Таинственный сосуд времени - Наталья Николаевна Александрова

то, как бывший мой любимый мужчина просто бросил меня на дороге ночью одну-одинешеньку. И про заброшенный институт, как его… «Волна и частица», тоже неохота рассказывать. И про непонятную бутылку…

– Значит, с парнем поругалась, – констатировала женщина, – ну, не хочешь – не говори.

– Козел он! – выпалила я. – Козел и скотина! Год почти знакомы – и вот!

– Верю, – усмехнулась она. – Но такого быть не может, что вот так вдруг он скотиной стал. Человек, знаешь ли, не меняется, каким был в детстве – таким и остается, характер переделать трудно. Может, ты просто раньше не замечала?

– Возможно… – пробормотала я.

Она поймала мой взгляд в зеркале и снова усмехнулась.

– Да ладно, воспитывать тебя не стану, что мне… Просто молча ехать скучно, радио, что ли, включи!..

Я нажала кнопки, сначала была какая-то музыка, потом прорвался веселый женский голос:

– Привет, друзья! С вами снова я, Лена Козлова! Сегодня понедельник, двадцать седьмое июня, погода прекрасная, но вряд ли это вас так сильно радует, поскольку известно ведь, что понедельник – день тяжелый, а в такую погоду ехать на работу вдвойне тяжело…

Слова проходили мимо ушей, пока я не зацепилась за слово «понедельник». Ну да, ведущая повторила его несколько раз…

– Что с тобой? – спросила женщина, очевидно, у меня был совершенно обалделый вид.

– Какой сегодня день?..

– Понедельник, ты же видишь, что люди на работу с дачи едут… – удивилась она, потом присмотрелась. – Эй, да ты, похоже, совсем ориентацию во времени потеряла! Понедельник сегодня, это точно, а ты думала, какой день?

Я молчала, пораженная.

Как же так, ведь я же точно помню, что мы поехали на эту базу отдыха, чтоб она сгорела совсем, в пятницу после работы! И этот гад бросил меня на дороге без трех минут двенадцать. Стало быть, сегодня должно быть утро субботы, а никак не понедельника.

Что происходит? Куда делись из моей памяти двое суток? Где я была? Что делала?

Машинально я посмотрела на часы. Что удивительно, они шли. И показывали без двадцати восемь, то же самое время, что на часах в салоне машины.

Странно, мои часы ведь никто не подводил… И на календаре… я вздрогнула, потому что на календаре стояла цифра 27. Ну да, сегодня понедельник, двадцать седьмое июня.

– Будешь так напиваться, плохо кончишь! – подала голос женщина. – Ведь это уму непостижимо, чтобы день недели не помнить!

Я не ответила, мне пришло в голову, что если часы заработали, то мобильник тоже оживился.

Так и оказалось. Экран засветился, и я проверила сообщения. Их было много, и все от Андрея. Ага, забеспокоился, значит… Ну что ж, посмотрим, что он написал…

В первом сообщении он спрашивал:

«Ты где? Ответь!»

Я посмотрела на дату. Суббота, двадцать четвертое июня… а время… Ага, если вы думаете, что он написал мне буквально в первом часу ночи в субботу, то вы опять-таки здорово ошибаетесь. Суббота была, однако время сообщения стояло 19:07.

Стало быть, почти сутки он обо мне и не вспоминал, а потом соизволил. Ладно, почитаем, что там дальше!

Следующее сообщение гласило:

«Я звоню, возьми трубку!»

О как! И правда, звонок был в 19:12. Мобильник врать не будет, он это просто не умеет.

И вот интересно, с чего это мой бывший любимый человек вдруг так всполошился? Испугался, что я пропала? Как-то не верится.

И вот следующее сообщение показало, что я права.

«Лида, срочно ответь! Ты мне очень нужна!»

Ах вот как… Я ему зачем-то понадобилась. А если бы нет, то и не вспомнил бы, что бросил одну меня на дороге, посреди ночи, в безлюдном месте.

Была еще парочка сообщений в том же духе, после чего наша, с позволения сказать, переписка прекратилась. Ну правильно, зачем писать, если адресат не отвечает?

И не будет отвечать, как решила сейчас я. Не до того мне, потом придумаю, что с ним делать.

Ага, вот и следующее сообщение от него, датированное воскресеньем, 11:32.

«Лида, где ты? Почему не отвечаешь? Мне срочно нужно с тобой встретиться или хотя бы поговорить!»

Нет, ну как вам это нравится, а? Он еще спрашивает, почему я не отвечаю? А может, меня уже и на свете нету! Волки меня съели той ночью! Инопланетяне похитили!

Значит, пришел Андрюшенька домой в субботу вечером, лег спать, проспал до одиннадцати, продрал глазки и вспомнил, что я ему срочно нужна!

– Скотина… – пробормотала я.

– Что, извиняется? – поинтересовалась водитель машины.

– Если бы! – вздохнула я. – Хотя что толку от его извинений?

– Подумай хорошенько, стоит ли тебе с таким типом дальше валандаться…

– Да я уже все решила, черт с ним совсем! – неожиданно для себя выпалила я.

Вообще-то верно, пошлю его подальше, но не сразу, руки чешутся задать ему хорошую трепку.

Я представила, что стою на берегу реки, течение там сильное. Берег довольно крутой, и там, внизу, я вижу, как барахтается Андрей. Он беспорядочно бьет руками по воде и кричит, захлебываясь и прося о помощи. А у меня в руках моток крепкой веревки. И я покачиваю этой веревкой и смотрю, как течение относит Андрея все дальше и дальше, и вот уже последний его крик затихает вдали…

Да, мечтать, конечно, не вредно, но плавает Андрей неплохо, так что сумеет выбраться и без моей помощи.

– Тебя где высадить? – спросила водитель.

Я не ответила, потому что читала последующие сообщения:

«Дуся, с тобой все в порядке? Ты где?»

Это от тети Муси, только тетки меня так называют: Лида, Лидуся, Дуся… И свои имена тоже уменьшают, Муся на самом деле Марфа, а Нюся вовсе не Анна, а Инна.

«Андрей звонил, сказал, что вы разминулись, мы ничего не поняли, ответь, что с тобой?»

Вот же сволочь какая, еще и теток перепугал!

Вот теперь, пожалуй, я и правда задушила бы его собственными руками.

И снова сообщение от этого урода:

«Лида, позвони обязательно! Если ты не хочешь со мной разговаривать, то хоть теткам позвони! Они волнуются!»

Ага, а кто их перепугал? Нарочно ведь это сделал, чтобы я отозвалась, знает же, что я теток своих люблю и не заставлю их зря волноваться. Нет, если он думает, что я просто пошлю его подальше, то глубоко ошибается. Я не собираюсь облегчать ему жизнь, я ему отомщу, причем мстить буду долго и страшно.

– Ты где живешь? – Водитель повторила вопрос, и я машинально назвала ей адрес своей квартиры, то есть не своей, а Нюсиной, но об этом после.

– Э, нет! Это же