Patrial of Girronia: Начало неизбежного - Артем Кириллов

Это короткое объяснение заставило многих по новому оценить свое положение и вдохновиться новой ролью.

Спустя пару мгновений, машины начали останавливаться близ ворот с надписью: "Тренировочный полигон К7".

Мы вылезли из машин и построились около входа, мастер-сержант опять начал расхаживать перед нами, но вскоре остановился и сказал:

– Обращаюсь к вновь прибывшим. С этого момента вы – новобранцы, и каждый божий день будите проводить тут все свое время, пока я не увижу, что вы хоть немного стали похожи на настоящих гвардейцев нах*! У остальных расписание остается тем же! – но сказав это мастер-сержант не дал команды, он призадумался, а затем добавил: – Хотя вы тоже еще дохляки… Нет, это не дело, какой твой результат по бегу, Райн?

– Пять, триарий мастер-сержант! – отрапортовал Райн.

– Х*ть! – в рифму ответил Том. – Отвратительно, такого результата я даже в школах не видел!

– Триарий мастер-сержант, но это же высший бал! – ответил Райн.

– Для инвалидов может быть так и есть! Так, теперь не важно сколько вы здесь служили! Все без исключений каждый день вы будете все время проводить здесь нах*! С начальством я считайте договорился!

В строю сразу прошла унылая волна: "Ууу…". В ответ мастер-сержант крикнул:

– Отставить бл*! Этого для вас итак мало, бестолочи! Вы сейчас не солдаты, вы – куча дерьма, и я не успокоюсь пока из вас не выйдет что-нибудь толковое!

Мастер-сержант Том подошел к воротам, постучал по ним, спустя пару мгновений они открылись. Оглядев полигон, нас охватил ужас, перед нами были препятствия, которые преодолеть было просто невозможно.

Первое – надо было перелезть высоченный забор используя два ножа. Второе – проползти сто метров под электрической проволокой, напряжением в сто вольт. Третье – не заблудиться в подземных катакомбах, площадью два километра. Четвертое – нырнуть под воду и проплыть, с полной экипировкой, под землей пятнадцать метров, на одном дыхании. Райн был удивлен этому не менее чем все остальные, включая новобранцев.

– Мдаа… Когда только они успели это отстроить, с каждым годом все веселее…

Далон посмотрел на Райна, потом с ухмылкой посмотрел на препятствия и заявил:

– Нет ничего невозможного! Прошлогодние испытания нам тоже казались невыполнимыми.

– А что, раньше вы здесь не каждый день проводили? – спросил я, не отрывая глаз от полигона.

– Почему? Каждый день. У нас всегда был такой распорядок, – ответил Райн, а затем прошептал: – Просто если Том-коротышка говорит "каждый день", то это еще означает целый день.

– Разговорчики! – крикнул Том, а затем добавил: – Итак, куски вонючего дерьма, кто из вас первый пройдет все это нах*?

Далон, Васл и Райн сделали шаг вперед, они оказались единственными добровольцами. Внезапно я услышал шепот Райна:

– Не дрейфь!

Услышав это, я не думая сделал шаг вперед. Мастер-сержант как будто ждал этого и когда Райн с улыбкой на лице кивнул мне, Том подошел ближе и во всеуслышание сказал:

– Молодец, инженер! Хвалю! Не то что этот сброд сопляков, которые прячутся под юбкой мамаши нах*! – закончив, мастер-сержант кивнул в сторону, где находилась линия старта.

Как только мы взяли ножи, которые лежали на столике около старта и приготовились, Том засвистел в свой свисток. Далон, Васл и Райн рванули с места и орудуя ножом, без труда перелезли через бетонную стену, которая была усеяна узкими прорезями для ножа. Мне же долго приходилось искать подходящие места в стене и я не с первого раза вонзал второй нож, чтобы подняться выше. Добравшись до самого верха, одно из моих лезвий сломалось и я чуть не свалился в грязь, если бы меня не подхватил Райн. Второе и третье испытание прошли без затруднений, а вот четвертое – чуть не захлебнулись и не утонули. После выполнения задания, мастер-сержант посмотрел на нас и сказал всем остальным:

– Ну вот, пройти значит можно, даже инженер прошел! – его слова прозвучали так, будто он и не рассчитывал, что кто-нибудь выживет, в особенности я.

После этой дистанции, нашу компанию отправили к тренажерам.

– Смотри, бери штангу на пятьдесят килограмм и…

– Погоди! – прервал я Райна. – По-моему, многовато, тебе не кажется? Мне как-то не доводилось…

– Ясно, – отрезал Райн, – бери тогда то, что поднимешь, а потом тягай сколько сможешь, как устанешь возвращайся сюда.

Через некоторое время я вернулся и сказал запыхавшимся голосом:

– По-моему, все.

