Из Яви в Навь - Евгения Владимировна Потапова

— Это ты кто такая? Я-то знаю, кто я такая, — ответила Васька.

— Не надо мне хамить, — нахмурилась Лика.

— А то что? — поинтересовалась Василиса.

— Что надо. Так как вы в дом попали? Я на ночь закрывалась.

— Для меня двери этого дома всегда открыты.

Лика внимательно посмотрела на Василису, о чем-то подумала и мило улыбнулась.

— Что-то мы с вами не с того начали. Давайте чай попьем. Я вкусный чай из города привезла, цейлонский.

— Индийский со слоном вкусней, — проговорила Василиса и глянула на нее с любопытством. — Ну идем чай пить, коль не шутишь.

— Смотри-ка, лиса, как хвостом метет, — проворчал в углу Митрофан.

— Только мне встать надо, переодеться, — мило улыбнулась Лика.

— Так ты и так в одежде спишь.

— Это пижама.

— Понапридумывают всякое. Раньше в пижаме только мужики спали, и то в больницах, — проворчала Василиса.

Лика вынырнула из-под одеяла и направилась в кухню. Там она принялась хозяйничать.

— От как хозяйка себя ведешь, — нахмурилась Василиса.

— А я жена Захара, — ответила с улыбкой Лика.

— Бывшая, — уточнила Василиса, — Это же деревня, ничего не скроется от глаз соседей.

— Может, я хочу к нему вернуться, — кокетливо сказала Лика.

— А он к тебе хочет? — с усмешкой спросила Василиса.

— Это же мужчина. Если к нему с лаской, то он и растает, а то вы не знаете.

— Не знаю, — помотала головой Васька, — если не люб тебе человек, то даже воздух рядом с ним противен.

Лика поджала губы и отвернулась. Она принялась заваривать чай. Василиса сидела за столом и болтала ногами.

— А вы же знаете, где он людей принимает? — продолжила дружелюбным тоном выспрашивать Лика.

— Конечно, знаю. А зачем это тебе? Ты вроде не больная, здоровая, вон бабенка какая красивая, ухоженная. Чего тебе там делать? Гадость всякую на себя собирать?

Лика на мгновение скривилась, но снова натянула на себя маску дружелюбия.

— Ну, как любящая женщина ему суп принесу, пирожков, — приторно улыбнулась она.

— Чтобы скверну на еду зацепить? — Василиса с изумлением на нее посмотрела, — Хочешь состариться раньше времени и помереть?

— Да нет, что вы, — испуганно ответила Лика.

— Ну вот и сиди дома и носа никуда не кажи, а лучше едь к себе домой. У нас тут места нехорошие, гиблые, шастает всякая нечисть.

— Я без вас разберусь, что мне делать, — прошипела Лика, — Я вашего совета не просила.

— А вот и зря, — хмыкнула Василиса, — Зря не просила, а я без этого спроса могу тебе посоветовать.

— Знаете что? — Лика почти вышла из себя.

— Что? — нехорошо улыбнулась Василиса.

— Пейте чай!

Лика поставила перед ней чашку и положила пакет с конфетами.

— Приятного аппетита! — сказала сердито она.

— И вам не хворать, — улыбнулась Василиса и вытянула из пакета конфетку.

Какая такая секта?

Василиса медленно пила чай и зорко следила за Ликой.

— А ты где работаешь-то? — спросила она ее.

— Нигде.

— Почему? — удивилась Василиса.

— Я сейчас в творческом кризисе, — с гордостью ответила Лика.

— А сейчас разве за тунеядство не сажают?

— Вот вспомнили тоже, — хмыкнула Лика, — И я не тунеядка, я в творческом кризисе. Я художник, я скульптор, я дива! — с пафосом произнесла она.

— Плакаты что ли для кинотеатров рисуешь или оформителем работаешь? А лепишь чего? Пионеров с веслом и горном?

— Вот у вас и деревня глухая, — фыркнула Лика. — Я востребованный художник, организовываю свои выставки, продаю свои картины. А еще я популярный блогер. У меня есть страница на «Строграмм» и канал на «Ютубе».

— Чаво? — не поняла Василиса, — Это что еще за профессия? Ты чего делаешь-то?

— Я снимаю видео, пилю посты и делаю селфи и фоточки.

— Чего ты пилишь? — не поняла Василиса. — Это производство какое-то? Кино снимаешь? Артистка, что ли?

— Артистка-артистка, — в избу зашел Захар. — Доброго утра всем.

— Доброго, — кивнула Василиса. — Я вот к тебе забежала новости все узнать, а тебя дома нет.

— А меня вот из дома лисичка выжила, — усмехнулся Захар.

— Ничего я тебя не выживала, — нахмурилась Лика. — Ты сам не захотел дома ночевать.

— Переночевала, отдохнула? Пора и честь знать. Продукты можешь свои обратно забрать, — сказал ей Захар.

— Вот еще буду я мелочиться. У меня, между прочим, творческий кризис, мне нужна перезагрузка. Я хотела бы у тебя пожить какое-то время по старой дружбе.

— Я же тебе уже сказал, что я не хочу, чтобы ты жила в моем доме.

— Какой ты, однако, Захар, вредный, а раньше таким не был. Я бы и за тобой приглядела, и вдохновением напиталась, и в поток вошла.

— Не надо в поток входить, — покачала головой Василиса, — Пока до реки дойдешь, утопнешь несколько раз. У нас тут же вода стояла долго, кругом грязюка, да и болота ближе к деревне подошли. Ты местность не знаешь, да и Захар тоже, так что сиди дома и не шастай по лесу, а то схватит тебя за ногу болотник и утащит к себе жить, и станешь страшной Кикиморой.

— Боже мой, Захар, как ты живешь тут? Это же какой-то кринж, — закатила глаза Лика.

— Чего? Мы ничем таким не болеем, а ты иди отсюда, а то еще перезаражаешь всех, — замахала на нее Василиса руками, — Тьфу-ты, а я с ней еще за одним столом сижу и чай пью, у нее там ентот, как его — кринж какой-то.

Василиса принялась чесаться и себя осматривать. Захар не выдержал и громко расхохотался.

— Вот, Василиса, ты мне настроение с утра подняла, — смеясь, он вытирал рукавом проступившие слезы, — Лика, давай собирайся домой, а то сейчас Василиса про тебя всем расскажет. Еще придут сюда местные с вилами тебя выгонять. Дом мне подожгут, решат, что чума к нам приехала.

— Ну ладно старуха-то, но ты чего ерунду всякую несешь, — нахмурилась Лика, — Двадцать первый век на дворе. Какие вилы?

— Обыкновенные, с