Христианский архетип. Юнговское исследование жизни Христа. - Эдвард Эдингер

В соответствии с Евангелием от Иоанна 13:26f Иуда узнал о своей ужасной судьбе на Тайной вечере. После того как Христос объявил, что его предаст один из апостолов, они спросили, кто. «Иисус отвечал: тот, кому Я, обмакнув кусок хлеба, подам. И, обмакнув кусок хлеба, подал Иуде Симо­нову Искариоту».

Есть средневековые картины, на которых изображен Сатана в виде крохотного демона, входящего в рот Иуде, когда Христос подает ему этот кусок (рис. 12). Все происходит так, будто в тот момент Христос накормил Иуду ему предназначенной судьбой, а тот прилежно выполнил свое пред­назначение. Этим можно объяснить, почему предательство завершается «поцелуем» и почему Христос, получив поцелуй, называет Иуду «другом». Судьба Христа состояла в том, чтобы быть распятым. Поэтому он называ­ет Иуду «другом» и гневно реагирует, когда Петр делает попытки избавить его от этой судьбы:

С того времени Иисус начал открывать ученикам Своим, что Ему должно идти в Иерусалим и много пострадать от старейшин и первосвя­щенников и книжников, и быть убитым, и в третий день воскреснуть. И ото­звав Его, Петр начал прекословить Ему: будь милостив к Себе, Господи, да не будет этого с Тобою! Он же обратившись сказал Петру: отойди от меня Сатана! Ты мне соблазн, потому что думаешь, не о том что божие, а о том что человеческое (Матф. 16:21—23).

ДОПРОС У КАИАФЫ

А ВЗЯВШИЕ ИИСУСА ОТВЕЛИ ЕГО К КАИАФЕ ПЕРВОСВЯ­ЩЕННИКУ, КУДА СОБРАЛИСЬ КНИЖНИКИ И СТАРЕЙШИНЫ. ПЕТР ЖЕ СЛЕДОВАЛ ЗА НИМ ИЗДАЛИ, ДО ДВОРА ПЕРВОСВЯЩЕННИКОВА; И ВОШЕД ВНУТРЬ, СЕЛ СО СЛУЖИТЕЛЯМ И, ЧТОБЫ ВИ­ДЕТЬ КОНЕЦ. ПЕРВОСВЯЩЕННИКИ И СТАРЕЙШИНЫ И ВЕСЬ СИНЕДРИОН ИСКАЛИ ЛЖЕСВИДЕТЕЛЬСТВА ПРОТИВ ИИСУСА, ЧТОБЫ ПРЕДАТЬ ЕГО СМЕРТИ, И НЕ НАХОДИЛИ; И ХОТЯ МНОГО ЛЖЕСВИДЕТЕЛЕЙ ПРИХОДИЛО, НЕ НАШЛИ. НО НАКОНЕЦ ПРИ­ШЛИ ДВА ЛЖЕСВИДЕТЕЛЯ И СКАЗАЛИ: ОН ГОВОРИЛ: «МОГУ РАЗ­РУШИТЬ ХРАМ БОЖИЙ И В ТРИ ДНЯ СОЗДАТЬ ЕГО». И ВСТАВ ПЕРВОСВЯЩЕННИК СКАЗАЛ ЕМУ: ЧТО ЖЕ НИЧЕГО НЕ ОТВЕЧА­ЕШЬ? ЧТО ОНИ ПРОТИВ ТЕБЯ СВИДЕТЕЛЬСТВУЮТ? ИИСУС МОЛ­ЧАЛ. И ПЕРВОСВЯЩЕННИК СКАЗАЛ ЕМУ ЗАКЛИНАЮ ТЕБЯ БО­ГОМ ЖИВЫМ, СКАЖИ НАМ, ТЫ ЛИ ХРИСТОС, СЫН БОЖИЙ? ИИСУС ГОВОРИТ ЕМУ ТЫ СКАЗАЛ; ДАЖЕ СКАЗЫВАЮ ВАМ: ОТ­НЫНЕ УЗРИТЕ СЫНА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО, СИДЯЩЕГО ОДЕСНУЮ СИЛЫ И ГРЯДУЩЕГО НА ОБЛАКАХ НЕБЕСНЫХ. ТОГДА ПЕРВОСВЯ­ЩЕННИК РАЗОДРАЛ ОДЕЖДЫ СВОИ И СКАЗАЛ: ОН БОГОХУЛЬ­СТВУЕТ! НА ЧТО ЕЩЕ НАМ СВИДЕТЕЛЕЙ? ВОТ, ТЕПЕРЬ ВЫ СЛЫ­ШАЛИ БОГОХУЛЬСТВО ЕГО! КАК ВАМ КАЖЕТСЯ? ОНИ ЖЕ СКАЗА­ЛИ В ОТВЕТ: ПОВИНЕН СМЕРТИ.

