Христианский архетип. Юнговское исследование жизни Христа. - Эдвард Эдингер

Тот факт, что восставшего из гроба Христа сначала не узнавали даже самые близкие ему люди, «означает, что на пути поиска и распознавания трансформированной ценности стоят немалые трудности». Эти трудности касаются перехода от Христа к святому духу, то есть перехода от отношения конкретной вешней ценности, к внутренней, автономной психике.

Воскресение Христа имеет свои параллели с восстановлением Изидой расчлененного тела Осириса. (Вот пример синхронизма: 3 июня 1981 года, записывая это слово в исходный текст, я отвлекся на телефонный звонок, и когда я подошел к телефону, мне сообщили о смерти мое­го сына Рональда; юноше выпала судьба прожить этот архетип.)

Это удалось сделать, смазывая части тела, тем самым возводя в культ процесс египетского бальзамирования, трансформирующий труп в «бессмертное тело». Этот процесс занимал со­рок дней (Быт. 50:3). «Сорок дней занимает [алхимическое] деяние», и соответствует времени, прошедшему между воскресением Христа и его вознесением. Смерть и возрождение Христа и Осириса последовательно соответствуют смерти и возрождению в процессе индивидуации. Вслед за смертью-morfificatio (nigredo) следует рассвет — восход солнца (rubedo). Это архетипическое событие внешне отражается каждую зиму и весну в смер­ти и возрождении природы. Из черноты появляется зелень. Юнг пишет:

Состояние несовершенной трансформации, обнадеживающее и дол­гожданное, кажется человеку не только одной мукой, но и настоящим, если даже и скрытым, счастьем. Это состояние человека, который в блуждани­ях по лабиринтам психической трансформации находит тайное счастье, которое примиряет его с его явным одиночеством. В общении с самим со­бой он обретает не смертную скуку и меланхолию, а внутреннего партнера и собеседника; более того — отношение, которое оказывается тайной любовью или подобно скрытой весне, когда зеленые побеги пробиваются и бесплодной земле, вынашивая внутри обещание будущего урожая. Имен­но алхимическое benedictu viriditas, благословенная зелень, с одной сто­роны, означает «порчу металлов» (verdigris), но с другой стороны — тайное содержание божественного духа всего живущего на землей

В замечательной пятнадцатой главе Первого послания к Коринфя­нам апостол Павел дает нам описание архетипа Воскресения:

Но скажет кто-нибудь: как воскреснут мертвые? и в каком теле при­дут? Безрассудный! то, что ты сеешь, не оживет, если не умрет; И когда ты сеешь, то сеешь не тело будущее, а голое зерно, какое случится, пше­ничное или другое какое; Но Бог дает ему тело, как хочет, и каждому се­мени свое тело. Не всякая плоть такая же плоть; но иная плоть у человеков, иная плоть у скотов, иная у рыб, иная у птиц. Есть тела небесные и тела земные: но иная слава небесных, иная земных; Иная слава солнца, иная слава луны, иная звезд; и звезда от звезды разница в славе. Так и при воскресении мертвых: сеется в тлении, восстает в нетлении: Сеется в унижении, восстает в славе: сеется в немощи, восстает в силе; Сеется тело душевное, восстает тело духовное. Есть тело душевное, есть тело и ду­ховное. Так и написано: «первый человек Адам стал душею живущею»; а последний Адам есть дух животворящий. Но не духовное прежде, а душевное, потом духовное. Первый человек — из земли, перстный; вто­рой человек — Господь с неба. Каков перстный, таковы и перстные; каков небесный; таковы и небесные; и как мы носили образ перстного, и будем носить и образ небесного. Но то скажу вам, братия, что плоть и кровь не могут наследовать Царства Божия, и тление не наследует нетле­ния. Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся Вдруг, во мгно­вение ока, при последней трубе; Ибо вострубит, и мертвые воскреснут нетленными, а мы изменимся; Ибо тленному сему надлежит облечься в нетление, и смертному сему — облечься в бессмертие (строфы 35—53).

Юнг говорит о той же идее на более современном языке:

При распятии слышится истинное страдание, заключенное в сло­вах Христа: «Боже, Боже, почему ты оставил меня?» Если вы хотите по­нять всю трагедию, выраженную в этих словах, то должны представить себе, что они значат: Христос видит, что вся его жизнь, посвященная прав­де в соответствии с его лучшими убеждениями, была ужасной иллюзией. Он должен испить ее до дна совершенно искренне, он должен довести до конца свой честный эксперимент, но тем не менее это все же компенса­ция. На кресте его миссия закончилась. Но поскольку он жил столь полно­ценно и столь цельно, он победил через Воскресшее тело.

«Воскресшее тело» по Юнгу соответствует «небесному телу» у апос­тола Павла (1 Кор. 15:40). То, к чему эти понятия имеют отношение, скры­то от наших глаз. Моя собственная гипотеза заключается в том, что они относятся к конечной цели индивидуации: трансформации эго в архетип.

