Обсидановый Оракул - Трой Деннинг

Фило оставался спокоен, как и посоветовал ему аристократ, и только почесал рукой свою бороду. Агис схватил серую прядь волос бороды и привязался к ней, а Виан летел неподалеку. Потом не глядя на преследователей, гигант подобрал огромный валун и похромал вниз в заваленный камнями дворик у ворот.

В самом низу два усталых стража охраняли огромный пролом, в котором когда-то висели ворота. Они казались скорее озадаченными, чем встревоженными суматохой наверху. Хотя они и встали с каменных блоков, на которых сидели, их тяжелые дубины остались стоять у обломков, оставшихся от стены. Один из них даже не глядел на Фило, вместо этого все его внимание было приковано к чему-то вне замка, в Заливе Горя.

Когда Фило со своей ношей подошел к пролому, страж поднял на него удивленный взгляд. Полукровка проигнорировал его, глядя в землю и стараясь проковылять через ворота без всяких объяснений.

Страж, широкогрудый гигант с татуировкой козла на лбу, поднял руку, чтобы остановить Фило. – Что случилось в замке? – спросил он.

– Звероголовые, – ответил Фило.

Второй страж, который казался почти худым по сравнению с первым, оторвал свой взгляд от Залива Горя. – Мы знаем, что там есть звероголовые, – саркастически сказал он. – Что они делают?

Фило встретил его взгляд, как если бы собирался ответить, и махнул рукой, державшей валун. Удар, заставший стража врасплох, пришелся ниже уха, в точности туда, куда указал ему Агис. Глаза гиганта закатились, колени подогнулись.

Стражник без сознания повалился на землю, а его товарищ, потянувшись одной рукой за своей палицей, второй схватил Фило за плечо, поворачивая к себе. – Что ты-

Полукровка швырнул свой валун в ногу стражника, и вопрос перешел в рев боли. Фило побежал к перешейку, следуя дороге, которую раньше проложил гранитный шар, промчавшись через покрытое обломками небольшой кусок берега перед воротами. Хотя он и не мог бежать быстро, его неуклюжего аллюра вполне хватило, чтобы убежать от стража, ковылявшего за ним.

Когда Фило, покачиваясь, шел через узкий перешеек, Агис высунул голову из-под бороды гиганта. – Хорошо сделано!

И только тогда аристократ увидел, за чем наблюдал худой страж в Заливе Горя. Потрепанная Ночная Гадюка лежала недалеко от перешейка. Без кораблеводца она погрузилась в ил по планшир. В остальном корабль сидел на ровном киле и выглядел вполне исправным, несмотря на запачканные палубы и сломанные мачты. Дюжины рабов стояли вдоль борта, завистливыми глазами наблюдая за побегом Фило. Теперь, когда не было больше стражника, наблюдающего за ними от ворот, некоторые из них достали свои шесты и проверяли ими, достаточно ли мелко это место, чтобы они могли вброд выбраться на берег.

– Перенеси меня туда, Фило, – приказал Агис.

Гигант остановился и повернул лицо к несчастному кораблю, но даже не пошевелился, чтобы идти туда. – Ты говорить бежать на другую сторону Либдоса, -возразил он.

– Я знаю, но я не могу бросить этих рабов, – сказал Агис.

– Не мочь нести их, – сказал Фило. – Слишком много.

– Тебе не надо будет нести их, – ответил аристократ. Он взглянул в направлении ворот и убедился, что пока нет опасности быть схваченными широкогрудым стражем. Гигант все еще пытался перепрыгнуть обломки, используя свою палицу как палку. Агис снова посмотрел на корабль. – Ночная Гадюка сможет убежать сама. Все, что нужно, – кораблеводец.

– Ты? – издевательски рассмеялся Виан. – Из того, что я знаю о твоих талантах, ясно, что корабль даже не выйдет из залива, а ты уже умрешь.

– Я могу начать, – ответил Агис. – А потом Тихиан сделает остальное.

– Тихиан! – выпалил Фило. – Его не здесь!

– Он в моей сумке, – ответил Агис. Чуть-чуть подумав, он добавил. – По меньшей мере я надеюсь, что он там.

– Там, там, – сообщил Виан. – Я видел его, когда я и ты дрались за мешок. Он с удовольствием поможет, я уверен. – Он усмехнулся, странно дернув глазом. – Я пойду, скажу рабам приготовить шесты.

И Виан поплыл готовить экипаж. Фило вошел в ил, качая своей головой и побрел вброд за лишенной тела головой. – Это слишком опасно, – сказал он. – Не думать, что голова будет помогать спасти рабов, как только вынуть Тихиана из мешка.

– Да, я знаю, – ответил Агис. – Но это не важно.

– Важно! – возразил Фило. – Нельзя верить Тихиану.

– Я это знаю лучше любого другого, – ответил Агис, хватая сумку. – Но я не могу оставить этих рабов только потому, что я опасаюсь выпустить Тихиана. Это тоже самое, что убить их.

– Нет. Джоорш убить их, не Агис, – настаивал гигант.

Агис покачал головой. – Эти рабы не были бы здесь, если бы я не нанял Кестер везти меня на Либдос. Поэтому я в ответе за их безопасность.

Фило обдумал это, потом сказал, – Может быть. Но Тихиан не заботится о рабах. Может быть его не захочет помочь.

– Он не захочет, но у него не будет выбора, – сказал Агис. – Как только он окажется на корабле, он должен будет держать его на плаву – или утонуть и задохнуться вместе со всеми.

Огромный булыжник, пролетевший над плечом Фило положил конец спору. Камень упал совсем рядом, подняв высоко в небо фонтан серебристого ила. Гигант обернулся, чтобы посмотреть назад, в сторону берега. Агис увидел, что широкогрудый стражник хватает другой валун с берега перешейка, вероятно решив, что разумнее не идти вброд через ил с одной здоровой ногой. Страж вновь швырнул камень в них, почти упав, так как он попытался опереться на раненую ногу, и камень упал далеко от них.

– Пошли, – сказал Агис. – Не думаю, что у него много шансов попасть в нас.

Пока Фило поворачивался, злой рев вырвался из входа в Замок Ферал, и Нута вывел своих воинов из ворот цитадели. Они начали пробираться через покрытый обломками кусок берега, вождь кричал, – Остановитесь, убийцы сахема. Похитители Оракула!

Фило, не обращая внимания на приказ вождя, с новой силой устремился к Ночной Гадюке. Когда они были уже рядом, Агис увидел, что битва стоила кораблю гораздо дороже, чем это казалось на первый взгляд. Огромная трещина бежала по всей длине корабельного киля, который был поднят для того, чтобы корабль мог стоять на дне залива и не опрокидываться. Половина катапульт превратилась в руины, как и кормовая баллиста. Разодранные паруса нависали над кабестаном и крышками трюма, на которых горой лежали груды бесполезного такелажа. Даже корпус, более-менее защищенный илом, не вышел из боя абсолютно невредимым. Через воронки в палубе Агис мог видеть по меньшей мере два места, где рабы успели установить временные заплаты на внутренние стены.

Несмотря на состояние корабля, ни одно тело не лежало на виду. Вначале Агис решил, что это означает, что рабы почти не пострадали, но когда он увидел не больше двадцати моряков, стоящих около планшира, он понял, что это не тот случай. Вероятно, они выбросили мертвые тела за борт, так как под лучами багрового солнца тела быстро бы начали вонять.