(Матф. 26:57-66) (Рисунок 17)

Христа обвинили в том, что он угрожал разрушить храм Божий, мес­топребывание Яхве. Как мы можем судить из развития христианского мифа, фактически это намерение было скрытым. Таким образом, Иисус оказался предателем старых традиций, устоявшегося коллективного хранилища ре­лигиозных ценностей. Так можно объяснить установку Каиафы, о которой он говорит в Евангелии от Иоанна 11:50: «И не подумайте, что лучше нам, чтобы один человек умер за людей, нежели чтобы весь народ погиб». Страх, который испытывали первосвященники, выражался таким образом: «Если оставим Его так, то все уверуют в Него - и придут Римляне и овладеют и местом нашим и народом» (Иоан. 11:48). Но даже без римлян Христос уг­рожал Иудейской ортодоксии. И потому он был допрошен как еретик.

Для религиозной общины ересь считалась преступлением наравне с го­сударственной изменой и даже более опасной, чем измена собственно госу­дарству. Мы можем измерить степень угрозы психике по интенсивности от­ветной защитной реакции. При таких мерках ересь для истинно верующего была смертельной угрозой. Она угрожала его высшей психической ценности и потому была более опасной, чем смерть, которая угрожала лишь его физи­ческому существованию. Именно такая по интенсивности реакция у иудей­ских первосвященников оказалась констеллированной Христом.

Обвинениям в ереси, разумеется, недостает целостного взгляда на ре­альность психики. Для ортодоксального верующего любого вероисповедания психика существует не как автономная сущность, а только как мета­физический гипостазис. При таком положении дел этот Христос бросает вызов. Он допускает, что он «Христос, Сын Божий», и это решает его зем­ную судьбу В данном контексте это не инфляция. Это свидетельство ре­альности трансперсональной психики и ее сознательного проявления у отдельной личности, что является существенной чертой индивидуации.

ДОПРОС У ПИЛАТА

ТОГДА ПИЛАТ ОПЯТЬ ВОШЕЛ В ПРЕТОРИЮ, И ПРИЗВАЛ ИИСУСА, И СКАЗАЛ ЕМУ: ТЫ ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ'? ИИСУС ОТВЕ­ЧАЛ ЕМУ ОТ СЕБЯ ЛИ ТЫ ГОВОРИШЬ ЭТО, ИЛИ ДРУГИЕ СКАЗАЛИ ТЕБЕ ОБО МНЕ? ПИЛАТ ОТВЕЧАЛ: РАЗВЕ Я ИУДЕЙ? ТВОЙ НАРОД И ПЕРВОСВЯЩЕННИКИ ПРЕДАЛИ ТЕБЯ МНЕ; ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ? ИИСУС ОТВЕЧАЛ: ЦАРСТВО МОЕ НЕ ОТ МИРА СЕГО; ЕСЛИ БЫ ОТ МИРА СЕГО БЫЛО ЦАРСТВО МОЕ, ТО СЛУЖИТЕЛИ МОИ ПОДВИ­ЗАЛИСЬ БЫ ЗА МЕНЯ, ЧТОБЫ Я НЕ БЫЛ ПРЕДАН ИУДЕЯМ; НО НЫНЕ ЦАРСТВО МОЕ НЕ ОТСЮДА. ПИЛАТ СКАЗАЛ ЕМУ ИТАК ТЫ ЦАРЬ? ИИСУС ОТВЕЧАЛ: ТЫ ГОВОРИШЬ, ЧТО Я ЦАРЬ; Я НА ТО РОДИЛСЯ И НА ТО ПРИШЕЛ В МИР, ЧТОБЫ СВИДЕТЕЛЬСТВОВАТЬ ОБ ИСТИНЕ; ВСЯКИЙ, КТО ОТ ИСТИНЫ, СЛУШАЕТ ГЛАСА МОЕГО.

(Иоан. 18:33-37)

Для Каиафы ключевым был вопрос: «Ты ли Христос, Сын Божий?» Для Пилата этот вопрос звучит по-другому: «Итак ты царь?» Это религиоз­ная и политическая версии одного и того же вопроса. С психологической точки зрения вопрос должен ставиться так: «Обладаешь ли ты внутренней трансперсональной властью, которая берет верх над коллективной рели­гиозной и политической властью?» Наличие такой власти делает человека в символическом смысле «Сыном Божиим» и «царем».

9. БИЧЕВАНИЕ И ИЗДЕВАТЕЛЬСТВО

Божественный процесс изменений проявляется для нашего человечес­кого понимания... как наказание, мука, смерть и преображение.

ТОГДА ПИЛАТ ВЗЯЛ ИИСУСА И ВЕЛЕЛ БИТЬ ЕГО.

