По прихоти судьбы - Линда Дженкинс

Сторму не хотелось высказывать свое мнение на этот счет. По его наблюдениям, большинство мужчин до такой степени отдаются работе только потому, что не нашли для себя счастья в другом. Он лишь обронил:

— Нет, не представляю.

— Потеря фабрики его убила. Разумеется, врачи определили причину смерти как сердечный приступ, но я-то знаю, он умер от горя. Отец не смог жить с грузом вины за то, что лишил свою семью благополучия.

— И давно это случилось?

— Три месяца назад. Но Трой милостиво разрешил мне несколько недель предаваться скорби и только потом нанес сокрушительный удар. Оказывается, Трой сумел заключить сделку, по которой он после смерти отца имел право выкупить наш фамильный особняк со всей обстановкой.

Алекс так стиснула кулаки, что побелели костяшки пальцев.

— Я попыталась оспорить сделку, но на Литтлтона работают очень ловкие адвокаты. Контракты составлены так, что не подкопаешься. Но я должна найти способ вернуть себе хоть что-то.

Сторм присвистнул сквозь зубы. Жизнь Александры Клейтон напоминает сюжет мыльной оперы!

— Думаете, месть принесет вам удовлетворение?

— Хуже, чем сейчас, уже не будет. Вот почему вы должны немедленно высадить меня на берег, чтобы я могла добраться до аэропорта. Мне надо действовать без всяких проволочек.

— Сожалею, Александра, но вам придется на некоторое время отложить осуществление своих планов. Сдается мне, вам нужно еще раз как следует все обдумать.

Глаза ее расширились, губы приоткрылись, но с них не сорвалось ни звука. Алекс повисла на поручнях и ухватилась за спасательный канат так крепко, словно от этого зависела ее жизнь.

— Что это значит?

— Да то же, о чем я все время твержу. В ближайшее время мы не собираемся заходить в какой-либо порт.

Все ее тело как-то поникло, но это была минутная слабость. Алекс гордо выпрямилась.

— Но это же бессмысленно! За что бы меня наказываете?

— Наказание тут ни при чем. Я просто не хочу отклоняться от курса.

— Вы всегда ведете себя как законченный эгоист?

— А что, у меня талант по этой части, правда?

Сторм уже давно понял: как бы он ни старался, ему не удастся заслужить одобрение родителей. Он не мог похвастаться достижениями, как его братья, не обладал их уступчивостью. В один прекрасный день Сторм отказался от дальнейших попыток оправдать чьи-то надежды.

— Если вы собираетесь удерживать меня против воли, это будет считаться похищением.

— Так позвоните в ФБР.

Алекс вскочила на ноги, осыпая его проклятиями, совсем не подобающими истинной леди, и бросилась в сторону каюты. Сторм нагнал ее в два прыжка, схватил за плечи и пригвоздил к месту.

— Никогда, слышите, никогда не бегайте по палубе! — заорал он. — Вы хоть представляете, как легко можно вылететь за борт, если яхта накренится?

— Нет! — крикнула Алекс, безуспешно пытаясь вырваться. — Но, может, как раз стоит попробовать. В данный момент это, похоже, единственный способ избежать вашего общества и этого круиза, будь он неладен.

Сторм усилием воли обуздал гнев.

— Послушайте, Александра, почему бы вам не угомониться на время? Расслабьтесь, смотрите на это путешествие как на приключение, какое выпадает раз в жизни. Может, вам еще понравится.

— Мало вероятно, когда на борту пират. Уберите от меня руки, пожалуйста!

Сторм не смог сдержать улыбку. Вежливое «пожалуйста», которое она прошипела сквозь зубы, ничуть не походило на просьбу. У него снова возникло искушение поцеловать ее, но Сторм отбросил эту мысль и разжал пальцы.

— Ваше желание для меня — закон.

Алекс сквозь зубы послала его подальше, не стесняясь в выражениях.

Сторм рассмеялся:

— Если бы Джозефина услышала эти выражения, она наверняка заставила бы вас вымыть рот с мылом.

— Какая удача, что ее здесь нет. У меня есть предчувствие, что, пока вы держите меня в плену, мне придется употреблять их довольно часто. — Тряхнув головой, она неторопливо направилась к трапу.

Сторма насторожил слабый хлопок паруса. Он чертыхнулся и поспешил к штурвалу. Задумавшись об Александре, он перестал следить за курсом, и яхта развернулась под слишком малым углом к ветру. Нечего и говорить, эта женщина постоянно отвлекает внимание.

Так почему он не сделает крюк и не высадит ее на берег? Сторм задумался, перебирая в уме разные варианты ответов. Может, трудности одиночного плавания приелись, впечатления утратили новизну, и он ищет новых ощущений.

Правильный ответ напрашивался сам собой. Он хотел удержать Александру Клейтон на борту яхты, потому что нуждался в ее обществе.

Противный тип, упрямец чертов! Но и она тоже хороша, нужно было остаться на палубе и отстаивать свою точку зрения, а не убегать от него, как испуганная мышка от вышедшего на охоту кота!

Алекс еще не приходилось встречать такого своеобразного и при этом такого неподатливого мужчину. Все ее усилия урезонить его потерпели крах. Он остался глух к ее просьбам, не проявив даже малой толики человеческой доброты. Однако всякий раз, когда Алекс смотрела на него, ее сердце сбивалось с ритма.

Алекс мерила шагами небольшую каюту, и от частых поворотов у нее начала кружиться голова. Она села. Как быть? Как заставить его передумать? Сторм слишком привык жить по собственным правилам, ни с кем и ни с чем не считаясь.

Алекс нахмурилась. До сих пор Сторм сопротивлялся всем ее попыткам. Конечно, она еще не пробовала пустить в ход слезы, но казалось маловероятным, чтобы он поддался на такую дешевую уловку. Ей вспомнились его слова: «Вы всегда можете попытаться меня соблазнить».

Интересно, а что если… Испугавшись опасных мыслей, Алекс снова вскочила и заходила по каюте. Нет, это слишком рискованно, нельзя даже думать об этом, решила она.

Больше всего ее тревожило, что в воображении легко возникала живая картина. Она отчетливо, даже слишком отчетливо видела, как их тела сплетаются в страстном объятии… У Алекс закружилась голова.

— Это странно, — вслух сказала она. Алекс не могла себя обманывать. Так и есть, ее влечет к похитителю. — Нет, это хуже, чем странно, это чистое безумие.

— Ну и что здесь происходит?

Услышав голос Сторма, Алекс постаралась взять себя в руки.

— С чего вы решили, что что-то происходит?

Сторм спустился по трапу и остановился на нижней ступеньке.

О Господи, этого только не хватало, пронеслось в голове у Алекс. Сторм снял рубашку, и теперь ее взору открылась загорелая мускулистая грудь, вполне привлекательная своей грубоватой мужественностью.

— За время нашего короткого знакомства с вами постоянно что-то происходило. Я решил, что теперь вы затеваете бунт на корабле.