Корабельная медсестра - Джейн Морни

Джейн Морни

Корабельная медсестра

ГЛАВА 1

Последнее собеседование было позади, и Гейл Уэст выходила из офиса Трайпл Стар Лайн, чувствуя себя легко и беззаботно. Трудно было поверить, что ей так повезло – ее только что приняли медсестрой на «Юджинию».

Пат Нейли предупреждал ее о строгости характера миссис Белмонт, которая занималась набором женского персонала на суда. Она была так неприветлива с Гейл во время первого собеседования, что та почти не сомневалась в провале; неудивительно, что последовавшее за второй беседой согласие взять ее на работу было для Гейл и большой радостью и сюрпризом одновременно.

Во время первого собеседования миссис Белмонт ясно дала понять, что они хотели бы видеть в качестве медсестры кого-нибудь поопытнее. Гейл, по ее словам, в свои двадцать три года вряд ли сможет отвечать за свою работу в той мере, в какой это требуется от медсестры на корабле такого класса, как «Юджиния».

– Но это именно то, чего я хочу – быть ответственной, – горячо запротестовала Гейл.

– Ну, это вы так считаете.

– В Святом Амброзии нас очень хорошо обучили, – в словах Гейл слышалась гордость за родную больницу. Миссис Белмонт углубилась в лежащие перед ней бумаги.

Действительно – сестра Уэст блестяще сдала все экзамены. Она перешла к рапорту медицинского советника компании.

– Доктор Логан, похоже, впечатлен вашими успехами, – суперинтендант как бы размышляла вслух, но при этом не открывала все свои мысли. – Симпатичные молодые медсестры на судах, как известно, могут создавать проблемы. Особенно такие красотки. Но, с другой стороны, уставшие бизнесмены и полуинвалиды, пользующиеся морскими линиями, чтобы немного отдохнуть в дороге, наверняка отдадут предпочтение молодым и симпатичным медсестрам. Почему вы хотите идти в море?

– Я всегда об этом мечтала, – глаза Гейл загорелись, янтарные искорки в них слились в золотое сияние. – Если бы я была мужчиной, я бы стала моряком.

– Мечтала, вот как... Не думайте, что там, в море – очень весело.

Казалось, этот разговор будет продолжаться до бесконечности. Гейл отчаянно боялась сказать что-нибудь не то. Получалось, что суперинтенданту не понравился ни возраст Гейл, ни ее мечты. Наверное, она забыла, как сама мечтала когда-то.

Гейл была бы немало удивлена, если бы узнала, что миссис Белмонт до сих пор живет, как в мечте, с моряком-инвалидом, за которого она вышла замуж во время войны.

Окончательное собеседование было совсем другим. Оказалось, что когда миссис Белмонт улыбается, то выглядит просто очаровательно.

Вскоре Гейл уже бегала из одного отдела в другой вслед за строгого вида стареющей секретаршей. Повсюду ей давали какие-то инструкции. Гейл точно знала, что ей их никогда не запомнить. Освободившись, девушка в растерянности стала искать выход.

В ее мозгу проносились обрывки мыслей. Что скажет на все это мама? Она почувствовала тревогу. Со старшей медсестрой в госпитале все будет в порядке. Она знает, что Гейл пытается устроиться на корабль и, в случае чего, найдет ей замену. Остается еще Пат. У нее сжалось сердце. Пат Нейли, конечно, помог ей приблизиться к исполнению ее мечты, но, на самом деле, вряд ли он будет рад ее уходу из госпиталя, где они провели столько времени вместе – вместе работали, вместе готовились к этим ужасным экзаменам. Дружба с Патом, конечно, очень помогала ей все эти годы, проведенные в Святом Амброзии, но они оба знали, что это еще не настоящая любовь, и, возможно, пройдут еще годы перед тем, как они полюбят кого-нибудь всерьез. Относительно любви у Гейл, впрочем, тоже были мечты.

Гейл была уверена, что когда-нибудь, наверное, после того, как утихнет ее страсть к морским путешествиям и можно будет спокойно в кого-нибудь влюбляться – вот тогда-то и появится он – совершенный мужчина, отвечающий всем запросами ее сердца. Иногда у нее даже начиналось сердцебиение, от которого бесполезно было принимать таблетки – в такие моменты ей представлялся этот самый герой, с приходом которого ее мечты станут реальностью.

Гейл добралась, наконец, до входа в лифт. Ее не отпускало чувство нереальности происходящего, возникшее после слов миссис Белмонт.

– Хорошо, медсестра Уэст, вы зачислены в состав экипажа. С вами будут рассчитываться в начале и конце каждого рейса. Она нажала кнопку лифта и через некоторое время услышала, как он со скрипом поднимается с нижних этажей. Лифт добрался, наконец, до ее этажа, остановился, и человек в кабине приоткрыл решетку двери, чтобы пропустить Гейл внутрь прежде, чем выйти самому. Она благодарно улыбнулась и подняла голову. Глаза незнакомца еще какое-то мгновение оставались задумчивыми, но, как только он глянул в лицо Гейл, это выражение молниеносно сменилось сильнейшей неприязнью, как будто он был шокирован и даже отчасти испуган тем, что увидел перед собой. Его рука выпустила решетку и та с грохотом захлопнулась – удивленная Гейл еле успела отскочить.

– Простите, – в смущении человек опять открыл дверь, краснея под густым загаром. Его глаза опять обратились к лицу Гейл, он продолжал смотреть на нее через решетку двери, выходя из кабины. Вид у него был такой, будто он зачарован чем-то пугающим и не может отвести взгляд.

Подобная манера вести себя застала Гейл врасплох, она даже забыла поблагодарить незнакомца и, нахмурившись, провожала взглядом его высокую фигуру до тех пор, пока он не скрылся за поворотом коридора.

«Интересно, – подумала она, войдя в лифт. – Что такое могло случиться с моим лицом?»

На отражении в маленьком зеркальце, которое Гейл достала из кармана, вроде бы все было на месте. На ее раскрасневшемся от негодования лице не было видно внезапно выросшего второго носа или чего-нибудь еще в том же роде, глаза смотрели вполне дружелюбно. Решительно ничего такого, что могло бы вызвать внезапное отвращение.

– Должно быть, у него аллергия на девушек вроде меня. – Она усмехнулась собственной мысли и, напевая себе под нос, стала спускаться вниз.

На улице моросил дождь, и в воздухе висела пронизывающая до костей холодная сырость. Погода как бы бросала вызов утверждению, что март весенний месяц. Узкие городские улицы были похожи на унылые глубокие каньоны среди унылых серых утесов домов. Даже голуби выглядели потрепанными и безнадежно усталыми.

Гейл достала из сумочки пластиковый плащ и накинула его на свой лучший костюм, одетый специально по случаю собеседования. Она чувствовала себя самой счастливой девушкой в мире.

Конечно, ей было жаль тех, кому повезло меньше, чем ей. Но как, все-таки, здорово знать, что скоро ты будешь далеко отсюда, где-нибудь в южных морях на пути в Австралию!