Узы любви - Кэндис Кэмп

— Едва ли это так, Чарли.

— Ну, а я-то подумал, что хоть один из них мог прийтись вам по вкусу, а то я еще не видел мужчин, которые бы вам понравились.

— Все они ничего не стоят, — улыбнулась Кетрин.

— Не хохочи так, парень! Надорвешься! Скажу по правде, мне никогда не доводилось видеть более изящно одетых и расфуфыренных франтов, чем южане. Да, однако, помню, плавал я когда-то под командой капитана из Чарльстона… — старик ударился в воспоминания.

Кетрин, слушая в пол уха, дивилась, неужели и этот пленный был до войны франтом? Да, в белоснежно-белой рубашке и костюме хорошего покроя, а не в выцветших грязных лохмотьях серой формы конфедератов, которая теперь была на нем, он выглядел бы совсем по-другому! Однако, в модном ли костюме или в рваном мундире, дремлющие, ждущие своего часа сила и ловкость, мощь и энергия будут всегда при нем. Рассердившись на себя, она отогнала эти мысли. Какая только чепуха не лезет в голову! Она решительно вернулась к бухгалтерским делам.

Она так углубилась в работу, что не заметила, как в комнату вошла Педжин, а та, не желая уходить, без того чтобы увидеть пленных поближе, стояла у окна. Долгое время ей не удавалось ничего рассмотреть интересного, но вот, наконец, она воскликнула:

— Ах, они уже уходят с работ!

Тедди столь отчаянно ринулся к окну, что, споткнувшись, растянулся на полу. Чарли бросил смазывать маслом дверные петли и присоединился к Педжин. Кетрин с нарочито безучастным видом убрала свой письменный стол и заперла его, и лишь потом подошла, и встала рядом с Педжин.

Она сразу же нашла его глазами. Он стоял ближе к концу шеренги и ждал своей очереди вспрыгнуть в фургон. Словно почувствовав ее взгляд, он внезапно поднял голову и посмотрел на окно. Улыбнувшись, он подмигнул ей. Кетрин тут же отошла от окна.

— Вы это видели, мисс Кетрин? — воскликнула Педжин. — Этот пират подмигнул нам! До чего бесстыж! Может, это тот самый мятежник, что расспрашивал о вас?

— Возможно. Это он, Тедди, третий от конца?

— Да, мэм!

— Что? Один из этого отребья расспрашивал тебя о нашей мисси? — в упор спросил Чарли.

— Именно так! Старик встревожился:

— Мне это не нравится, мисс!

— О, ерунда, ты беспокоишься из-за пустяков! — решительно заявила Кетрин и, к своему удивлению, обнаружила, что ее пальцы слегка дрожат, завязывая шнурки шляпки.

— Ну что ж, — сказала Педжин по дороге домой, — должна признать, этот мошенник добился своего.

— Что ты имеешь в виду? — сухо поинтересовалась Кетрин.

Ни сколько не смутившись тоном своей хозяйки, девушка продолжала:

— Я хочу сказать, этот злодей чертовски привлекателен! У меня прямо мурашки по спине поползли, когда он нам подмигнул.

Кетрин чуть было не возразила, что он подмигнул не всем, а именно ей, но вовремя прикусила язык, сообразив, что это было бы неосмотрительно. Да что же это такое с ней сегодня?

Когда они добрались до дома, то обнаружили у себя в гостях одну почтенную матрону со своей дочерью, которые, придя еще днем, задержались, чтобы дождаться прихода Кетрин. Вздохнув, она вынуждена была вести неинтересную ей беседу, удовлетворяя любопытство гостей в отношении пленных, этих опасных мятежников. И словно это было недостаточно тяжким испытанием, ей затем пришлось вытерпеть еще и обед в доме тети Аманды, где ей докучали постоянные упреки и вопросы ее тетки, а также назойливое внимание кузена.

Когда она вновь очутилась дома, усталость была столь велика, что Кетрин готова была выть. Однако она обнаружила, что, несмотря на усталость, не может заснуть. Сначала ее выводили из себя воспоминания о том, как эти все леди брюзжали насчет ее поведения, а затем сами жадно впитывали те сведения о пленных, которые она им сообщала. Потом ее мысли перескочили на надоедливые ухаживания ее кузена Джейми — когда же он наконец оставит ее в покое? Она уже дважды отказала ему, а он все еще продолжает надеяться, осыпая ее приторными до тошноты комплиментами! Конечно, его подталкивает тетушка, которой очень хочется переложить состояние Кетрин в свои сундуки. «Как будто, — фыркнула Кетрин, — я когда-нибудь смогу выйти замуж за труса, который боится идти на войну и деньгами откупается от призыва в армию!»

Затем незваным гостем в ее голове возник образ того пленного, и ей никак не удавалось от него избавиться. Ей было совершенно непонятно, почему он так ее преследует, ведь его наглость была непростительна, и в ее сердце он вызвал неприязнь. Что бы это могло означать? Почему она не в состоянии перестать о нем думать?

На следующее утро она встала утомленной, но полной спокойной решительности оставаться безучастной ко всему, чтобы не случилось. Так она и поступила, ни разу не подойдя к окну, чтобы посмотреть на работавших пленных. Она не наблюдала за их разгрузкой и ушла еще до того, как они стали садиться в фургоны после работы. Она даже оборвала Тедди и Педжин, когда им вздумалось поболтать о пленных. И в эту ночь она легла в постель с легким чувством торжества и заснула тотчас.

Однажды, несколько дней спустя, после полудня, дверь открылась, и в комнату вошел смуглый спокойный молодой человек, одетый в синюю форму военно-морского флота. Кетрин взглянула, подняв голову от бумаг, и на ее лице появилась радостная улыбка.

— Лейтенант Перкинс, — сказала она, — как замечательно видеть вас снова.

— Мисс Девер. Тедди. Чарли.

— Пожалуйста, присядьте. Как дела на флоте? — спросила Кетрин.

— Прекрасно. Мой корабль скоро отплывает.

— Куда же вы направитесь?

— Будем участвовать в блокаде. Я не имею права говорить, куда именно.

— Разумеется, — Кетрин ему улыбнулась.

Лейтенант ей нравился, и его нечастые визиты доставляли ей удовольствие. Впервые он переступил порог конторы ее отца около года назад, когда она измеряла окна, чтобы сшить на них шторы. Спокойная уверенность и достоинство, с которыми он себя держал, произвели на нее благоприятное впечатление. Довольно серьезный и честный, он редко улыбался, но когда ему приходилось это делать, то в его карих глазах появлялся свет, а лицо излучало внутреннюю теплоту. Он был не очень красив, но на его не совсем правильном лице лежал отпечаток сильного характера, что нравилось Кетрин. В тот день он проводил ее домой, и после она его долго не встречала, пока не начала работать в конторе несколько месяцев назад. С тех пор он стал частенько наведываться в контору, и Кетрин всегда была ему рада, хотя слегка недоумевала, отчего его визиты вдруг участились.

Временами у нее возникала мысль, что Перкинс всерьез заинтересовался ею, но она полагала, что ошибается, потому что он ни разу не попросил у нее разрешение навестить ее дом. Кетрин пришлось себе признаться, что его ухаживания не оставили ее безразличной, хоть она и сомневалась в том, что сможет когда-либо его полюбить.