Луны и Творцы (СИ) - Грошков Кирилл

— Калист, ты тоже. Ты тоже. И мы сможем. Должны.

Мирко аккуратно поцеловал Калист в лоб и закрыл глаза, сев поудобнее. Его рука продолжала гладить волосы девушки, а его разум, наконец за несколько дней, медленно нашёл покой. Здесь, с его любимой женщиной.

***

Фитсрой стоял на носу корабля, всматриваясь в горизонт. Заходящее солнце было не самым лучшим спутником творца, но мужчина любил так стоять и раздумывать… в другой жизни, до пленения в клетке его самым близким человеком.

Рана на плече почти заросла, но боль всё ещё терзала его. Руки мужчина держал сложенными за спиной.

«Тысяча лет. Столько возможностей упущено. Столько воды утекло. Рокс, жива ли ты вообще? Судя по моей охране, слугам и тем фанатикам — вряд ли. Но где же тогда моя парная регалия? Рокс, где же ты?»

Мужчина вздохнул. В радиусе нескольких метров не было ни души. Все, матросы, их офицеры и даже первые знакомцы в новом мире обходили его стороной. Первые и вторые просто боялись, а третьи не знали всеобщего. Лишь Калист болтала с ним периодически при помощи артефакта. Даже оксианского, что знал Император без трона и земли, не хватало для общения, ведь и этот язык успел измениться до едва заметной узнаваемости.

Он вздохнул и вновь посмотрел вдаль.

«Мир пал и возродился. Удивительно. Почему именно сейчас? Зачем этому миру Император? Возможно, и не нужен. Плевать мир хотел на людей.»

Солнце едва освещало морскую гладь томным оранжевым светом.

— Нам нужно попасть в Зеркальный Город. Если он всё ещё функционирует — то это единственное место, что сможет помочь мне разобраться. Будущие и прошлое. Я должен увидеть и осознать. Наверняка что-то ещё осталось, а если так…, то мы сможем сразиться с этими существами из сказок. — говорил он шёпотом, хотя даже если бы он и кричал во всю глотку его всё равно никто бы не понял.

«Мне нужна цель. И теперь я вижу её яснее чем никогда за тысячу лет.»

Эпилог: Sol omnibus lucet

Надин раздражённо поправила своё платье, пригубив чая из чашки. Она по привычке попыталась принюхаться к напитку, но забыла, что уже как десять лет не чувствует запахов из-за третей ступени раскрытия Искры Творения.

Женщина выругалась и ударила воздушным хлыстом служанку, от чего та вскрикнула и упала ниц.

— Уйди отсюда, шваль! — она вновь ударила хлыстом, раскроив служанке спину.

Та взвизгнула и кинулась к выходу, ловя ещё один удар, посланный вдогонку.

Надин ехидно улыбнулась, сложив ногу на ногу, но сразу же нахмурилась, вспомнив про тот бардак, что устроил этот проклятый монстр в доспехах в городе, да и в Тронном Зале.

«Шлак*1 оказался слишком… грязным. Не знаю, как им удалось взять его под контроль и направить сюда, однако в каком-то смысле всё кончилось и не так уж и плохо, но тел оказалось слишком много, а это отвратительно. Так много сора.»

Надин встала с кресла и достала из большой шкатулки рядом «Призму».

“Сколько можно, Надин?! Где моё тело? Почему…“

— Астерзаль, у меня теперь иной повелитель.

“Что?! “ — вскричал голос в голове.

— Мои заслуги были отмечены. Я, буду честна: никогда не понимала всей сути Гранд Плана, но после писем самого Ариана… Всё встало на свои места, Астерзаль.

“Ты предаёшь меня, погань?! Да, как ты смеешь?! Я создал тебя! Я взрастил тебя, как собственную дочь! Я поставил твои интересы выше моей любимицы, Калист! Я выбрал тебя, а не её!“

— Так, что же «твоя» Калист не пришла за тобой и не спасла, о «повелитель»? — Надин ехидно усмехнулась.

“Потому что я ошибся. Надо было быть умнее. Калист бы не…“

— Плевать я хотела на эту меченую! — кординатор рассмеялась. — Для меня открылась истина. Полог занавеса приоткрыт, и я вижу сцену. Астерзаль, ты лишь шестерня в механизме. Да, большая и доселе эффективная, однако более нет.

