Неслучайные случайности - Максим Томилко

И только спустя некоторое время эта история прояснилась.

Как-то днём в их квартиру позвонил участковый. Он показал Софье Васильевне фото мужчины и спросил, что она знает о нём.

Она повертела фотографию в руках и под предлогом того, что без очков не видит, заманила Гену-участкового на кухню. Гену-то, в отличие от мужчины, она знала с детства.

А на столе и свежие пирожки, и только что вскипевший чайник. Заставила чуть ли не силой усесться за стол, пододвинула угощение, а сама начала потихоньку выведовать. Мол, человек мне незнакомый. Но почему именно к ней пришёл с расспросами?

– Так на камерах видно, как он несколько дней назад заезжал в ваш двор. А потом ходил, вынюхивал что-то, вопросики разные задавал. О вас, между прочим.

– Обо мне? – удивилась Софья Васильевна. – Может, родня какая дальняя…

– О вашей семье спрашивал, об Ольге. – уточнил Гена.

– Нет, я его не знаю. И не видела. Я по холоду редко во дворе бываю. Это летом сидела с соседками.

– Ну вот он у ваших соседок справки и наводил.

– А он кто?

– Бывший сотрудник полиции. Сейчас частный детектив. Пропал. Уже с неделю как. Жена заявление подала. Вот усиленно ищем, поскольку наш, хоть и бывший. И машина пропала. Куда делась? Из двора не выезжала.

– А где он живёт?

– Он из области.

– И что ему тут у нас понадобилось?

– Жена не в курсе. Говорит, что-то расследовал. Хвалился, что скоро большие деньги получит.

– Говоришь, со двора не выезжала? Гена, а ведь с другой стороны дома тоже проехать можно, а потом на пустырь, через лесок по грунтовке.

– Там же загорожено, и замок висит. Ну хорошо – проверим. Хорошо, что напомнили. А может быть, Ольга что знает?

– Придёт с работы – спрошу. Хотя она теперь дома редко бывает.

И, понизив голос, пояснила:

– Замуж выходит за Александра. Только это пока секрет. Знаешь, люди разные. И не все радуются чужому счастью.

– Я рад, – поспешил заверить Гена. – От всей души. Ну, засиделся я у вас. Пойду дальше народ опрашивать.

А ещё спустя неделю Софья Васильевна столкнулась с Геной у магазина и поинтересовалась, как идут поиски.

– Нашли в лесу, на глухой дороге. Он там ночевал и сгорел. Видимо, пьяный был, курил в машине, а может, заснул. В общем, по номеру машины, да по некоторым вещам опознали.

Софья Васильевна рассказала эту новость Ольге, и та поняла, почему детектив-шантажист не явился за деньгами. Какой страшный конец!

Поздней осенью, когда Лена училась уже в десятом классе, случилась беда с бабушкой. Пошла в банк за пенсией, а на обратном пути на неё напали трое грабителей. Вырвали из рук сумочку, а её ударили по голове. И это случилось средь бела дня, за углом собственного дома. Софья Васильевна добрела кое-как домой, прилегла на диван. Вечером приехала Ольга. Мать ей всё рассказала, попросила поискать сумку с документами (деньги, конечно, забрали, а сумка-то им зачем?) Потом по лицу её прошла судорога, и она потеряла сознание. Приехала скорая, врачи констатировали инсульт. Запретили трогать и переворачивать больную.

Ольга взяла отпуск на работе, ухаживала за матерью. Приходила медсестра, делала уколы. Лена тоже помогала, чем могла. Папа Саша, словно волшебник, где-то раздобыл дефицитное лекарство.

Потихоньку бабушка пошла на поправку. У неё даже речь восстановилась. Только рука плохо ещё действовала. Новый год встретили скромно. В доме пахло хвоей от нескольких веток в вазе, лекарствами и апельсинами. И все загадали одно желание, чтобы Софья Васильевна побыстрее выздоровела.

Бабушка с внучкой вели долгие разговоры. И Лена узнала много нового о своей семье.

Родилась Софья Васильевна в большом крымском селе. Окончила восемь классов, пошла работать на ферму дояркой. Родители её тоже трудились в совхозе. И хотя море было рядом (каких-то десять километров), она моря почти и не видела. То учёба, то домашняя работа. А как же! И куры, и утки, и огород с овощами. Всё заботы требует. А море – это так, баловство. Но всё-таки изредка с подружками ездила искупаться. Вот у моря и встретила своего будущего мужа. Он тоже был местным, только из другого села. Приехал к родителям на каникулы, а учился в городе на инженера-строителя. И начался у них головокружительный роман.

– Нет, ты не думай, ничего такого не было, – говорила бабушка. – Он ведь татарином был. А у них до свадьбы девушка ничего не позволяла. Мы даже не целовались. Гуляли просто, разговаривали обо всём и не могли насмотреться друг на друга. Я хоть и дояркой работала, в селе жила, но книжек перечитала множество – половину нашей сельской библиотеки точно. Ну, и фильмы любила смотреть, на все новые обязательно в клуб ходила. Так что разговор могла поддержать. Да и общее образование у нас в школах тогда очень хорошее было.

Я в это лето исхудала, как щепка. А как же! И на работе успевать всё делать, и дома, и вечера с милым проводить. А он почти каждый вечер приходил. «Мен сени яратам – выходи к воротам». Это он так шутливо в любви признавался.

В общем, лето пролетело, пришла пора ему в город ехать. И решил он меня со своей матерью познакомить. А та ему ультиматум: женись на своей, а эту в дом не пущу. Он тогда рассердился:

– Поехали со мной в город, там распишемся и вместе жить будем.

Я стала со своими родителями об этом говорить. Те меня чуть не пришибли. Мол, с ума девка сошла. И запретили даже думать об этом. Вот мы и решили тайком от них всех уехать. Так и сделали. А где жить? Комнату в общежитии нам не дали. Хорошо, что у Мирона какой-то дальний родственник там жил. Он у него, ещё когда поступать приехал, останавливался. Пошли к тому на поклон. Мол, заявление подали, но ждать придётся. Он нормальным мужиком оказался. Только комнат свободных у него не было – своя семья большая. Договорился со своей соседкой, одинокой старушкой, чтоб пустила нас к себе, да не требовала большой платы. А мы ей взамен по хозяйству станем помогать. Так в этом флигельке и прожили почти четыре года. Я сначала уборщицей работала, а на следующий год поступила в педучилище учиться на воспитателя детсада. Весёлое время было: и друзей полно, и праздники все весёлые, летом в стройотряд записались. Кучу денег заработали.

Бабушка усмехнулась: «Это нам тогда так казалось».

До этого ведь