Циклы 'Антимир-Восточный конвой-отдельные романы.Компиляция.Книги 15. Романы-16 - Владимир Дмитриевич Михайлов

выглядит должным образом: войска, действуя без согласия командования, предприняли ошибочные шаги и помешали Секретной Службе в проведении важной операции. Убедительно?

– Похоже, да. Вы меня успокоили.

– Так что вернемся к делу. Скажите, разве этот остров не принадлежит виндорам?

– Принадлежал ранее. Но на днях улкасы купили его. Не знаю уж, в результате какой сделки, но виндоры продали остров, самый близкий к Горной стране. Так что…

– Ну, а местное население?

– Его здесь, собственно говоря, нет. Виндоры пользуются островом для кратких стоянок, не более. Ну, с ними-то, думаю, договориться о взаимном уважении будет легче всего: они ведь народ не воинственный.

– Да, это так. Ну, а…

Прерывистый свист, не птичий, но явно техноген-ного характера, не позволил веркому закончить. Пилот высунулся из кабины:

– Связь, господин верком!..

– Извините… Одну минуту.

Слегка покряхтывая, верком залез в агралет.

– Гумо… Да? Хорошо. Включаю запись. Он покосился на Адро:

– Важное сообщение. Необходима расшифровка.

– Да, конечно, – и коммерсант отошел на несколько шагов. Верком Гумо ввел пластинку с шифром в аппарат. Прочитал возникший на дисплее текст.

Нахмурился.

– Ну, вот видите, как оно бывает. Я уж подумал было, что удастся переговорить, вы знаете, с кем; но он медлит, а мне придется прервать поездку, там без меня не могут разобраться с небольшими сложностями. Надо возвращаться.

Сейчас я им отвечу. Несколько серьезных мер – и никаких проблем более не останется. А вы, прошу вас, свяжитесь с усхани, объясните и договоритесь на другое время. Через день-два, мы потом уточним.

И он склонился над клавиатурой.

"Документ ограниченной годности. Действующая армия, Восьмой ромб, инспектору ОСС триг-воину Раго. Приказываю: немедленно ликвидировать всех задержанных по делу о проникновении в интересующий нас объект. Выполните лично.

Позаботьтесь о соответствующем антураже. Об исполнении доложите с наступлением утра. Благосклонно – верком Гумо, директор ОСС".

Триг-воин Раго прочитал только что отстуканное аппаратом сообщение.

Бросил листок на стол и покачал головой.

Доложить с наступлением утра. Не желает, значит, хренова задница, чтобы нарушали его сон. А тут, вместо того чтобы расслабиться и отдохнуть, придется идти в темноту, искать соответствующее местечко, рыть яму, потом вести туда этих – по одному, поскольку в таких случаях никого не привлекают даже из своих.

Да потом еще закапывать… Тут и до утра не управишься. А ведь организм прямо-таки требует хорошего отдыха. Ведь на нервах все время, на голых нервах!..

Хотя бы поужинать-то можно? Это даже и заключенным полагается!

Подкрепить силы, работа-то предстоит грязная и тяжелая.

Тем более, что ужин уже принесли.

Ну, а к ужину, как говорится, положено…

А может, не надо?

Ну да! А нервы? Нет, не то что надо – прямо необходимо! Триг-воин Раго достал из секретного уголка початую бутылочку. Ласково оглядел ее, даже погладил. На два пальца, не больше. Ну, на три. Ах, Арук побери! Перелил.

Наполнилось почти до самого края. Ну, что поделать: не лить же обратно?

Горлышко узкое… Значит, судьба такая – налить полный.

Ну – будем здоровы, и вам того же желаем'.

Ах! Хорошо…

И действительно, об арестованных вскоре вспомнили: за дверью послышались шаги, и лязгнул ключ в замке. Дверца, скрипнув, отворилась. Триг-воин ОСС стоял на пороге – тот самый, давешний.

– Рядовой Онго Ру!

– Я, – откликнулся Онго. Встал с нар, одернул куртку.

