Два лика января - Патриция Хайсмит

В вестибюле «Дарданелл» Райдел огляделся по сторонам, нет ли кого похожего на полицейского агента. Но кроме молодого портье за конторкой в вестибюле была только пятидесятилетняя женщина в черном, отороченном мехом пальто и шляпе, на вид — немка.

— Я к мистеру Макфарланду. У меня с ним назначена встреча, — обратился Райдел к служащему отеля, следя за выражением его лица. Но оно оставалось спокойным.

Портье нажал кнопку коммутатора и проговорил с сильным греческим акцентом:

— К вам какой-то джентльмен, сэр.

Глухой отрывистый голос Честера что-то ответил.

— Пожалуйста. Тридцать первый номер, — разрешил портье.

В вестибюле был лифт, но Райдел поднялся по лестнице, выложенной черным и белым кафелем. Нужный номер, очевидно, помещался на втором этаже: Райдел увидел табличку с номером 28, как только поднялся на площадку следующего этажа. Старый ковер на полу был грязновато-зеленого цвета. Единственная лампочка горела тусклым желтоватым светом. Гостиница производила более удручающее впечатление, чем «Мельхиор кондилис». Райдел постучал в тридцать первый номер.

Дверь приоткрылась, и он увидел Честера.

— Добрый вечер, — поздоровался Райдел.

Честер прищурился.

— Вы один?

— Да.

С лица Честера исчезло выражение настороженности. «Видимо, он решил, что я могу привести полицию, — подумал Райдел, — или своего знакомого, который будет вымогать у него деньги».

— Проходите, — пригласил Честер.

Райдел вошел.

— Добрый вечер, — поздоровался он с Колеттой.

Она сидела в кресле, скрестив ноги. Руки ее покоились на подлокотниках. Поза показного спокойствия, отметил про себя Райдел.

— Отель покинули без приключений? — спросил он Макфарланда.

— Да, все нормально. — Честер, теребя усы, покосился на жену.

— Должна признаться, гостиница, в которой вы нас поселили, весьма живописная, — улыбнулась Колетта.

Райдел огляделся. Колетта права. Обшарпанная, обставленная дешевой мебелью комната.

— Потерпите, это лишь на одну ночь. Я пришел поговорить с вами насчет паспортов. Думаю, к завтрашнему полудню у вас будут новые документы. Я только что встретился с одним моим знакомым.

Он старался держаться вежливо и деловито, но Честер воспринял это как дружескую болтовню.

— Хорошо, может, присядете? — И пододвинул Райделу стул. — Позвольте ваше пальто.

Тот начал уже раздеваться, но передумал.

— Спасибо. Я ненадолго.

Он расстегнул пальто и сел на стул.

— Здесь такой холод, — заметила Колетта, — что всем нам не мешает одеться потеплее. Милый, не подашь ли мой мохер?

— Конечно, дорогая.

Честер прошел в прихожую, где помещался стенной шкаф, и принес жене мохеровую накидку.

Колетта быстрым и грациозным движением набросила накидку на плечи и спрятала под нее руки.

— Вы говорите о паспортах, — сказал Честер, садясь на стул. В руке у него невесть откуда появился бокал виски с содовой. — Как вы отнесетесь к тому, чтобы выпить?

— Спасибо. В другой раз, — отказался Райдел. Он достал сигарету и закурил. — Завтра для вас будут готовы два паспорта. Каждый обойдется вам в пять тысяч долларов. Это сравнительно недорого. Человек, который все организует, хочет за свои услуги тысячу долларов. Соответственно, десять тысяч пойдут тому, кто выполнит работу.

Честер посмотрел на Колетту, затем снова на Райдела. Было видно, что он намеревался что-то сказать, но, видимо, передумал и медленно отпил из своего бокала.

— Если вы не хотите, я не буду заниматься вашими паспортами, — сказал Райдел, начиная злиться оттого, что Честер явно ему не доверяет. — Но учтите, завтра утром полиция будет искать Макфарланда. То, что вашего имени не было в записной книжке агента, ничего не меняет. У полиции наверняка имеются другие отпечатки тех снимков. И кому-то должно быть известно, что грек в тот день разыскивал именно вас. Вы занимали номер на шестом этаже, где обнаружат труп. Полиция обязательно постарается выяснить, не имел ли кто из проживающих на этом этаже сходства с кем-либо из изображенных на фотографиях. И не забывайте: вы освободили номер, когда…

— Хм. — Честер подался вперед, достал из кармана носовой платок и высморкался.

