Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

— Меня обидеть довольно сложно, — сообщил ей в спину консул, — но все же не стоит даже пытаться.

В дверь постучали.

— Войдите, — недовольно буркнул Блайт. Видимо, все-таки обиделся. Таша чуть заметно усмехнулась уголками губ — пусть и маленькая, пусть и совсем незначительная, но все же победа.

Вошел невысокий мужчина, судя по одежде — слуга. Таша, снова повернувшись спиной к огню, мысленно прикидывала: а что, если прямо сейчас броситься в дверь? Удастся ли убежать? Но за дверью виднелся наплечник латника, и вряд ли страж был там один. Блайт не делал ошибок.

Человек что-то прошептал консулу на ухо. Тот удивленно уставился на слугу.

— Кто?

— Да, ваша светлость. Собственной персоной.

— Что ему здесь надо?

Слуга лишь пожал плечами. Жест этот означал что-то вроде «мне такие вещи знать не положено». Подумав, добавил уже достаточно громко:

— Просили прибыть незамедлительно.

На лице Блайта отразилось раздражение. Он резко встал, отшвырнув свою игрушку.

— Хорошо. Проследи, чтобы комнату закрыли и как следует опечатали. Девушка пусть побудет тут, я еще не закончил беседу. А вы, леди… прошу, пока я не вернусь, подумайте о моих словах. Взвесьте все и примите верное решение. И не пытайтесь бежать. Я видел, с каким интересом вы выглядывали в окно. Да, вы не ошиблись, это знаменитое магическое стекло. Разбить его не получится. Я постараюсь вернуться поскорее.

Хлопнула дверь, скрежетнул ключ в замке, прозвучали слова запирающего заклинания, и Таша осталась одна.

За стеной послышались шаги. Девушка покинула теплое местечко у камина и подошла к пустому креслу Блайта. Как это было принято и здесь, и в Инталии, стены были обтянуты гобеленом. Сама она выбрала бы рисунок поярче, пожизнерадостнее — по всей видимости, у Черного Консула вкусы были иными, поскольку его кабинет (или это всего лишь комната для допросов, когда к пленнику еще рано применять разного рода методы устрашения) был отделан скромно, если не считать роскошной мебели. Ткань нельзя было отнести к разряду дорогих, и богатством оттенков она не отличалась. Привычные цвета Брона — черный, серый, коричневый… хотя, если подумать, такая обивка должна была настраивать на деловой лад. И на серьезный, степенный разговор…

Послышались приглушенные голоса — там, за стеной, Блайт беседовал с кем-то, чьего визита явно не ожидал. И этот незваный гость был, вероятно, достаточно важной персоной… ведь совершенно очевидно, что консул недоволен тем, что его оторвали от дел, однако смирился.

Этот разговор просто необходимо было подслушать… в конце концов, разведчица она или нет?

Она села в кресло, поджав под себя ноги. Заклинание длинного уха требовало предельной сосредоточенности и, хотя и относилось к разряду простых, многим сразу не давалось. Не каждый способен, хоть бы и на минутку, выбросить из головы все посторонние мысли, не каждому удается отбросить все человеческое, представив себя одним огромным ухом, трепещущим, ловящим каждый звук.

Плох тот разведчик, который не сумеет освоить это искусство в совершенстве.

Прозвучали назубок заученные слова — и на Ташу обрушилась лавина звуков. Она слышала покашливание стражников за дверью, пение птиц за толстой пластиной магического стекла… треск дров в очаге стал почти оглушающим, собственное дыхание казалось завыванием ветра в трубе, а стук сердца был подобен набату. Зато теперь она прекрасно слышала практически все, что говорилось за стеной.

Заклинание относилось к числу опасных, его использовали лишь тогда, когда было кому охранять покой мага. Громкий звук, лязг металла, даже просто хлопок ладонями близко от слухача мог привести к весьма тяжелым последствиям. Поговаривали, что свою глухоту Делора Неккер заработала именно так… никто не знал, для чего целительница, тогда еще молодая, использовала это заклинание, но случайно упавший с полки горшок, вдребезги разлетевшийся от удара о пол, полностью лишил волшебницу слуха. Лишь спустя несколько месяцев она стала хоть что-то слышать, а полное выздоровление так никогда и не наступило.

Но здесь и сейчас никто не мог помешать Таше ловить каждое слово беседы между Черным Консулом и его нежданным гостем. Она вся превратилась в слух. Почти в буквальном смысле.

— Достаточно хорошо, Ваше Императорское Величество…

Таша удивленно приподняла бровь. Вот как? Его Величество Унгарт Седьмой лично явился в дом своего фаворита? Вряд ли только для того, чтобы справиться о его здоровье. Или о чем он его спросил… начало разговора было утеряно безвозвратно.

— Это радует…

Скрип кресла, удовлетворенное хмыканье. Бульканье жидкости, вытекающей из узкого горлышка. Причмокивание — напиток явно понравился гостю.

— У тебя всегда хорошее вино.

— Благодарю. Это кинтарийское желтое, сорт «Южная ночь»… ему тридцать лет.

— Я запомню. Передай своему поставщику, пусть пришлет два… нет, четыре десятка бутылок во дворец.

Короткий смешок.

— Увы, Ваше Императорское Величество…

— Увы? — В голосе прозвучало удивление, смешанное с раздражением. — Я не люблю слышать от подданных это слово. Кстати, можно обойтись без титулов… пока мы наедине. Обрати внимание, Ангер, пока мы наедине. Твоя выходка на приеме мне не понравилась.

— Как прикажете, мой Император. Что же касается вина… В 2597 году на восточном побережье Кинтары бушевал ураган, многие виноградники этого не пережили. С тех пор это вино больше не делают. Сейчас сохранилось, пожалуй, не более полусотни бутылок «Южной ночи», из них семнадцать — у меня. Но я готов поделиться с вами.

— Вот как… поделиться… — Император хмыкнул. — Ладно, десять. Прикажешь, пусть их доставят завтра. Мне лично.

Ответа Таша не услышала, видимо, Блайт просто кивнул.

— Но, как ты понимаешь, я здесь не только для того, чтобы грабить винные подвалы тайной стражи. Я хочу узнать, что доносят твои шпионы. Инталия готова к войне?

— Не готова. И не будет готова еще примерно год… после чего мы можем столкнуться с немалыми трудностями.

— Ты ответил слишком быстро, Ангер. Я не люблю торопливость в серьезных вопросах. Это проверенные сведения?

— Безусловно, мой Император. Приграничные крепости Инталии спешно обновляются, но Северный Клык сильно обветшал за мирные годы. Мой агент в крепости сообщает, что стены не выдержат серьезного штурма.

— Северный Клык — это мелочь. — В голосе Унгарта послышалось презрение. — В прошлом его брали не раз, не думаю, чтобы ситуация изменилась. А горный переход?

Таша вздрогнула… горный переход? О чем это он?