Ночи без сна - Джо Беверли

Наконец они дошли до оползня, где пришлось спускаться, цепляясь за обломки голой скалы. Она со смехом придерживала юбки, ухватившись за его руку.

— Девчонке в короткой юбке было гораздо легче лазать по скалам!

— В бриджах тоже.

Она улыбнулась ему:

— И в бриджах тоже. Знаешь, это безумная затея.

— Хочешь вернуться?

— Ну уж нет. Может, мы безумные любовники, потерявшиеся среди скал. — Она вдруг замолчала, осознав значение своих слов.

— Мы и есть любовники, — сказал он, вытаскивая ее за руку на твердую почву. — Были и есть.

«И будем», — чуть не добавил он. Но он не хотел быть любовником Сьюзен. Физическая близость с ней была восхитительна, но ему хотелось большего: золотой дружбы, духовной близости на всю жизнь.

Он хотел, чтобы она была его женой.

Получая от нее так много, он хотел платить ей той же монетой.

Она плотнее закуталась в шаль и стала завязывать ее концы на спине. Он помог ей завязать узел, наслаждаясь кратким прикосновением к ее гибкой спине.

Они пошли дальше, туда, где бегали одиннадцать лет назад, и постепенно разговорились о прошлом, о растениях и животных, о море и небе. И о том, что с ними происходило за годы разлуки.

Она рассказала ему о своей работе у сумасшедшего графа. Он рассказал об армейской жизни, кое-какие подробности о Ватерлоо и Дэре, а она с присущей ей честностью поведала о двух случаях близости с другими мужчинами.

Возле заброшенной часовни, сквозь лишенные стекол окна которой были видны голые каменные стены, они срезали угол и оказались на едва заметной, густо заросшей сорной травой тропе контрабандистов, ведущей на берег. Кон вдруг остановился в нерешительности.

— Неужели мы действительно когда-то, не задумываясь, спускались по этой тропе?

— Неужели ты так постарел, что больше не осилишь спуск? — поддразнила она и, подобрав юбки, заколола их булавками, обнажив до колен ноги в чулках. Потом стала спускаться вниз, цепляясь за корни и палки, удобно вбитые в землю в нужных местах.

Он со смехом последовал за ней, не замедлив спуск даже тогда, когда поскользнулся на размякшей глине.

Наконец она спрыгнула на покрытый галькой берег и оглянулась. Он тоже спрыгнул и обнял ее. Это было всего лишь дружеское объятие, но они оба замерли на мгновение. Он знал, что она впитывает его, как и он впитывает ее. Может быть, она тоже чувствовала, что становится здесь самой собой?

Они одновременно отстранились друг от друга, возможно, осознав, что могут скоро достичь точки невозвращения, и оглянулись вокруг.

— Мне казалось, что пещера была больше, — сказал он.

— Она не уменьшилась, но здесь было больше песка. Береговая линия меняется. Как и все остальное.

Она подошла к кромке воды, а он следил за ней взглядом, восхищаясь изящными линиями ее тела, так непохожего на тело той девчонки, но такого знакомого, причем не только после прошлой ночи.

Прошлая ночь. Что он пытался доказать? Что у него было много любовниц после нее?

Он усмехнулся и окликнул ее.

Она оглянулась, как всегда, пытаясь вернуть на место вечно падающую на лицо прядь волос, и улыбнулась ему.

— Прошлой ночью я пытался произвести на тебя впечатление.

У нее чуть заметно вспыхнули щеки.

— Тебе это удалось.

— Мне хотелось изгнать из воспоминаний твоих многочисленных любовников, щедро наделенных природой незаурядными мужскими достоинствами и обладающих богатым опытом.

Она рассмеялась:

— Неужели правда?

— Правда. Я хотел бы иметь возможность доказать, что я лучше, но увы! Я связал себя обещанием леди Анне.

— Увы? — переспросила она.

— Увы. Возможно, мне было бы лучше сделать вид, что все обстоит по-другому, но с тобой я должен быть честен. В первый день пребывания в Крэг-Уайверне я написал ей и практически предложил выйти за меня замуж. Я приехал сюда, еще. не приняв окончательного решения, но я к этому склонялся. Похоже, мне было безразлично, на ком жениться. А она милая молодая леди, которая заслуживает того, чтобы выйти замуж. Однако когда я писал письмо, я использовал ее, чтобы защититься от тебя. Вот она и стала этим щитом. Увы.

— А если бы ты не сделал этого? — спросила она.

Честность, только честность. Пусть даже это разобьет сердце и ей, и ему.

— А если бы я не сделал этого, то мог бы надеяться заполучить тебя в качестве моей жены, моего друга и моей помощницы на всю жизнь.

Она вдруг отвернулась, придерживая руками волосы. Ему показалось, что она старается сдержать слезы. Он наклонился, чтобы поцеловать ее в шею.

— Всю жизнь, — сказала она, — я боролась с судьбой. Я хотела, чтобы все в моей жизни складывалось так, как я хочу, и что я получила в результате? — Она протянула руки, растопырив пальцы. — Ничего. Словно ветер прошел сквозь пальцы. И тем не менее я снова испытываю искушение бороться с судьбой.

Он покачал головой:

— Я не могу взять назад свое слово. Несколько месяцев тому назад один из «шалопаев», лорд Миддлторп, ухаживал за леди Анной. Он еще не сделал предложение, но все к тому шло. Она ожидала его предложения, и он имел намерение сделать его. Но потом он встретил другую женщину. Она вскоре забеременела, и необходимость жениться на ней перевесила необходимость исполнить свой долг в отношении леди Анны.

Она вдруг встрепенулась:

— А вдруг я забеременела? — Но тут же крепко зажмурила глаза и решительно покачала головой. — Нет, нет! Я не хочу заполучить тебя таким образом, Кон. Не хочу, чтобы наши отношения омрачались бесчестьем и сожалениями.

Он поцеловал ее закрытые глаза:

— Если ты забеременела, то я обязан на тебе жениться, но, если говорить честно, я не хотел бы, чтобы так получилось. Леди Анна и ее семейство будут ждать от меня дальнейших действий еще до того, как ты сумеешь убедиться в беременности. Я обещал вернуться через неделю. Признаюсь, я понятия не имею, каким образом можно с достоинством выйти из такого положения.

Она положила голову ему на плечо:

— Я очень надеюсь, что не забеременела. — Она тихо рассмеялась. — Всю свою жизнь я больше всего хотела быть нормальной, как мои двоюродные братья и сестры, как Дэвид, который отлично вписывается в окружающий мир. Но есть во мне какая-то неуправляемость. Она заставляет меня пренебрегать общепринятыми правилами и условностями, стремиться к открытым пространствам и искать приключений, хотя я всем сердцем хочу быть такой же, как все остальные, быть среди них своей. Я хотела нормальной помолвки и нормальной свадьбы, а неуправляемая часть моего существа бросила меня в твои объятия. Она же заставила меня спровоцировать разрыв между нами.