее падал взгляд его жутковато-черных глаз, ей безотчетно хотелось спрятаться.

– Да, Дрейк Хантер. Он работает мастером на стройплощадке «Хисторик хоумз».

Рейчел уловила ее неуверенность.

– Он тебе не нравится?

– Нет, не то… просто… Понимаешь, он меня заводит.

– Ты не шутишь?! – задохнулась от изумления Рейчел.

– Я не так выразилась, – поспешно поправилась Келли. – Точнее, беспокоит. От него исходит какое-то нервное напряжение. Я его боюсь.

– Но он заслуживает доверия?

– Кажется, раньше он служил в морской разведке, так что, думаю, да.

– Думаешь?

Келли внимательно смотрела на младшую сестру. Вот, пожалуй, удобный случай припугнуть ее. Один взгляд на Дрейка Хантера – и Рейчел наверняка струхнет… Келли озабоченно нахмурилась. Нет, какая она все-таки упрямая! Что ж, если не испугается, то хотя бы задумается лишний раз.

– Ты все сама увидишь, – загадочно улыбнулась она. – Идем, они уже ждут нас.

Сестры вылезли из машины и направились к двери подъезда. Келли немного успокоилась и расслабилась, еще надеясь отговорить Рейчел от участия в расследовании, зато сама Рейчел нервничала все больше. Впрочем, она уже все для себя решила четыре месяца назад, когда тупо смотрела на Си Джей в гробу. Она вдруг поняла тогда, что совсем не знала свою сестру, никогда не представляла, чем жила Си Джей Брэдли Нельсон. Как странно: сотни совершенно незнакомых, чужих людей были ей ближе. Во время кратких, случайных бесед Рейчел, часто против своей воли, узнавала этих людей лучше, чем их родные за всю жизнь; чувствовала то, что чувствовали они, только намного острее.

Но Си Джей она не знала… И сколько ни твердила себе, что Си Джей не могла, просто не могла покончить с собой, у нее не было твердой уверенности в этом. Потому что она действительно не знала, потому что всегда слишком рьяно защищала себя от других – будь то даже Си Джей, родная сестра. Боялась, что снова начнет жить чужими чувствами…

Впервые это случилось, когда Рейчел было девять лет. Подружка призналась ей, что к ней пристает старший брат. Рейчел охватил такой стыд, такое унижение, будто все, что рассказывала подруга, произошло с нею самой. Ужасное признание и вторгшиеся в душу чужие чувства перепугали ее до смерти, но она, как девочка послушная, пошла к маме и поведала ей слово в слово все, что услышала. Ну, а мама Рейчел отправилась к маме той девочки… Увы, в результате Рейчел лишилась подруги, потому что родители бедняжки запретили ей разговаривать с Рейчел, а потом уехали из города и увезли с собою ужасную тайну.

Тогда Рейчел и решила, что лучше не узнавать чужих секретов. Только так можно было защитить себя от черной бездны, открывающейся внутри при каждом откровенном разговоре. Теперь она старалась не смотреть людям в глаза, избегала близко сходиться с кем бы то ни было. Всего несколько раз она воспользовалась своим даром сознательно – чтобы помочь Келли. Но там подобные признания были средством для достижения достойной цели: зло должно быть наказано, преступники – осуждены.