— Похоже, он прав, Чес, — сказала Колетта. — Ты говорил, что нам нужно покинуть Грецию сегодня ночью. Но представь себе, что нас останавливают на югославской границе и просят предъявить паспорта. А если полиция успеет сообщить пограничникам, что разыскивает нас? — Колетта говорила энергично, жестикулируя левой рукой, и Райдел заметил кольцо с довольно крупным бриллиантом на ее безымянном пальце, очевидно подарок к помолвке. Столь же дорогим было и платиновое обручальное кольцо.

«Может, Макфарланд жмется из-за денег? — подумал Райдел. — Вероятно, его смущает сумма? Но пять тысяч за американский паспорт смехотворно дешево, даже если работа приятеля Нико окажется небезукоризненной». Он посмотрел на часы.

— Вы торопитесь? — спросил Честер.

— Нет, а впрочем, да. У меня назначена встреча в половине одиннадцатого. Мой знакомый, конечно, подождет, но я не хочу заставлять его ждать слишком долго. Это Нико, тот, кто достает вам паспорта. — Райдел сидел на самом краешке стула. Его начинало охватывать раздражение. Он уже собирался сказать, что не истратит ни цента из своих денег, пока не будет договоренности, и хочет, чтобы Честер знал об этом. Но удержался. — Я должен еще раз встретиться с Нико, чтобы передать ему фотографии для ваших документов и задаток. Думаю, это должно быть пять тысяч долларов. Но конечно, решать вам.

Честер встал и прошел к пепельнице, стоявшей на высокой подставке, рядом с креслом Колетты.

— Честер, милый, ты понимаешь, о чем идет речь? — Колетта посмотрела на Райдела. — Мне кажется, я поняла.

Молодой человек отвел глаза. Он покосился на Честера, затем на дверь и подумал, что через пять секунд закроет ее за собой и никогда больше не увидит этих людей. Встретится с Нико, скажет, что все отменяется, и сам оплатит звонок Нико в Навплион его другу Фрэнку.

— Да, конечно, вы правы, — произнес наконец Честер. — Нам действительно нужно поменять паспорта.

Он вел себя как человек, вынужденный идти на невыгодную сделку и всячески старающийся ее оттянуть.

— Вероятно, у вас есть другая возможность достать паспорта? Я не настаиваю на своем варианте. Просто я хорошо знаю этих людей, — сказал Райдел.

— Другой возможности у нас нет, — проговорил Честер.

— Дорогой, нам оказывают большую услугу. — Колетта поднялась и повернулась к Райделу: — Позвольте выразить вам нашу признательность. — Ее руки сжимали накидку у подбородка. — Спасибо.

Райдел через силу улыбнулся.

— Вы очень добры.

— Значит, нужны запасные фотографии? — Колетта направилась к своей сумочке, лежавшей на бюро.

— Нет, фотографии из ваших паспортов. На них должна быть печать, — сказал Райдел. — Так проще.

— Ну конечно. Какая я глупая. Я же видела фильм, где так делали. Ненавижу эту фотографию, но, видимо, мне не суждено от нее избавиться. По крайней мере, в этом путешествии. — Она протянула Райделу свой паспорт. — Думаю, у вас получится аккуратнее.

— Да, пожалуй. — Райдел знал: фотографии приклеены очень крепко.

Честер извлек свой паспорт из нагрудного кармана.

— Хорошо, что я забрал у портье наши документы, когда мы возвращались после ужина. Пришлось сказать, что мы уезжаем завтра рано утром.

— Да, кстати, — проговорил Райдел. — Самолет на Крит вылетает в десять сорок пять. Думаю, это самое лучшее. Или у вас есть другие идеи? — Он взял у Честера паспорт.

— Нет-нет. Крит нас вполне устраивает, — замахал тот руками. У него был усталый вид.

Губы Райдела едва заметно скривились в усмешке. Бросив взгляд на Колетту, он понял, что та прочитала его мысли.

Она не глупа, подумал Райдел.

— Теперь о деньгах. У вас найдутся пять тысяч наличными?

— Только в дорожных чеках, — ответил Честер.

Райдел покачал головой.

— Не думаю, чтобы завтра нашелся хоть кто-то, готовый принять дорожные чеки за подписью Честера Макфарланда.

Честер кивнул с напускной серьезностью, огляделся, прошел к стоявшему в углу чемодану, обшитому парусиной и кожей, перенес его в ванную комнату и закрыл за собой дверь.

Нетрудно догадаться, чем сейчас он занимается: достает свои зелененькие из потайного отделения за подкладкой чемодана, вшитого наверняка его женой. Райдел тоже держал свои наличные за подкладкой чемодана. Сейчас там лежали восемь десятидолларовых банкнот и около десяти долларов. У Честера, наверное, за подкладкой было зашито целое состояние. Колетта искоса поглядывала на Райдела. Она стояла позади кресла и барабанила пальцами по спинке.

— Из какого вы штата? — спросила она.