Этот мир твой - Ярослав Маратович Васильев

Вячеслава хватило, чтобы Варя, которая стояла недалеко и всё слышала, вспыхнула от ярости и выскочила на улицу. Несколько секунд Вячеслав судорожно пытался сообразить, нужно ли ему побежать следом и извиниться, или нет – ведь они даже не друзья. Дальше стало бессмысленно, и девушку не догонишь, и в глазах остального класса будешь выглядеть дурак дураком. Ибо подумают все однозначно во вполне определённом направлении, и потом не отмоешься и никому не докажешь, что она ему никто и он в неё не влюбился. Всё равно в груди поселилась странная пустота, будто из неё вырвали что-то важное. Оставаться рядом с Витькой или идти в общей компании куда-то ещё не хотелось, так что Вячеслав резко попрощался и двинулся в сторону дома. Настроение было самое хреновое из всех плохих. Не зря же трижды по дороге домой у него случились приступы галлюцинаций. Да ещё оказалось, что вернулся он как раз к скандалу между родителями.

***

Голос в голове пропал, но ощущение тошноты просто так уходить не пожелало. Впервые галлюцинация сопровождалась не только зрительными видениями, на этот раз он ощущал запахи. И эта вонь, казалось, впиталась в мозг, пусть Вячеслав и твёрдо знал – это всё подступающая шизофрения.

За стеной мать продолжала высказывать отцу претензии и аргументы, и слушать её именно сегодня больше не было сил. Он быстро оделся, телефон сунул под кровать – в памяти стояла программа, позволяющая обоим родителям отслеживать все перемещения сына. Пользуясь тем, что мать увлечена руганью, сунул ноги в кроссовки, схватил ветровку и выскочил из квартиры раньше, чем его остановили.

– Вячик, ты куда? А ну немедленно вернись!..

Вопль матери он проигнорировал, кубарем скатившись по лестнице вниз. Оказавшись на улице, Вячеслав помчался не разбирая куда, не думая про направление, лишь бы подальше от дома. В себя он пришёл, когда показалась ограда школы, грустно подумал, что вот в этом он весь, даже психанув, знает только одно место в городе. Всё же решил войти. Какая разница, где именно сходить с ума?

Учебный день уже закончился, в школе можно было находиться исключительно тем, у кого идут кружки. Да и то, сидевшая на входе вахтёрша придирчиво сверялась с журналом. В порядке компенсации за все сегодняшние неприятности Вячеславу повезло, ибо когда он вошёл, вредной тётки не было на месте. За секунду до того, как он свернул из холла на лестницу, услышал вопль:

– Эй! Ты! А ну куда!

Вячеслав на миг застыл на месте, потом бросился вверх по лестнице. Следом послышался топот вахтёрши, несмотря на возраст, бегала она, как оказалось, не хуже парня. Вячеслав нырнул за угол – вход в спортзал открыт, можно спрятаться там. Сразу стало понятно – это плохая идея, вахтёрша наверняка дотошно обойдёт все углы и посмотрит за спортивными снарядами. Тут Вячеслав заметил дверь, за которой хранился разный инвентарь и где между уроками сидели учителя, которые вели физкультуру. Вячеслав метнулся туда и затряс ручку, но дверь не поддавалась. На мгновение у него замерло сердце – её же никогда не запирали? Парень налёг посильнее, и дверь распахнулась. Вячеслав запрыгнул внутрь, закрыл дверь изнутри и принялся лихорадочно соображать. Прятаться в комнатке-кабинете нет смысла, если у вахтёрши есть ключ, она сразу нарушителя увидит: стол тут – плита и четыре ножки, хоть и массивных, но за ними не укроешься. А вот следующая комната с инвентарём…

В кладовке пахло резиной и грязью. Из-за стопки оранжевых спортивных матов и мешка баскетбольных мячей почти не осталось места, но как-то получилось втиснуться между ними и стеной. Через минуту в спортзале раздались шаги. Было слышно, как вахтёрша подёргала ручку, пробормотала: «Чёрт», – и шаги начали удаляться. Оставалось выждать минут пять, пока станет безопасно, и можно выходить.

Вдруг дверь в кабинет хлопнула и распахнулась, из кладовки было хорошо слышно: вошли самое меньшее два человека. Вячеслав сжался клубочком, но всё равно ему казалось, что если кто-то заглянет, то заметит, как его макушка торчит над спортинвентарём. Лицо оказалось прижато к спортивным матам. Кажется, их как привезли, ни разу не мыли, от запаха тянуло блевануть. А ещё от неудобной позы сводило ноги.

И тут раздался голос математика:

– Всё-таки, Людочка, ты немного сумасшедшая. И у тебя, и у меня есть квартира, а ты привела меня сюда.

– Значит, в следующий раз.

– Ты это почти всегда говоришь.

– Например, сегодня?

Что-то глухо ударилось о стол, что-то, судя по звуку, упало на пол. Послышался звук поцелуя с открытыми ртами, стонами и всем, что полагается. Вжикнула молния, психолог захихикала.

«Вот дерьмо. Они что, собираются прямо тут?..»

– Меня это заво-о-одит…

– А знаешь, Людочка, почему я каждую субботу сюда с тобой иду? Потому что меня тоже…

Стол заскрипел, раздался полный страсти стон… Вячеслав, кажется, перестал дышать. Математик и психолог занимаются этим делом здесь каждую субботу… Когда в школе никого нет. Формально они ничего не нарушают, но если про это узнают, будет скандал. И поэтому оба его прибьют сразу, на месте. У Вячеслава сжалось сердце, он никак не сможет просидеть здесь и не выдать себя всё то время, пока эти двое не закончат. Если верить интернету, они кончать и два часа могут. Вдобавок ему безумно захотелось в туалет. Так сильно, что терпеть не было мочи. Ну что за день такой! Вот бы сейчас ему и в самом деле куда-нибудь да провалиться. Хоть в шизофрению. Хоть в иное измерение. Лишь бы подальше от этой парочки.

***

Первое, что ощутил Вячеслав – сменился запах. Маты теперь пахли не грязью, а плесенью. Дальше пришло понимание, что звуки за стенкой утихли, лампы погасли. И вокруг царит сумрак. Да и мячи вместе с