Корабельная медсестра - Джейн Морни

В какой-то момент прозвучал корабельный горн и по радиосети объявили, что провожающим пора сойти на берег. После этого суета и шум еще больше усилились.

Вскоре палуба под ногами Гейл мерно завибрировала, как будто внутри стального валика вдруг забился пульс. Сердце Гейл взволнованно застучало в ответ. Глубоко у нее под ногами начали вращаться турбины, и весь механизм машинного отделения ожил и пришел в движение. Через иллюминатор Гейл видела, как буксиры – коренастые пигмеи – оттаскивают стального гиганта от причала.

В лазарет заглянула сестра Мак Манус. Увидев Гейл, прилипшую к иллюминатору, она сказала:

– Если хотите посмотреть отплытие, можете сходить на палубу.

Гейл поблагодарила ее и выскочила наружу. Провожающие махали руками с причала, с борта корабля им что-то кричали в ответ. У Гейл от волнения сжалось горло. Первый раз в жизни покидала она родную землю. В то же время ощущение нового приключения наполняло ее какой-то беззаботной реальностью.

Фигурки провожающих на берегу становились меньше, сливались в сплошную серую полоску. Как жаль, все-таки, что ее никто не провожает, не машет ей сейчас из этой уже едва различимой толпы. Она продолжала смотреть на удаляющийся берег, пока судно осторожно добиралось до речного фарватера. Около ее руки на поручне появилась еще одна. Заметив краем глаза обшлаг синего форменного кителя, она повернулась и оказалась лицом к лицу с доктором Бреттом.

– Итак, сестра, мы в пути, – в голосе его послышалось участие.

– Да, – она натянуто улыбнулась. – Теперь домой можно попасть только вплавь, через холодную воду.

– Даже и не думайте. Через несколько дней над нами будет вовсю светить солнце, и вы еще порадуетесь, что не выпрыгнули за борт. Отплывать из дома всегда грустно, даже если вы к этому привыкли, а уж в первый раз... Я до сих пор помню, как это было со мной. – Он отвернулся, и она увидела, как напряглось его лицо. Несмотря на ледяные глаза и строгий вид он, значит, тоже может что-то чувствовать.

– Но вы – нет причины, почему бы вам не радоваться такому приключению. – Бретт отвернулся, и снова у нее было ощущение, будто он принуждает себя быть с ней вежливым против своей воли.

– Я хочу, чтобы вы видели во мне друга, – продолжал он как бы через силу. – Если вам понадобится помощь или совет... – Он помолчал и добавил с деланной легкостью. – В конце концов, ваш молодой человек, Пат Нейли, оставил вас моим заботам, ведь так?

Прежде, чем Гейл успела опомниться, он повернулся и ушел.

ГЛАВА 4

На следующий день Гейл появилась в лазарете только после полудня. Все утро и часть дня она провела на вызовах в каюты.

В лазарете кроме их молодого пациента и сестры Мак Манус она застала миссис Мэтьюсон, пришедшую навестить сына.

Гейл была приятно удивлена дружелюбию и обаятельности этой маленькой изящной женщины с безукоризненными манерами. Гейл обратила внимание на то, как аккуратно и красиво уложены ее седые волосы.

– Вы, наверное, и есть та медсестра, о которой мне рассказывал Гарри, приветствовала она Гейл. – Он говорил, что вы очаровательны.

– Отличный повод, чтобы прикидываться больным как можно дольше, – молодой Мэтьюсон озорно улыбнулся Гейл.

– Не шути с этим, все могло кончиться очень плохо, мой мальчик, – сухо бросила миссис Мэтьюсон.

Гейл ощутила, как на мгновенье между матерью и сыном возникло напряжение.

– Гарри захотел плыть сразу же после операции, я была в ужасе, – говорила старая женщина Гейл, пока та провожала ее до дверей, – но теперь, когда я вижу, что он в надежных руках, мне стало намного спокойней.

– Спасибо, миссис Мэтьюсон, – улыбнулась Гейл. – Мы постараемся доказать, что достойны вашей оценки.

Гейл просматривала дневные записи, когда к ней в маленькое отделение для медсестер заглянула Энн Даунинг.

– Что-то неладно с этой их помолвкой, вот что я вам скажу, сестра. – Гейл повернула голову и посмотрела на вошедшую.

– В самом деле? – холодно спросила она, ничуть, впрочем, не обескуражив Энн Даунинг.

– Да, в самом деле. Только что сюда приходила его подружка, хотела навестить молодого человека. Так вот, как только я сказала, что у него сидит мать, она тут же унеслась прочь, как вспугнутая ворона. Правда, ведь смешно, если учесть, что они собираются пожениться?

– Ну, наверное, не хотела мешать его матери... – Даунинг громко хмыкнула. – Больше, похоже, было на то, что она ее боится – эта самая уж не знаю, кто она ему – невеста или не невеста. Кстати, не больно-то она похожа на настоящую леди, вот что я вам скажу.

– Хорошо, что нас совершенно не касается личная жизнь наших пациентов, – сказала Гейл.

Даунинг приняла обиженный вид.

– Ничего страшного не случится, если мы поговорим немного о том, что само бросается в глаза, – ответила она и вышла.

Гейл зашла к Гарри Мэтьюсону. Он выглядел озабоченным и обеспокоенным.

– Сестра, я не пойму, почему моя невеста до сих пор не зашла меня навестить? Может она приходила, пока я спал после обеда?

– Нет, насколько мне известно. – Гейл раздумывала, сказать ему про то, что она узнала от Даунинг, или нет.

– Может быть, она не попала на корабль? – Он внезапно так занервничал, что она решила сказать.

– Я думаю, что она решила, что одного посетителя за раз будет для вас достаточно, – успокаивающе проговорила Гейл. – И она была права.

Он, похоже, успокоился немного, узнав, что его невеста на борту, но выглядел все еще озабоченно.

– Что же она не зашла? Как глупо получилось... – он помолчал, затем, с видом маленького мальчика, доверяющего кому-то большой секрет, продолжал. – Вы знаете, сестра, они почти не знакомы друг с другом и я очень рассчитывал на то, что они сдружатся за время плавания. Я боюсь, что мама совсем ее запугает. Моя невеста так чувствительна – если так пойдет и дальше и она не перестанет бояться моей матери, то ничего хорошего у нас не получится.

– Не беспокойтесь, – утешала его Гейл. – За время плавания – а ведь мы долго будем плыть до Австралии – они наверняка сойдутся поближе и все будет хорошо.

– Я тоже так думаю. Она обязательно понравится маме, когда та узнает ее поближе. Она замечательная девушка, вы сами в этом убедитесь, как только я вас познакомлю.

– Сгораю от нетерпения, – шутливо ответила Гейл, немного тронутая энтузиазмом этого очень молодого и очень влюбленного человека.

– Думаете, я просто влюбленный дурачок, да?

– Нет, конечно. Я думаю, что это замечательно – чувствовать такую любовь.

Они рассмеялись и в этот момент в лазарет вошли сестра Мак Манус и доктор Бретт. Гейл отметила про себя пристальный взгляд, который он бросил на нее от дверей лазарета.