Несущие Свет. Противостояние - Дмитрий Воронин

Предполагалось, что это будет вполне милая светская беседа за бокалом вина. Быть может, Метиус добродушно пожурит ее за некую самоуверенность, наверняка выразит сдержанное сочувствие. Затем — даст какое-нибудь интересное поручение или, что тоже не исключено, совет отправиться в замок Рейвенов и провести там некоторое время, пока злые языки не натрут себе кровавые мозоли и не успокоятся. Пара-тройка шуток, несколько свежих сплетен, неизбежная лекция о текущих отношениях между Инталией и Гураном — без этого арГеммит не мыслил встречи со своими агентами, а с его привычками приходилось мириться и иным Вершителям, не то что Таше. Ожидания не подтвердились.

АрГеммит был в бешенстве… и тот факт, что с момента получения им информации о блестящем провале его гостьи прошло уже немало дней, ничуть не улучшил настроения Вершителя.

— Самовлюбленная идиотка! — Маг мерил просторную комнату от стены до стены, печатая шаг с такой силой, что казалось, сейчас или отвалятся подметки, или лопнут мраморные плиты пола. — Как ты могла? Таша, я всегда жду от тебя какой-нибудь глупости, и мои ожидания ты обманываешь поразительно редко, в этот раз ты превзошла саму себя! Подумать только!!! Ты считаешь, категорический приказ не пытаться взять Дилану без поддержки Ордена был отдан для разного рода сельских управителей? Или для всякой мелкопоместной швали, ничего, кроме своего сраного замка и не менее сраного сеновала, в жизни не видевших?

Таша именно так и считала, но заявить об этом, видя настроение арГеммита, было не самым лучшим решением.

— Так нет, деточка! Не для них! Любой из этих уродов, считающих себя пупом своего маленького кусочка земли, достаточно слышал о Дилане Танжери, чтобы наложить в штаны при одном только слухе о том, что любимая императорская убийца появилась в их краях. Они бы тут же сообщили обо всем рыцарям, а сами заперлись бы в самом глубоком подвале и там пердели бы от страха! Но только не блистательная леди Рейвен, о нет! Только она может совершить такую дурость!

— Вы разговариваете с женщиной, милорд, — ледяным тоном заметила Таша.

— С женщиной? О нет… женщины — милые бездумные существа, проматывающие состояния на наряды и драгоценности, из уст в уста передающие все сколько-нибудь существенные сплетни и изящно наставляющие своим мужьям рога с молодыми рыцарями. Узнаете себя в этом описании, леди? Нет? Я тоже не узнаю…

Он некоторое время помолчал, сверля глазами Ташу, лицо которой превратилось в надменную маску.

— Вы не женщина, леди! Вы — вечная боль для моей многострадальной головы, вы заноза под моим ногтем. Гвоздь в моем сапоге, извините за банальность! Что вам стоило подождать два, всего два дня? Отряд рыцарей был уже в пути, три боевых мага, три десятка мечей. С такими силами эту суку Танжери можно было загнать, как зайца. И взять! И привезти сюда в клетке! Но нет… вам захотелось все сделать самой! И что в итоге?

Что получилось в итоге, Таша знала прекрасно и не нуждалась в излишних напоминаниях, но арГеммиту необходимо было выговориться, и ему сейчас было безразлично, слушают его или нет. Он снова зашагал по комнате, изливая свою боль и свой гнев стенам — достаточно, впрочем, громко, чтобы эхо от его голоса разносилось на многие залы и коридоры вокруг.

— В итоге грозная леди Рейвен заставляет Дилану в панике бежать. О нет, это вы, вероятно, считаете, что она бежала в панике, тогда как на самом деле все обстояло иначе. Танжери провела вас, как сопливую девчонку. Удрала, подсунув своего слугу, который в одиночку задержал все ваше сиволапое воинство. Да еще рассказал вам сказку, в которую вы, леди, безоглядно поверили.

— Под оковами не лгут, — не выдержала Таша.

— О да, школьный курс вы заучили назубок, — саркастически засмеялся арГеммит, — конечно, не лгут. Со всей искренностью говорят то, во что верят. А уж Дилана позаботилась, чтобы ее бугай-телохранитель верил в то, что милая леди Рейвен примет за чистую монету. И пока леди развлекалась, допрашивая слугу, хозяйка шла совсем в другую сторону… а пять инталийских боевых кораблей, между прочим, блокировали устье Белой, и теперь мы имеем счет за понесенные убытки от… от пяти кинтарийских негоциантов, двух гуранских, восьми наших… если мне не изменяет память. Наших могло было быть больше — некоторые из торговцев проявили похвальный патриотизм и с пониманием отнеслись к задержке, обыску, неизбежной при тщательном досмотре порче товара и некоторой… м-м… резкости в поведении рыцарей.

Он замолчал, переводя дух, затем схватил со стола бутылку вина, сделал несколько жадных глотков прямо из горлышка, не утруждая себя наполнением бокала.

— В другую сторону? — В голосе Таши послышалась неуверенность. Эти детали позорно провалившейся погони были ей неизвестны.

Вершитель скривился, словно от зубной боли.

— Разумеется! Дилана не была бы лучшим агентом Унгарта, если бы делала то, что от нее ждут всякие… переполненные энтузиазмом охотницы. Она каким-то образом перебралась через реку. В бухте, примерно в полутора днях пешего хода от Лангора, ее ждал корабль. Правда, она лишь воспользовалась услугами корабельного мага, после чего потребовала высадить ее в той же бухте. Вместе с тем самым магом и еще одним слугой — видимо, в замену отданному вам на растерзание.

— Зачем?

— А вот этого я не знаю, — прорычал арГеммит. — И никто не знает. И этот ублюдок-капитан не знал. Сейчас эта сука разгуливает на свободе — благодаря вам, леди! И если она убьет еще кого-нибудь — а на кой ей еще возвращаться в Инталию, как не за очередной жертвой, — то кровь эта будет целиком на вашей совести.

Он тяжело плюхнулся в кресло. Таша молчала, не желая вызвать на свою голову очередную порцию упреков и нотаций. Вершитель сделал еще несколько глотков, со злостью швырнул опустевшую бутылку в угол. Звон разлетевшихся осколков, видимо, принес ему некоторое облегчение — возможно, он представил себе, как с таким же звоном разлетается на куски Ташина голова.

— Все очень плохо, девочка, — заметил он после длинной паузы уже почти нормальным тоном. — Поимка Диланы сейчас пошла бы Инталии на пользу. И не просто потому, что Гуран лишился бы опытной убийцы. Нам нужна победа, хотя бы маленькая… Убит Дарш, Лейра выведена из строя, и поставить ее на ноги удастся не скоро. АрБиланг лишился правой руки. Цвет Вершителей…

— Особенно Дарш… — Таша тут же пожалела, что посмела произнести это вслух.

В иное время Вершитель не спустил бы девушке столь вольной реплики, но сейчас он уже устал злиться.

— Много ты понимаешь… Среди наших людей преобладают упаднические настроения, кое-кто не верит в силу Ордена, и Дилана, творящая на нашей земле все, что ее душе захочется, немало укрепляет их в этом мнении. Дух надо поднимать, и как можно скорее. Ох как здорово было бы предать эту тварь очистительному огню! Но рыцари — дело второе, они верны Ордену. А вот народ… ничто так не расшатывает власть, как вид ее беспомощности в глазах простых людей.