(Иоан. 19:1)

ТОГДА ВОИНЫ ПРАВИТЕЛЯ, ВЗЯВШИ ИИСУСА В ПРЕТОРИЮ, СОБРАЛИ НА НЕГО ВЕСЬ ПОЛК И, РАЗДЕВШИ ЕГО, НАДЕЛИ НА НЕГО БАГРЯНИЦУ; И, СПЛЕТШИ ВЕНЕЦ ИЗ ТЕРНА, ВОЗЛОЖИЛИ ЕМУ НА ГОЛОВУ И ДАЛИ ЕМУ В ПРАВУЮ РУКУ ТРОСТЬ; И, СТАНОВЯСЬ ПЕРЕД НИМ НА КОЛЕНИ, НАСМЕХАЛИСЬ НАД НИМ, ГОВОРЯ- РАДУЙСЯ, ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ! И ПЛЕВАЛИ НА НЕГО И, ВЗЯВШИ ТРОСТЬ, БИЛИ ЕГО ПО ГОЛОВЕ. И КОГДА НАСМЕЯЛИСЬ НАД НИМ, СНЯЛИ С НЕГО БАГРЯНИЦУ И ОДЕЛИ ЕГО В ОДЕЖДЫ ЕГО, И ПОВЕЛИ ЕГО НА РАСПЯТИЕ.

(Матф. 27:27-31) (Рисунок 19)

Эти события символизируют дальнейшую деградацию эго. Мучения и унижения относятся к фазе mortificatio индивидуационного процесса. «Переживание Самости всегда является поражением для эго»3. Эго долж­но стать релятивистским, чтобы освободить место для Самости. Целост­ность Самости привносит с собой тень, встреча с которой всегда оборачи­вается болезненным унижением. Только днем или двумя раньше Христос изгонял торгующих из храма. Теперь гонения, причем многократ­но усиленные, обрушились на него самого.

Физическая и психологическая мука Христа, кульминацией которой становится распятие, имеет некую параллель в описании «страданий слу­ги Яхве» в Книге Исаии 53:3-5, 11:

Он был презрен и умален перед людьми, муж скорбей и изведавший болезни, и мы отвращали от Него лице свое; Он был презираем, и мы ни во что ставили Его. Но Он взял на Себя наши немощи, и понес наши бо­лезни; а мы подумали, что Он был поражаем, наказуем и уничижен Бо­гом. Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши;

наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились.

На подвиг души Своей Он будет смотреть с довольством; чрез по­знание Его Он, Праведник, Раб Мой, оправдает многих, и грехи их на Себе понесет.

Страдающего слугу Яхве можно понять как олицетворение возрож­дающейся природы «осознания целостности». Она не имеет ничего обще­го с кротостью, связанной с тем, чтобы подставить вторую щеку, а наобо­рот, относится к тому, что проходящее через процесс индивидуации эго может перенести нападки со стороны власти, не идентифицируясь с ними, то есть не защищаясь в ответ и не впадая в отчаяние. В результате будет достигнута постепенная трансформация коллективной психики. «Он, Пра­ведник, Раб Мой, оправдает многих, и грехи их на Себе понесет». Таким образом, пишет Юнг, «мир завоеваний Цезаря превратился в Царство Не­бесное».

10. РАСПЯТИЕ

Реальность зла и его несовместимость с добром растаскивает на час­ти противоположности и неизбежно ведет к распятию и подвешиванию в пустоте всего живого. Поскольку душа по своей природе является «христи­анской», этот результат приходит так же неизбежно, как это было в жизни Иисуса: мы все должны быть «распяты вместе с Христом», то есть под­вержены моральным страданиям, сопоставимым с настоящим распятием.

И ПРИШЕДШИ НА МЕСТО, НАЗЫВАЕМОЕ ГОЛГОФА, ЧТО ЗНА­ЧИТ «ЛОБНОЕ МЕСТО», ДАЛИ ЕМУ ПИТЬ УКСУСА, СМЕШАННОГО С ЖЕЛЧЬЮ; И, ОТВЕДАВ, НЕ ХОТЕЛ ПИТЬ, РАСПЯВШИЕ ЖЕ ЕГО ДЕЛИЛИ ОДЕЖДЫ ЕГО, БРОСАЯ ЖРЕБИЙ; И СИДЯ СТЕРЕГЛИ ЕГО ТАМ. И ПОСТАВИЛИ НАД ГОЛОВОЮ ЕГО НАДПИСЬ, ОЗНАЧАЮ­ЩУЮ ВИНУ ЕГО: СЕЙ ЕСТЬ ИИСУС, ЦАРЬ ИУДЕЙСКИЙ. ТОГДА РАСПЯТЫ С НИМ ДВА РАЗБОЙНИКА: ОДИН ПО ПРАВУЮ СТОРО­НУ, А ДРУГОЙ ПО ЛЕВУЮ.