Смерть и Воскресение Христа — это архетипы, которые проживаются не только в отдельной личности, но и в коллективной психике. В истории существуют определенные периоды, когда коллективный образ Бога под­вергался смерти и возрождению. Нечто подобное происходит и сейчас. Двадцатое столетие — это Святая Суббота истории.

Когда Ницше сказал «Бог умер», он произнес ту истину, которая существовала для большей части Европы. Люди находились под ее влия­нием не потому, что он это сказал, а потому, что это был установленный и широко распространенный психологический факт. Последствия не за­ставили себя долго ждать: после тумана «измов» — катастрофа.

Мы сейчас живем во время, которое греки назвали kairos— подхо­дящий момент — для «происходящих с богами метаморфоз», фундамен­тальных принципов и символов. Особенность нашего времени... заклю­чается в том, что внутри нас находит свое выражение бессознательный человек, который при этом изменяется

ВОЗНЕСЕНИЕ

Воскресение - это в действительности первый этап в последователь­ности: Воскресение, Вознесение, Явление Святого Духа (Пятидесятница). Вознесение описано в Деяниях Апостолов 1:8—11. Иисус говорит своим апостолам:

НО ВЫ ПРИМИТЕ СИЛУ, КОГДА СОЙДЕТ НА ВАС ДУХ СВЯТЫЙ, И БУДЕТЕ МНЕ СВИДЕТЕЛЯМИ В ИЕРУСАЛИМЕ И ВО ВСЕЙ ИУДЕЕ И САМАРИИИ ДАЖЕ ДО КРАЯ ЗЕМЛИ. СКАЗАВ СИЕ, ОН ПОДНЯЛСЯ В ГЛАЗАХ ИХ, И ОБЛАКО ВЗЯЛО ЕГО ИЗ ВИДА ИХ. И КОГДА ОНИ СМОТРЕЛИ НА НЕБО, ВО ВРЕМЯ ВОСХОЖДЕНИЯ ЕГО, ВДРУГ ПРЕД­СТАЛИ ИМ ДВА МУЖА В БЕЛОЙ ОДЕЖДЕ И СКАЗАЛИ: МУЖИ ГАЛИЛЕЙСКИЕ! ЧТО ВЫ СТОИТЕ И СМОТРИТЕ НА НЕБО? СЕЙ ИИСУС, ВОЗНЕСШИЙСЯ ОТ ВАС НА НЕБО, ПРИИДЕТ ТАКИМ ЖЕ ОБРАЗОМ, КАК ВЫ ВИДЕЛИ ЕГО ВОСХОДЯЩИМ НА НЕБО.

Последнюю стадию Явления Святого Духа обычно понимали так, что оно относится к parousia, однако оно может в той же мере относиться к сошествию Святого Духа в Пятидесятницу, особенно потому, что Христос говорил о пришествии Святого Духа в начале текста. Христос — это богоче­ловек, и потому носитель противоречия. Если рассматривать его как Бога, он имел небесное происхождение, спустился на землю, воплотившись в че­ловеческий облик, и в процессе Вознесения вернулся на небеса. Однако, если рассматривать его как человека, он имел земное происхождение, вознесся на небеса, а затем спустился на землю в виде Святого Духа (или Параклета). В последнем случае сошествие, которое следует за вознесением, соответствует алхимическому символизму. Изумрудный стол Гермеса, рецепт для изготов­ления «философского камня», включает следующие слова: «Он восходит от земли к небесам, и спускается опять на землю, и получает силу сверху и сни­зу»". Комментируя этот текст, Юнг пишет:

[Для алхимика]... не существует вопроса о необратимом вознесе­нии на небеса, но в отличие от пути, который совершает христианский Спаситель, который приходит сверху вниз, а затем снова возвращается наверх, filius macrocosmi («философский камень») зарождается внизу, под­нимается вверх и, обладая силой Высшего и Низшего миров, соединяя их в себе, снова возвращается на землю. Он несет в себе обратное движе­ние, что говорит о природе, которая противоположна и природе Христа, и природе освободителей-гностиков.

Вопрос: Какова природа освободителя: земная или небесная? — пред­полагает философский вопрос: Какова природа индивидуации: происхо­дит ли она от эго или от Самости? Таким образом, мы сталкиваемся с про­тиворечием эго-Самость.

Самость, как и бессознательное, существует априори, откуда, соб­ственно, и развивается эго. Это, так сказать, бессознательная предпо­сылка эго. Создаю себя не я сам, а это происходит со мной... [Однако психология должна признать тот факт, что несмотря на причинно-след­ственную связь, человек испытывает чувство свободы, которое идентич­но автономии сознания... Существование эго-сознания имеет значение только в том случае, если оно свободно и автономно. Утверждая эти фак­ты, мы в действительности устанавливаем автономию, но в то же время мы видим вещи такими, какие они есть... В реальности всегда присут­ствует и то и другое: превосходство Самости и гордыня сознания.