Обьект - Дмитрий Щербинин

— Пойдём в мой дом, — предложил Эльзар.

Но Эвану не хотелось уходить в дом, потому что ему нравился обвивавший его прохладный ветер, ему нравился напев волн, который прокатывались по прибрежным камням. И Эльзыр по лицу Эвана догадался, что тот не хочет уходить. Тогда старец сказал:

— Что же — ты постой тут, а я скоро вернусь…

И старец заспешил к своему маленькому, уютному дому. Но Эван не собирался оставаться на одном месте — ему хотелось увидеть и узнать, как можно больше. Он быстро прошёл к берегу, склонился над водой, зачерпнул её в ладони, глотнул… И тут же сплюнул, сморщился — вода оказалась невыносимо горькой.

Уже вернулся Эльзар. Он сказал:

— Это солёная, океанская вода. Хотя океан совсем маленький, и в лучшие дни я его мог пересечь в своей лодке с веслами за три дня… Вот — угощайся…

Старец поставил на гладкий камень поднос. Там был кувшин с пресной водой и лепешки. Эван поблагодарил, а потом с аппетитом покушал и попил…

Старец протянул Эвану рубаху светлого цвета — старую, но все ещё крепкую, чистую. Только тут Эван понял, что все это время он был по пояс голым — ведь прежняя рубаха сгорела, когда он ею пытался заткнуть пробоину в "Быстром драконе". И ещё раз поблагодарил Эван старца и оделся. Затем юноша спросил:

— Вы живёте здесь один?

Эльзар ответил:

— Да — живу здесь один.

— Вы прилетели сюда откуда-то?

— Нет. Я родился здесь. А прилетели мои родители…

— Понятно.

Тут, неожиданно, Эльзар проговорил:

— У меня была дочь… — помолчав немного, продолжил. — Её мать я привёз с того мира, где на тебя напали дикари. Да-да, не удивляйся, Эван. Птицы донесли меня дотуда — хотя это самый длительный перелёт, на который они только способны. Я был аккуратнее, нежели ты — спустился на значительном расстоянии от деревни, и прибирался к ним медленно, и выбирал долго. Наконец, выбрал девушку — достаточно красивую, стройную, молодую. Я тогда ещё сам молодой, решил, что она может дать мне хорошее потомство, и я даже смогу полюбить её… Немало времени прошло, прежде чем она оказалась вдалеке от своих подруг. Я воспользовался этим мгновеньем. Ампула со снотворным помогла мне. Взвалив бесчувственное тело на спину, я понёс её к своей корзине. Путь был неблизким, но все же я успел быстрее, чем началась погоня… И вот птицы принесли нас обратно, на этот остров. Дикарка очнулась, м, если бы я предварительно не связал её, то, наверное, она загрызла, зацарапала меня. В её глазах сверкали и гнев, и страх, и бешенство. Долго извивалась она и кричала. Многих её слов я не понимал. Язык этих дикарей отличается от нашего, но всё же родственен с ним… Долго, очень долго пытался я войти к ней в доверие. Хотел, чтобы она считала меня другом, а не врагом. Но для неё я оставался злым духом, разлучником с родными и близкими. Но я кормил и поил её, я рассказывал ей разные истории. Со временем она хорошо стала понимать меня, выучила мой язык. Она больше не извивалась, и не пыталась укусить меня. Тогда я развязал её, и она свободно стала ходить по этим вот камням, на которых сейчас стоишь ты, Эван… Через три года она родила дочь…

— Но где же, — начал было Эван и осёкся.

— Дочери моей нет, она погибла, утонула, — печально молвил Эльзар. — Пять лет было моей малютке, когда она взяла лодку и выплыла в море… Долго я её искал — исследовал все острова, а их-то здесь совсем немного. Исходил и тёмную половину этого мира. И нашёл только лодку, перевернувшуюся и разбившуюся о прибрежные скалы. Прошло ещё три года и зачахла, умерла моя жена. Она была ещё не старой, но я уже потом догадался, что тоска по дому всегда разъедала её сердце. А здесь, в этом мире, она любила только свою дочь. Я же для неё всегда оставался злым духом-похитителем… На этом острове её могила. Пятьдесят лет прошло со дня её смерти, и всё это время я был один. Но, к счастью, мои родители привезли неплохие запасы книг… Да — без книг было бы совсем плохо…

Рассказав всё это, Эльзар задумался, и долго смотрел на море, на близкий горизонт.

Вот Эван прокашлялся и сказал:

— Я хотел бы…

— Да, знаю — ты хотел бы отправиться на тёмную половину этого мира, и поглядеть в большой телескоп. Об этом несложно догадаться — ведь ради этого ты и оставил свою тихую, мирную родину — увидеть побольше, узнать обо всём.

— Ага, совершенно верно, — кивнул Эван и улыбнулся.

— Конечно, полностью твоё желание невыполнимо, но кое в чём я тебе всё же помогу, — ответил Эльзар. — Хорошо! Мы отправляемся в путешествие на тёмную сторону.

Эван, словно пёс, которому дали долгожданную команду: "Гулять!", бросился к лодке. Ведь юноша был уверен, что именно на лодке отправятся они в путешествие. Однако, Эльзар жестом пригласил его следовать за ним, вглубь острова.

Так прошли они к центральной скале. В скале этой имелась довольно большая, незапертая дверь. Через неё они прошли в затенённую, прохладную залу. Только незначительную часть этой залы занимал телескоп. В центре же помещался внушительный, непонятный механизм, с многочисленными колёсами, шестерёнками, ремнями и канатами, к которому прикреплена была выточенная из камня кабина.

В эту кабину следом за старцем и прошёл Эван. Старец закрыл дверцу и дёрнул рычаг. Механизм, затрещал, загудел, начал вращаться; дёргались многочисленные его составляющие, а кабина вздрогнула и поехала вниз. Вначале движение это было совсем медленным, затем — ускорилось.

В каждой из стен кабины имелось оконце, также зарешёченные оконца имелись и в полу, и в потолке. И через эти оконца Эван видел проплывающие каменные, местами растрескавшиеся стены, а внизу — кажущейся бездонной шахту, с уходящим вдаль, тянущим канатом. Но в стенах этой шахты, на равном расстоянии закреплены были светильники, благодаря которым Эван видел всё это…

Долго продолжался спуск. И вот удивлённый Эван спросил:

— Неужели Вы сами всё это сделали?

— О, нет, — улыбнулся Эльзар. — Такая работа была бы не по силам ни мне, ни моим родителям, хотя строительство и пробивание этой шахты началось ещё при них…

— Но кто же строил?

— Строил «Строитель-пять», хотя мы его называли просто "Богатырушкой".

— Он действительно был богатырём?

— Ну да. Можно сказать, что он был металлическим богатырём.

— Каким-каким богатырем?

— Так в вашем мире и руду не добывают?

— Нет, не знаю, что это такое, — вздохнул Эван.

— Бедный, бедный мир. Не удивительно, что ты оттуда бежал. Но, в общем, из металла был сделан и твой "Быстрый дракон". Ну а «Строитель-пять», "Богатырушка" — был роботом. Хотя, конечно, тебе неизвестно, что такое робот. Впрочем, я его тебе покажу.