“Что ты хочешь этим сказать?“ — голос бывшего Местоблюстителя стал более дипломатичным и менее высокопарным.

— Тебя более не существует для Архонтов. Ты в полной моей власти. Твоя дочка скоро погибнет от несчастного случая, упав с балкона, а твой сын — моя марионетка. Ты потерял всех. И, да, — она с желчью добавила, — Калист и Андро живы, проклятый ты маразматик!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Послышался звук, похожий скрип зубов.

— Да, Астерзаль, кусай локти. Твоё время прошло. — вновь смех женщины, что уселась обратно в кресло и отпила ещё чаю, оставив «Призму» у себя на коленях.

“Ариан… что ж, он дурак, если думает, что Гранд План сработает без его создателя. Я потратил на это шестьдесят лет своей жизни.“

— Ты сможешь насладиться чужим триумфом прямо из этого прекрасного многогранника. — Надин провела ногтями по стеклоподобной поверхности «Призмы», оставляя на ней царапины.

“Вы обычные глупцы. Не ведаете что творите. Человечество без меня погибнет! Я его единственный шанс.“

Надин фыркнула и в этот самый момент о дверной косяк кто-то постучал.

Надин вскинулась, посчитав, что это всё та же горемычная служанка, однако…

— Над, дорогуша, мне кажется, мы так и не договорили в прошлый раз.

В дверях стояла Мерсейл. В новом платье синего с белым цветов, на котором красовался герб семьи Кентиджерн— мифический лев, стилизованный вышивкой золотой нитью.

Надин встала с сиденья и грубо бросила на столик регалию, хранящую души.

— Да, верно.

Надин едко улыбнулась и махнула рукой, с силой захлопнув дверь за девушкой потоками.

«Хах, как это прозаично. Астерзаль убил свою вторую жену, своего старшего сына, умер сам, а теперь он станет наблюдать за смертью своей дочери. Ирония жизни, как она есть.»

Мерсейл тоже улыбнулась. Девушка с рыжими непослушными волосами слегка опустила подбородок, так что глаз в очках не стало видно из-за бликов света Лун-Охранительниц из окон напротив входа.

— Ты же знаешь, что сейчас произойдёт, верно, кобелица? — Надин отвела руку в сторону, готовя конструкцию воды и желая разрубить Мерсейл напополам.

— Верно. Поэтому я сюда и пришла. — Мерсейл положила руку в карман и улыбнулась совсем иной зловещей улыбкой. Блики Лун так и плясали в линзах круглых очков с почти невидимой металлической оправой.

Надин на секунду помедлила, что-то в этой юной дряни заставляло её чувство самосохранения вопить об опасности, словно юнга, завидевший на горизонте шторм.

Наконец Надин собралась с духом и ударила рукой воздух по направлению к Мерсейл.

Из чайника с чаем вырвалась струя жидкости, сформировав в воздухе линию.

Вихрь тьмы возник прямо перед Надин, заставив женщину отшатнуться. Линия жидкости врезалась в вихрь и разбилась на капли.

— Мгла! Эта рега…

Она не успела договорить, как её левую руку что-то больно укусило.

Надин непонимающе посмотрела на странную маленькую стрелу с оперением из перьев и с длинной продолговатой стеклянной ёмкостью выше иглы, впившейся в кожу.

Надин выругалась и вырвала из руки дротик.

— Проклятая дрянь!

Надин выкинула вперёд руку и попыталась сотворить конструкцию молнии, но потоки по какой-то причине перестали чувствоваться, ровно также, как и левая рука.

Вихрь завершился и из него вышла Мерсейл, что продолжала улыбаться.

Надин вновь предприняла попытку воспользоваться потоками, однако всё было без толку. Покалывать стало по всему телу.

— Можешь не пытаться, Над. Это «Облака». Я проверяла их на Раайане. Он не смог и ниточки сотворить перед тем, как начал дрыхнуть. Прекрасное средство.

Надин сделала несколько шагов и поняла, что ноги немеют. Ещё шаг и она опёрлась о книжную полку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мысли путались, а мышцы сами по себе то напрягались, то наоборот расслаблялись. В теле чувствовалась невероятная лёгкость и поминутно приходил экстаз, волнами, как головная боль.

— Тварь… — выговорила она еле шевеля языком. На лбу выступил пот, а причёска всегда опрятная и величественная, рассыпалась прядями прямо на лицо.