От имени Земли - Майк Манс

class="p1">Для того, чтобы не испортить коридоры, находящиеся со стороны спуска ровера, Джесс придумала простой способ – привязать трос к роверу и тянуть его в сторону, пока он спускается. Достаточно было отодвинуть его на пару метров от края модуля. На десяти метрах это было большим отклонением, и тут, увы, сила тяжести помогала мало, поскольку и сцепление людей с поверхностью из-за пыли и низкого трения было минимальным. Поэтому они вбили специальный бур поглубже, в центре лагеря, и натягивали трос на него с помощью вращения барабана. Это была задача Мичико и Рашми. Мари управляла лебёдкой наверху, а Джесс руководила снизу. Процедура долгая, но зато простая и понятная.

Спустили ровер они чуть раньше, чем думали, часа за полтора. Хилл тут же связалась по общему каналу.

– Так, мы закончили. Ставим на ровер батарею, загружаем баллонами и готовы выдвигаться. Дима, Айк, каков ваш статус?

За всё это время парни уже раз пять докладывали, что идут по следам, но Шана так и не встретили. Маршрут его шёл на север, казалось, что китаец стремится домчать до границ долины. Если так – дело плохо, ведь до скал было около ста пятидесяти километров. У ровера не хватит батареи преодолеть такое расстояние. Айк надеялся, что где-то Чжоу остановится, поняв, что энергии мало, и поедет обратно.

– Джесс, всё так же. Видим холм, следы ведут прямо на него. Посмотрим, как доберёмся, что оттуда видно.

– Как далеко вы уже ушли? – спросила Рашми.

– Около восьми километров. Весёлая прогулка. Однако, дальше десяти мы не пойдём, иначе не хватит воздуха на обратный путь.

– Верно, ждите нас на холме, мы скоро приедем, – резюмировала Джессика.

Мичико вспомнила о своём обещании Крису. Её мужчина расстроится, если она не попытается уговорить Хилл. Поэтому она связалась с ней на личном канале.

– Джесс, я думаю, что теперь мы долго находимся в скафандрах. Особенно ты. Стоит отправить врача, это либо я, либо Ламбер. Думаю, что готова уступить Кристофу.

Секунду она слушала тишину, а Джессика просто смотрела на неё.

– Хорошо, но я тоже должна ехать, – ответила ей англичанка, хотя по её тону Мичико поняла, что она не очень-то рвётся сейчас в бой.

– Не лучше ли будет, если он поедет один? В таком случае, когда они найдут Шана, у них будет два ровера на четверых – быстрее вернутся, меньше будет проблем со здоровьем, – посоветовала Мичико.

Хилл снова задумалась, а потом просто кивнула ей.

– Крис, – передала Джесс на общем канале, – ехать должен ты. Мы укомплектуем ровер запасными баллонами и батареей, а ты пока выходи. Поедешь один, а как встретишь Шана – заберите Диму и Айка.

Как легко это звучало. «Как встретишь Шана». Так можно было бы сказать что-то вроде «Как позавтракаешь», или «Когда проснешься». Мичико нутром чувствовала, что это прозвучало правильно. Нейролингвистическое программирование. Теперь Крис будет нацелен вместе с Шаном привезти домой Айка и Диму, а не вместе с ними искать Чжоу. Хотелось улыбнуться Джесс, но та уже отвернулась и пошла к шлюзу за оборудованием.

– Хорошо, Джесс, выхожу. Кстати, обед готов, так что можете перекусить, как вернётесь, – ответил Кристоф.

Это он сказал на общем канале, а лично Мичико передал обещания тысячи поцелуев и миллиона объятий за то, что девушка убедила Джессику. Японка вздохнула. Какая ещё тысяча поцелуев? И один-то раз поцеловаться было непросто…

Было очень тяжело скрывать свою личную жизнь столько времени. Прятаться от друзей. Маскировать близость под позднюю работу в медчасти. Сколько повидали эти больничные койки! При мысли об этом Мичико улыбнулась, таща тяжёлый баллон с воздухом к роверу. Но потом снова вернула себе спокойное лицо, маску, под которой уже привыкла прятать чувства. Это не должно так продолжаться. Нужно найти решение, как-то легитимизировать их отношения. Хочется уже засыпать рядом со своим мужчиной и просыпаться с ним же. А то, что происходит сейчас, напоминало ей игры подростков, когда нужно утаить всё от родителей. Ах, Крис, Крис, когда же наконец можно будет покончить с конспирацией?

* * *

Ламбер вернулся часа три спустя, всего минут через десять после замученных Димы и Айка, которые, дождавшись его на холме, пошли в обратный путь, снабжённые запасным баллоном с воздухом. Сегодня было потрачено очень много кислорода, который нужно будет вытягивать из скудной атмосферы Марса неделями. Шана они не нашли. В тридцати километрах на север следы ровера повернули, а потом оказались запорошены небольшой песчаной бурей, прошедшей утром. Все попытки отыскать след, направление движения, оказались напрасными, и Крис принял решение ехать домой.

Состояние у всех было подавленное. Особенно опустошённо выглядел Дима. Когда он снял скафандр и прошёл проверку дозиметром, то в ярости выругался на русском, бросил потный подшлемник на пол и ушёл наверх.

– Сходи к нему, Мими, – сказал Крис, сняв шлем, – надо выяснить, что с ним ещё такое.

Ох, Крис. Ты сказал «Мими». Так можно говорить наедине, а здесь рядом стоит Айк. Однако, слава богу, полковник не обратил внимания, или просто сделал вид, что не обратил.

– Он очень зол на себя, не может простить свою вспыльчивость, – сказал американец, – когда мы шли и общались, Дима признал, что на эмоциях творит такое, отчего рискует потерять и друзей, и ещё кое-кого.

– Я всё равно схожу, – решила Мичико, – может, помогу ему успокоиться.

Айк кивнул, и японка поднялась вслед за Волковым. Тот сидел в дежурке и шарил в компьютере.

– Дима… – Мичико оперлась о дверной косяк и сложила руки на груди, – что ты делаешь?

Он обернулся, секунду смотрел на неё, а потом указал на монитор:

– Ищу, как запустить программу снимков с «Одиссея». Надо попробовать поискать следы или непосредственно ровер с орбиты. Никак не могу найти, надо, наверное, попросить Джессику.

– Дима, это классная идея, но мой вопрос не о том. Я спрашивала, почему ты так загоняешься.

Парень вскочил, отвернулся, повернулся, вспыхнул, открыл рот, чтобы что-то сказать, но потом потух и со вздохом сел обратно в кресло.

– А как мне не загоняться, скажи, пожалуйста? – пробубнил Волков полминуты спустя. – Я всё порчу. Нет, ты ведь прекрасно знаешь, что Шан виноват в определённых вещах, но мне мало было победить его, я хотел отомстить, растоптать. Несознательно, без злого умысла. Чисто эмоционально, обижаясь даже не за себя, а за… И вот он сбежал. Ушёл на верную смерть из-за моих слов. Я загоняюсь, да. Потому что я идиот. Постоянно совершаю импульсивную дурь. Сейчас я бы сам себя не пустил в миссию на Марс.

Что сказать ему на