Школа на Роковой Горе - Яна Никитина

Приглядевшись повнимательней, я поняла, что и хозяин из Генриха совершенно никудышный, отвратительный, я бы сказала хозяин (я бы и ещё похлеще сказала, но, боюсь, такие слова не употребимы в приличном обществе). Замок оказался просто замечателен - роскошные залы, изумительные картины на стенах, превосходная мебель в стиле барокко, изящные украшения, со вкусом подобранные под общий интерьер, - восхитительно, - но в каком всё это было состоянии! На картинах, на полу, на мебели лежал вековой слой пыли. На потолке невооружённым глазом можно было увидеть паутину и чьи-то следы. В зеркале вместо своего отражения я узрела лишь начертанное на пыли слово на непонятном языке, а под диваном в главном зале кто-то яростно храпел. Генрих внимательно осмотрел свое жилище, прочитал надпись на зеркале, взглянул на следы, чему-то улыбнулся и предложил мне чувствовать себя как дома. С этими словами он растворился в воздухе, объяснив предварительно, что послание на зеркале сообщает о событиях, в которых он должен непременно участвовать. По-моему, послание сообщало о дуэли, так как необычайно довольный Генрих любовно погладил шпагу на боку.

Я плюнула на эти его выкрутасы, закрыла дверь на улицу и стала думать, чем бы протереть зеркало. Под руки попалась гардина, которой я незамедлительно воспользовалась, тем более что ей это не нисколько повредило. Зато я, наконец, смогла оценить свою внешность. И ужаснулась. Ну и видок! В страшном сне не приснится. Рубашка разорвана, на колене синяк (видимо, заработала его во время своего пребывания в "Весёлом Роджере"), в волосах застряло перо - напоминание о ночных прогулках по саду. В первую очередь необходимо было зашить рубашку.

Искал ли кто-нибудь иголку в стоге сена, о любезные читатели? Это занятие показалось бы вам пустяком, если бы вы попытались найти эту самую иголку в замке Генриха. В замке не было иголок. Они не были предусмотрены природой в этом замке! Иголки были просто противопоказаны этому замку! Здесь было всё что угодно: горы бутылок под столом в одном из залов, старый сапог, висящий на люстре, незаряженный пистолет, уникальная коллекция холодного оружия, забытый кем-то плащ. Кроме того обнаружилась большая спальня, в которой я нашла женскую одежду. Впрочем, в эту спальню явно никто не заходил лет двести, и та женщина, которая оставила здесь своё платье, уже давно должна была покинуть этот мир. На столике одиноко лежал окаменевший кусочек хлеба.

После трех часов блужданий по замку я пожалела, что найденный пистолет незаряжен. Я проголодалась, замёрзла, устала. Мои ноги, давно уже отказавшиеся слушать мою голову, принесли меня вновь в комнату с храпящим диваном. Я уселась на этот диван, завернулась в плащ, который предусмотрительно захватила с собой и хотела немного вздремнуть, но в этот момент появился Генрих. Он был в потрясающе тёплом свитере и по виду вполне сытый. Оставалось только по-хорошему позавидовать человеку.

Увидев меня, Анри остановился. Я представила картину, которую он увидел в собственной гостиной, со стороны. Дитя подземелья неопределённого пола, завёрнутое в старый пыльный плащ огромного размера, восседающее в позе лотоса на роскошном храпящем диване! Стоило, наверное, воспринять всё, как шутку, но уже не было сил. А вот Генриху ничто не мешало рассмеяться. Этим он и был занят в течение трёх следующих минут. Я голодными глазами воззрилась на него. Он, наконец, перестал смеяться, хлопнул себя ладонью по лбу и заявил, что он - полный кретин, так как совершенно забыл, что я ещё ни одного дня в Школе не была и даже готовить не умею. Параллельно с этим он вытряхнул меня из плаща, пнул диван (который немедленно перестал храпеть), порылся в шкафу, вытащил оттуда пыльного сонного кота. Больше в шкафу ничего полезного, наверное, не оказалось, так как он закрыл шкаф, извлёк из воздуха шикарный тёплый плед и завернул в него меня.

– Анри, - сказала я счастливым голосом, глядя на Генриха полными надежды глазами, - у тебя есть иголка?

Генрих, видимо, подумал, что я повредилась в уме, пока блуждала по замку. Он явно не знал такого слова и никогда этого предмета в глаза не видел, а потому молча взял меня за руку, и мы вместе отправились на второй этаж по великолепной дворцовой лестнице.

Остаток вечера мы провели в мило обставленном уютном кабинете. Горел камин. Я согрелась. Генрих без моего ведома сотворил мне новую одежду (джинсы и свитер), соорудил горячий ужин, навёл порядок в своём замке. Он не стал разгуливать по залам с веником, тряпкой и стремянкой. Он просто произнёс несколько слов, и замок преобразился. Пыль растворилась, исчезли бутылки, в паркете можно было рассматривать своё отражение, как в зеркале. Куда-то испарился сапог с люстры, пропали следы на потолке. В углу я увидела помытого кота. Кот смотрел на меня равнодушными изумрудными глазами. Диван больше не храпел. Я была в полном восторге. Вот бы дома так - свистнул, и порядок!

Как же мне хотелось поскорее всему научиться. И на следующий день мне представилась такая возможность.

Школа, друзья мои, не самое приятное заведение, согласитесь. Особенно для школьника. Некоторые сентиментальные взрослые с удовольствием вспоминают школьные годы, но нет на свете ученика, который бы не обрадовался, если бы ему сообщили, что родную школу собираются взорвать, и поэтому занятия отменены. А как бы радовался он, маленький добрый школьник, если бы её действительно можно было взорвать! Мечты, мечты… В мечтах любого ребёнка идеальная школа так не похожа на реальную. Это школа без уроков. Это школа, которую необязательно посещать. Это школа, где можно целый день сидеть за компьютером, играя в различные неинтеллектуальные игры и интеллектуально продувать состояния в марьяж. Но нет, друзья мои, Школа Магии не для таких бездельников! Я вас разочарую. Это моя идеальная Школа.

Первый месяц я знакомилась со Школой. Здесь всё было необычно. Поражало хотя бы то, что не обязательно конспектировать что-то за преподавателем. Почему-то всё, что говорили учителя, запоминалось настолько хорошо, что потом их речь можно было восстановить в памяти во всех деталях. Поражала сама Школа. Казалось, что она необитаема, и её посещают только летучие мыши. Стены в некоторых залах давно покрылись слоем странного то ли мха, то ли лишайника, так что залы напоминали, скорее, пещеры, нежели помещения для занятий. Многие кабинеты были похожи на каменные темницы. Освещалась Школа факелами, которые то тут, то там были вставлены в стены и не гасли, и свечами. По коридорам носились с дикими воплями черти или весьма похожие на них граждане. Иногда можно было встретить заплутавшее привидение, которое набрасывалось на всех с требованием вернуть ему жизнь. Привидение это было хорошим знакомым всех Учеников. Его никто не боялся, так как все знали, что оно просто шутит. Входили и выходили их школы при помощи заклинаний Входа и Выхода. Были ли в Школе лестницы, мне выяснить не удалось.