День Победы. Гексалогия (СИ) - Андрей Завадский

Мерцающие точки, каждая из которых обозначала чей-то корабль, вопреки шторму, пусть и растерявшему часть своей разрушительной силы, вышедший в открытое море. Отметки были собраны в три компактные группы. Ближайшие из них находились всего в сотне километров от Ту-142М3, у самого устья Татарского пролива. Едва вернувшиеся в строй эскадренные миноносцы, главная ударная сила русского Тихоокеанского флота, сопровождаемые малым противолодочным кораблем, шли курсом норд-ост, в центральную часть Охотского моря, откуда могли нанести удар в любом направлении. Еще одна группа целей, которые бортовая система госопознования отметила, как «свои», находилась севернее, на траверзе Охотска. Десантные корабли со своим немногочисленным эскортом покинули базу во Владивостоке раньше эсминцев. Теперь, переждав гнев изрядно подуставшей уже «Эллис» у Шантарских островов, они спешили на восток, к берегам еще остававшейся под пятой врага Камчатки. Но шансы на то, что ждавшие своего часа в их трюмах морские пехотинцы ступят вновь на берег, с каждым часом уменьшались.

Две отметки западнее оконечности полуострова, разделенные примерно шестьюдесятью километрами, не могли быть ничем иным, как несущими дозор эсминцами Морских сил самообороны Японии. И сейчас оба они перемещались на юг, так что через полторы сотни морских миль их курс неизбежно пересекался с курсом десантного соединения. А двумя десятками миль восточнее Курильских островов группировалось еще четыре или пять кораблей — японская авианосная группа во главе с «Исэ», уже показавшим себя в ночной атаке на Петропавловск-Камчатский. Эскадра барражировала вдоль гряды, точно стая хищников в поисках добычи. Но это не продлилось долго.

Патрульный самолет Кавасаки Р-1, набрав высоту семь тысяч метров, летел на северо-запад над грозовым фронтом. Японские пилоты ничего не опасались, хотя и были одиноки в штормовом небе — русская авиация давно не появлялась вдали от своих берегов, сосредоточившись только на обороне немногочисленных баз.

Кружащий высоко над облаками патрульный самолет казался невероятным цельнометаллическим коршуном, высматривающим ничего не подозревающую добычу. Под его крыльями клубились тучи, в гуще которых еще время от времени полыхали молнии. Основным средством поиска Р-1 являлась РЛС «Тошиба», активные фазированные антенные решетки которой были расположены на обшивке фюзеляжа. Генерируемый ими луч непрерывно обшаривал водную поверхность в поисках целей, и вскоре ожидание оператора, заскучавшего, было, перед своим монитором, оказалось щедро вознаграждено.

— Группа кораблей в квадрате «тридцать», — сообщил оператор, сгоняя с себя сон. — Девяносто шесть миль.

— Отлично, — командир экипажа удовлетворенно кивнул. — Меняем курс на два-пять-пять! Сблизимся для визуального опознания!

Патрульный самолет, единственным оружием которого были торпеды «Тип-97», мало полезные против надводных целей, развернулся, приближаясь к обнаруженной эскадре. Воздушное пространство, по меньше мере, на полсотни километров окрест оставалось пустым, и экипаж Р-1 мог полностью сосредоточиться на том, что творилось на водной поверхности. Бортовые низкоуровневые телекамеры, работающие при минимальном естественном освещении, и инфракрасные сенсоры позволяли вести наблюдение с расстояния в несколько километров, но для этого пришлось снизиться, проскользнув под облака. На широкоформатном мониторе появились, сменяя друг друга, силуэты кораблей, идущих плотным строем на восток. Чуть размытые из-за висевших в воздухе водных брызг, они, тем не менее, оставались вполне узнаваемыми для наметанного глаза пилотов морской авиации.

— Три десантных корабля класса «Ропуха» и один класса «Аллигатор», — опознал их оператор поисковых систем. — Вижу два противолодочных корвета «Гриша-5» и эсминец класса «Удалой». Движутся двумя колоннами на зюйд-ост.

— Передать координаты русской эскадры на «Исэ», — приказал командир экипажа и кровожадно усмехнулся: — Думаю, там будут очень рады!

Радиограмма с борта патрульного самолета была принята японским авианосцем, находившимся на траверзе острова Парамушир, спустя четыре минуты. Еще около четверти часа потребовалось для сбора штабных офицеров. Входя в помещение боевого информационного центра, наиболее защищенный отсек «Исэ», откуда осуществлялось управление не только самим кораблем, но и всем соединением, сейчас двигавшимся на юг экономическим ходом, моряки с удивлением видели спину отвернувшегося и уставившегося в угол командующего эскадрой. Стараясь меньше шуметь, офицеры рассаживались за длинным столом, над которым нависала огромная плазменная панель, заменившая старые бумажные карты и планшеты, на которую матросы вручную наносили отметки своих и чужих кораблей, самолетов или подлодок.

Адмирал Курита, обернувшись к молча смотревшим на него подчиненным, смерил их пристальным взглядом, наконец, заговорив. В его каркающем голосе, в каждом слове слышались отзвуки стали. Некоторые офицеры невольно задерживали дыхание, словно опасаясь помешать речи командующего.

— Русские наконец-то начали действовать, — произнес Курита, довольно улыбаясь. — Патрульная авиация обнаружила их десантные корабли в открытом море. Конвой движется к берегам Камчатки. Гайдзины оказались в безвыходном положении. Их командующие понимают, что от победы наши доблестные войска отделяет ровно столько времени, сколько потребуется танкам генерала Тодзио, чтобы преодолеть расстояние от нынешней линии фронта до окраин Петропавловска. Русские решили пойти ва-банк, послав в море все, что может держаться на плаву. И тем они невероятно облегчили нашу задачу. Вместо того чтобы атаковать хорошо защищенные базы, мы перехватим флот русских в открытом море и пустим его на дно во славу Микадо!

— Господин адмирал, десантные корабли наверняка имеют сильное сопровождение, — заметил капитан авианосца.

Курита презрительно фыркнул:

— В непосредственном охранении конвоя — несколько корветов и эсминец «Удалой». Все они имеют только зенитные ракеты ближнего действия и никакого ударного вооружения. Мы могли бы безо всякой опасности расстрелять их из своих орудий, но, конечно, не станем так слепо следовать традициям самураев, предпочитавших видеть своего врага невооруженным глазом. Кроме того, подводная лодка «Арасио», дежурившая у берегов Карафуто, передала сигнал бедствия, сообщив, что атакована русскими эсминцами типа «Современный». После этого связаться с ней уже не удалось. Скорее всего, наши славные моряки погибли в неравном бою, но их смерть не была напрасной. Корабли такого класса несут сверхзвуковые крылатые ракеты и представляют определенную опасность, но мы атакуем десантное соединение раньше, чем подоспеет его прикрытие, а затем, да будет на то воля Аматэрасу, займемся и эсминцами. Охотское море станет могилой для остатков русского флота! Я немедленно отдам приказ менять курс. Эскадра двинется на запад полным ходом. Экономить топливо нет нужды — после того, как противник будет уничтожен, мы бросим якорь у берегов Камчатки и дождемся танкеров. Также приказываю привести в боевую готовность все средства ПВО эскадры, а кораблям эскорта — поднять в воздух вертолеты. У русских еще остается авиация, и их подводные лодки по-прежнему представляют опасность.