– Уверен? – спросил Райн кладя в сторону здоровенную гирю. – Тогда встань ровно и не двигайся, – после этих слов, Дониван что-то достал из кармана сжал в кулаке и воткнул мне это в плечо.

От резкой боли я дернулся и воскликнул:

– Эй, что это?

– Стимулятор роста мышечной массы, – ответил Далон, который вытирал полотенцем пот со лба, – думаешь тут все качки из-за долгих тренировок? Ученым пришлось придумать кое-что особенное, чтобы люди были достаточно сильные для опасных планет и еще в кратчайшие сроки.

– Это не опасно? – с настороженностью спросил я.

– Ха! – воскликнул Райн. – Опасно, это когда не хватит сил свернуть шею вражескому солдату! Так что давай, еще три подхода.

После тренировок, когда все уже были вымотаны, нас отправили драить казармы. К вечеру мы свалились на свои кровати и через несколько секунд вся казарма затрещала от храпа.

Так прошел мой первый день, один из тысячи одинаковых, подобно клонам. Тогда, на тренировках, погибло три человека, на что мастер-сержант Том сказал: "Слабые должны быть в гробу, а сильные на пиру".

Мне снилось, как я сижу в баре и состязаюсь с каким-то грузчиком, кто точнее опишет содержание картины (о которой я рассказывал ранее). То, где я находился и при каких обстоятельствах, заставило меня самому себе удивиться. В конце концов баталия была выиграна мной, но тут в бар вошел мистер Текар, одетый в строгий костюм и черные очки, достал револьвер и собирался выстрелить в меня, как мой сон прервал крик: "Рота подъем!". Вскочив как ошпаренный – ведь я помнил что было в прошлый раз, быстро оделся и встал в по стойке смирно. Перед глазами все еще мелькал мистер Текар с револьвером, он злобно хохотал и хотел моей смерти. В это время, мастер-сержант подошел ко мне опять своей вальяжной походкой и сказал:

– Молодец! Другое дело! А теперь – марш на завтрак, а потом заглаживать свои грехи!

За завтраком я рассказал ребятам свой сон, они только посмеялись и сказали, что мне надо валерьянки попить и проще воспринимать нашего мастер-сержанта.

– Этак еще цветочки, вот мне приснилась моя бывшая, – начал Райн, – это уж точно пострашнее твоего директора! – сказав это, Дониван залился смехом и хотя по началу он веселился один, его веселые эмоции заразили остальных и мне тогда все это показалось смешным.

– Старайся не обращать внимание на всю эту рутину, делай то, что говорят и не задавай лишних вопросов, здесь это не любят, – пояснил Васл, его голос был как всегда ровным и немного холодным, а так как Верт всегда молчал и всегда неожиданно вклинивался в разговор, его фраза заставила вздрогнуть.

– Слушай, Верт, расскажи почему ты решил стать снайпером? – неожиданно переведя тему, спросил Райн.

Васл коротко вздохнул и все так же ровно ответил:

– Будем считать, что – это наследственное.

За столом воцарилась тишина, Райн ожидал продолжения рассказа, но его не последовало.

– Думаю он больше ничего не скажет, – произнес Далон Нотиван, обращаясь к ожидающему Райну, – неужели за два года ты это не понял?

– Внимание! Прием пищи завершить! На построение бегом марш!– эхом пронеслось по столовой и через доли секунд все встали из-за стола.

После завтрака я должен был в течение целого дня драить всю посуду в столовой, хотя это всегда выполняет машина, офицеры умудрились найти место и для солдата.

Когда я очищал очередную кастрюлю, ко мне подошел солдат, смахивающий на повара, в фартуке, колпаке и с половником. Он долго смотрел, как я мою посуду и в конце концов сказал:

– Привет! Тебе тоже наряд прописали? А я только что закончил. Меня зовут Джордж Нидлер, я тут девять лет уже, – оглядев все вокруг сказал он, – десятый год пошел, – и для придания веса своим словам покивал головой.

– В смысле? На кухне уже девять лет? – спросил я, пытаясь пошутить.

– Нет. Я… В смысле в армии… – смущенно ответил он.

– Понятно, меня зовут Арториус Кирэго, – отставив кастрюлю в сторону и протянув руку, ответил я.

– Приятно познакомится, – ответил он, пожимая руку в ответ.

– Взаимно.

– Тебе помочь? – застенчиво спросил он.

– Хорошо, давай… Не помешает.

Он взял первую кастрюлю и начал медленно ее чистить и мне показалось, что я один справлюсь быстрее. Через некоторое время он тихо спросил:

– Читать любишь?

– Да, по-моему достаточно приятное времяпрепровождение.

Услышав это, он бросил кастрюлю в мойку, вытащил из-за пазухи потрепанную книжицу и с серьезным видом протянул ее мне. На обложке было написано: "Грязная политика". Вся книга была написана вручную, с множеством помарок, зачеркнутыми строками и помятыми страницами.