От имени Земли - Майк Манс

– Ах ты мерзавец!.. – раздался голос Димы. Мари и Шан одновременно повернули головы. Волков стоял в дверях.

– Дима, не надо, прошу! – Мари поняла, к чему идёт дело. Парень проигнорировал её и спокойным шагом двинулся к Шану. – Не трогай его!

Чжоу упёрся спиной в столешницу и, казалось, хотел втиснуться в стену. Взгляд его был испуганным, хотя и полным праведного гнева.

– Не защищай его! – тихо, но сурово сказал Дима, встав вплотную к китайцу и глядя в его глаза. – Как можешь ты быть на его стороне после того, как он врал тебе, оболгал меня? После того, как он теперь за моей спиной пытается увести тебя? После того, как он чуть не убил меня? Да я практически уверен, что авария – его рук дело!

– Дима, это ты увёл её, а не я! И я ничего не делал, не смей клеветать на меня! – практически завизжал в ответ Шан.

Волков замахнулся правой рукой, и Чжоу зажмурился и попытался отвернуться, но Мари схватила Диму за руку.

– Нет! Не трогай, так нельзя! – она была напугана не меньше Шана. Казалось, что вот-вот произойдёт непоправимое – драка, а может даже убийство. Говорят, что девушкам нравится, когда мужчины готовы за них сражаться, но не до такой же степени.

Русский второй рукой схватил её за запястье и стал пытаться оторвать её руку от своей. Это было больно и неприятно.

– Дима, чёрт возьми, мне больно, – скривилась Мари. – Прекрати!

Волков вырывался ещё несколько секунд, но в итоге ослабил хватку. Нойманн его отпустила. На руке точно останется синяк. Блин, Дима, что с тобой?

Шан воспользовался ситуацией и выбежал из кухни.

– Дима, что ты творишь? Нам мало несчастных случаев? – она всерьёз огорчилась. Весь романтический флёр сдуло в одну секунду.

Тот, казалось, ощутил это, и гнев на его лице стал пропадать, уступая место отчаянью и боли.

– Прости, Мари… – пробормотал он.

Простить… так просто? Стоило подумать. Она простит, но не сразу, это точно. А может и вовсе не сможет.

– Дима, я пошла спать дальше. Не хочу ничего обсуждать. Всё.

Мари взяла чашку с кофе и пошла к себе в комнату. Дима пытался окликнуть её. Дежавю. Пусть подумает над своим поведением.

Как, как в одном человеке умещается столько доброты и простодушия, и в то же время столько гнева и агрессии? Нужно успокоиться, а потом трезво решить связать себя с ним, или так же трезво лишиться его, прогнав от себя за такое поведение.

Уже лежа в кровати, девушка поняла, что желание почитать пропало напрочь. Из-за сумбурных мыслей она постоянно отвлекалась, и организм стало вновь клонить в сон. Кофе не помогал. Так что Мари отставила чашку, зарылась в одеяло и уставилась в чёрно-рыжий иллюминатор, думая о мёртвой ночи Марса. Пока не заснула в четвёртый раз за сутки.

Глава 18. Мичико Комацу

Вчера был один из таких дней, которые хотелось бы забыть. Самое страшное в работе врача – чувствовать полную беспомощность, сообщать близким больного, что шансов нет, и всё отдано на волю божью. Вчера она была и медиком, и товарищем, и тщательно старалась разделять в своей голове Волкова-пациента и Диму-друга, чтобы не сойти с ума. Так что, когда Мари с Рашми притащили чудо-коктейль от Вол-Си Гоша, она сопротивлялась скорее по инерции. Как доктор Комацу, а не как Мичико. В тот самый момент в её голове снова склеились все образы, и она сдалась. Это был ужасный день, хоть и закончился он очень хорошо. Но любой ужас уходит на второй план, когда ты с ним переспишь. Утро заставляет тебя начать жизнь с чистого листа, любой вчерашний шок сегодня становится просто данностью. Поэтому, несмотря на всё пережитое, новый день начался спокойно. Потому что всё плохое осталось во вчерашнем дне, а сегодня сигнал тревоги никого не будил. Никто не получил травм, и не случилось аварий. Никто не лежал на больничной койке, и ничья жизнь не зависела от её действий. Утро началось хорошо.

Мичико спокойно проснулась от лучей восходящего солнца, отражающихся от другого модуля прямо в её иллюминатор. Потянулась и посмотрела в планшет. Рано, за час до будильника. А что это значит? Можно выделить время на зарядку и помыть волосы, пока все спят, а потом начать работу. Проверить ответы на вчерашние рапорты, назначить процедуры Диме и Мари, которые должны будут выявить состав крови. Очень интересно, проявятся ли какие-то чужеродные тела? Открыть наноботов, разобраться с ними – могло быть задачей, достойной целой жизни. Если бы удалось их зафиксировать и подробно изучить, Мичико совершила бы прорыв в медицине. Лечение рака и тысяч других болезней, исцеление от травм, омоложение организма, продление жизни – разве это не стоило усилий?

Девушка встала и отправилась вниз. В кают-компании никого не было, а на кухне Айзек готовил завтрак. Она улыбнулась ему, показавшись в открытой двери, и побежала через второй модуль в третий, где располагался их тренажёрный зал. Она мысленно называла его додзё, хотя там не оставалось места боевым искусствам, но вполне можно было бы заняться медитацией, если возникало такое желание. Однако сейчас Мичико предпочла сделать растяжку и выполнить простые упражнения на пресс. Организм требовал тонуса, чтобы ещё сильнее подчеркнуть тот факт, что утро началось хорошо. Пусть таким будет весь день. Пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!

Позанимавшись полчаса и основательно вспотев, она вернулась в четвёртый модуль. С кухни пахло какао и оладьями. Неужели Айк умеет печь оладьи? Вот это да! Мичико не удержалась и заглянула на кухню. Кинг действительно умудрился сделать тесто и сейчас жарил оладьи в специальных формах. Выглядело великолепно! Трудно было себе представить этого гиганта, заботливо готовящим завтрак, да ещё и на таком уровне.

– Айк, они чудесны! – искренне похвалила его Мичико и захлопала в ладоши. – Я бегом в душ и сразу сюда, пробовать твой шедевр!

Полковник покраснел и улыбнулся. Потом что-то мелькнуло в его взгляде, и он спросил:

– Мичико, когда ты проходила через второй, ты не видела там Шана? Его смена ещё не закончена, но он что-то притих. Обычно в это время дежурный прибегает перекусить и поболтать, а он не заходил.

– Нет, там было тихо. Я не поднималась в дежурку, – ответила девушка. – А вы разве не в ссоре? Почему ты о нём переживаешь?

– Мне кажется, что настало время забыть обиды, – потупил взгляд Айк, – вчера я был готов обвинить его в