Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

— О погоде, — буркнула она. — Холода пришли раньше обычного, тебе не кажется?

— Дерзишь, соплячка… — Дилана была непринципиально старше леди Рейвен, но пропасть, разделяющая их социальный статус, была неописуема. — Я накажу тебя…

Выпад был столь стремителен, что Таша не успела увернуться. Простенький, заурядный айсбельт пропорол ткань нового костюма, оставив на гладком бедре кровоточащую царапину. Девушка ойкнула от неожиданной боли, а по спине пробежали холодные мурашки страха — она вдруг поняла, что Дилана просто играет с ней. И весь этот «поединок», весь обмен не достигающими цели ударами был не более чем развлечением для убийцы. Она могла справиться с Ташей легко и быстро. Но не стала… видимо, и впрямь хотела кое-что узнать. А вот когда узнает… может, леди Рейвен и не была прославленным в веках мыслителем, но иллюзий насчет «я тебя пощажу» не строила. Не такой человек Дилана Танжери, ей не нужны свидетели, знающие, что императорская любимица находится в столице Инталии.

— В следующий раз будет больнее, — пообещала Дилана.

— Мы действительно говорили о погоде. — Таша постаралась, чтобы голос звучал достаточно правдиво. — Мет хотел отправить меня в Кинтару, но Яса вот-вот замерзнет. Он был недоволен, что я потратила столько времени…

— Гоняясь за мной, — тепло улыбнулась Танжери, и эта улыбка прямо-таки сочилась ядом. — Ах да, за мной ведь должок, не так ли, девочка? Может, скажешь, куда дела моего спутника? Я к нему привыкла.

Таша с некоторым недоумением посмотрела на эту матерую убийцу. Сантименты? У Диланы? Она и в самом деле вернулась сюда, рискуя жизнью, в надежде разыскать Битрана? Глупости… не может такого быть. Вероятно, ее миссия еще не выполнена до конца, потому она и не вернулась в Гуран.

— Думаю, он в Обители… — Она помедлила, потом неохотно добавила. — В казематах Обители, разумеется. Орден считает, что ему еще есть что рассказать.

Танжери поморщилась — переживала ли она за своего спутника (как и умельцы тайной стражи, орденские палачи тоже знали, как добывать сведения, не особо заботясь о сохранении здоровья пленников), или была недовольна тем, что Битран сможет поведать на допросе. Внезапно имперская стерва презрительно усмехнулась.

— Значит, в Обители. Ведь если подумать, леди, пользы-то от вас никакой. Битрана ты на свободу не вытащишь, влияния не хватит. Дать полезную информацию тоже не можешь… или не хочешь. Я же вижу, ты упрямая… почти как я в юности. — Она некоторое время помолчала, затем с притворным сочувствием вздохнула. — Вот и получается, девочка, что ты мне совершенно не нужна. Прости…

Ее губы шевельнулись, и Таша с ужасом узнала творимое заклинание. Стрела мрака, самое страшное из заклинаний магии крови. Приложив немалые усилия, создать стрелу мрака Таша могла бы и сама, а вот спастись… от этого заклинания не защитит незримый щиток, не спасет и ловкость — оно само ищет цель. Действовать надо было немедленно…

И она бросилась назад, спиной разбивая окно и выпадая на улицу. Уже падая, метнула свою последнюю заготовку, айерейн — множество крошечных осколков хлестнуло по стене дома, часть попала в зияющий провал окна, остальные врезались в стены, вышибая окна, выбивая искры из камней. И еще успела выставить перед собой руку, принимая выпущенную Диланой стрелу мрака открытой ладонью… А потом были удар, треск ломающихся костей и беспамятство.

Уже потом ей рассказали, как ледяной дождь, проливший на мостовую водопад битого стекла, привлек внимание патруля. Как рыцарь-светоносец ворвался в дом — и был убит на месте простым огненным шаром, расплескавшимся по полуоткрытому забралу его шлема. Как воины штурмовали здание, как в бешенстве изрубили в куски высокого белобрысого парня, сумевшего прихватить с собой одного из стражников, и старика, явно чем-то больного, а потому и не оказавшего почти никакого сопротивления. Как полыхали вспышки боевых заклинаний, как начали гореть стены старого дома…

Как сбежавшиеся люди тушили пожар, норовя под шумок прихватить себе на память что-нибудь ценное. Как в давке была насмерть затоптана одна из служанок, а вторая, чуть не сошедшая с ума от страха, заперлась в подвале и швыряла горшки в дверь при малейшей попытке ее открыть. Не меньше сотни солдат сбежались к горящему дому — наверное, чуть не половина Торнгарта в эту ночь осталась без охраны. Зато исключительно благодаря стражникам преисполненные энтузиазмом и состраданием соседи не растаскали все, что можно было унести, и даже пожар был потушен, изуродовав лишь несколько комнат.

А Дилана ушла… ушла, оставив за спиной трупы своих спутников и в общей сложности шестерых стражников, включая уже упомянутого светоносца, которого не спасли эмалевые доспехи.

Все это Таше рассказали много позже — в себя она пришла лишь на третий день, а ходить, не держась за стены, впервые смогла только через месяц. Стрела мрака смертельна — но, попадая в руку или ногу, вызывает лишь жестокий паралич, и если помощь подоспеет вовремя, то у раненого есть шансы. Немного — но есть. Если эта помощь приходит в лице опытного мага, достаточно владеющего магией крови, чтобы суметь воспроизвести заклинание «снять путы».

Танжери так и не нашли, хотя на ноги были подняты все рыцари и маги Ордена, находившиеся в то время в Торнгарте. Город прочесали мелкой гребенкой, под горячую руку были изобличены по меньшей мере трое шпионов Империи, отправились в казематы или на плаху чуть не полторы сотни разного рода преступников, в той или мной мере пострадали не меньше сотни совершенно безвинных. Все усилия были тщетны.

А в Гуран леди Рейвен попала уже весной… не с последним кораблем, ушедшим, не дождавшись пассажирки, а с первым, отправившимся в путь сразу, как только сошел лед на Ясе. Жаль только, что ее пребывание на свободе оказалось недолгим.

За ней пришли вечером на шестой день. К тому времени Таша уже озверела от безделья и готова была швырнуть фаербол в лицо первому же, кто войдет в дверь, — пусть даже это будет сам Блайт. Она уже пролистала, без всякого интереса, жизнеописание правителей Гурана за последние две тысячи лет, в очередной раз убедившись, что пищи для ума в этих пожелтевших страницах с прошлого раза не прибавилось, изучила каменные стены своей тюрьмы, с сожалением констатировав, что тайных ходов поблизости не наблюдается, дважды поругалась со слугой, приносившим ей еду… Последняя ссора закончилась бокалом, полетевшим слуге в голову, в отместку в следующий раз он принес ей вино в глиняной миске. Таша признала, что месть получилась удачной. Решетка на окне не оставляла никаких шансов для бегства, а дверь открывали лишь в присутствии по меньшей мере двоих стражей, один из которых был магом. И этот маг с прилежностью, достойной лучшего применения, старательно заговаривал замок каждый раз, как только слуга покидал помещение.