– На выход. Без вещей.

Онго послушно направился к двери.

– Эй, а насчет меня ничего нет? – окликнул Керо.

– Будет скоро. И тебя вызову. Потерпи немного.

– Вернусь – расскажу, – успел пообещать Онго прежде, чем дверь затворилась за его спиной. Услыхав это, триг-воин лишь усмехнулся.

– Расскажешь, расскажешь. А пока – шагом марш. Вон к тем деревьям.

Триг-воин Раго заранее расстегнул кобуру. Чтобы на месте не терять времени.

Онго шагал, прикидывая: обернуться и напасть сейчас? Или добраться до деревьев – там в случае стрельбы легче будет укрыться? Главное – сбежать. Найти своих. И, если понадобится, хоть штурмом брать эту летающую тюрьму, выручать разведчиков…

– Стоять! – услышал он сзади. И послушно остановился. Напрягся…

Но, похоже, команда в первую очередь относилась не к нему. Скорее к конвоиру. Онго прислушался к разговору, что возник за его спиной; оглядываться он по-прежнему еще не рисковал.

– …Не имеете права останавливать! Я – офицер ОСС, веду задержанного, действую согласно приказанию!

В ответ – новый голос. Уверенно-пренебрежительный:

– Как стоишь, сопляк, перед куб-воином? Как докладываешь?

Ррраспустились, крррысоловы! Сми-рррно! Отвечай: кого ведешь?

Триг-воин – уже совсем другим тоном:

– Виноват, куб-воин! Веду секретного арестованного…

– Имя его, дуррак!

– Рядовой Онго.

– Атт-ставить! Арестованного забираю, согласно имеющемуся распоряжению.

Штэ?

– Господин куб-воин…

– Не болтать! Слушай команду: крру-гом! Доложить в расположении, что задержанный перешел в ведение Про-Института при Вершителе! Бего-ом – марш!

Капитан, видимо, отреагировал не мгновенно, потому что тут же последовала новая команда:

– Ребята, ну-ка, помогите бедняге, он совсем растерялся!

Глухой звук удара. Падение. Стон. И убегающие шаги. Только теперь Онго обернулся. Позади него действительно оказался офицер. И за ним – несколько человек в штатском, в спортивных костюмах. Но все с оружием. Не с одними только автоматами…

– Онго и все – за мной. У нас мало времени.

– Но я не один, куб-воин…

– Все уже сделано. Вперед!

Уже через несколько минут все они остановились рядом с агралетом, которого раньше тут не было. Прямо перед раскрытым люком.

– Ну, залезайте, садитесь!

– Куда полетим? – спросил Онго, когда его разведчики первыми погрузились в машину.

– Я не полечу, – последовал ответ. – Здесь дела полно. Это вас четверых ждут – даже машину дали из спецэскадрильи.

– Далеко?

– Привезут – увидите. Да не мешкайте – залезайте, устраивайтесь, как вон они, все места – ваши.

Залез. Места выбирать не стал – устроился на шедшей вдоль борта скамейке, напротив разведчиков, поближе к пилотской кабине. Но тут же, не выдержав, растворил дверцу, просунул голову: как-никак, он ведь тоже был аграпилотом. Хорошо было бы полететь рядом с командиром машины…

Однако его тут же вежливо, но настойчиво выставили, не сказав ни слова.

Кто-то, похоже, второй пилот, каким и сам Онго, наверное, мог бы сейчас быть, если бы Воздушные войска признавали за обертышами все права, выглянул, убедился, что пассажиры сидят на местах, вышел, закрыл люк, все еще ни слова при этом не проронив, вернулся в кабину; едва слышно загудело под полом, и подступившая тяжесть показала, что антиграв заработал на полную мощность, машина оторвалась от грунта и стремительно набирает высоту.

– За что это нам такая честь, как думаешь? – спросил молодой Керо. – Может, сразу награждать будут? Привезут во Дворец Совещаний…

– В баню тебя