Нежнее неба. Собрание стихотворений - Николай Минаев

Лирическая повесть ни о чем («Как мне назвать поэму эту…»)

Начало поэмы

Как мне назвать поэму эту?С чего и чем ее начать?И способом каким поэтуСкорей пробраться с ней в печать?Такие сложные вопросыПоставил я перед собой,Пуская сизо-голубойДымок душистой папиросыИ попивая шоколадС миндальным кексом и халвою…А там, над крышами палатИ хижин, словом, над Москвою,Пронзив насквозь зенит лучом,Сияла ярко Вега в Лире;Я назову поэму «Лирическая повесть ни о чем».

Итак заглавие готово!..Пускайся в путь, поэт, смелейСреди разлива золотогоСвоих лирических полей.Четерехстопный ямб – дорога,Где меж бурьяна и быльяРитмическая колеяЛежит торжественно и строго.Где колыхаясь и дрожа,Друг с другом стиснутые плотно,Встают как дымка миражаТворческих образов полотна.И в отдаленьи, наконец,Для слуха сладкая уловка,Звенит уверенно и ловкоОпорной рифмы бубенец.

«Все также как во время оно…»

Все так же как во время оно,Владычествуя над душой,Сияли пояс ОрионаИ ковш Медведицы Большой.

И так же привлекая взгляды,Томили мысль как испоконВеков – Возничий и Дракон,Кассиопея и Плеяды.

И зыбля в зеркале прудаЛучи как перья опахала,Всю ночь Полярная звездаНетленной вехой полыхала.

И помогая мне уйтиМечтой с Земли зеленоватой,Светилось небо звездной ватойВ пределах Млечного Пути.

«Обозначилась дыра…»

Обозначилась дыра:Всем узнать пришла пора,Что ни грамма в нем ума нет,

Но по-прежнему с утра,И сегодня как вчера,Барабанов барабанит.

Врет он, так сказать, на ять,Зная, что не устоятьПеред ним гурту баранов;

И терзая слух опять —Раз, два, три, четыре, пять! —Барабанит Барабанов.

«Как хлеб пшеничный рыхл и бел он…»

Как хлеб пшеничный рыхл и бел он,Но вид такой у молодцаКак будто бы он недоделанРодителями до конца.

За обмусоленный окурокГотов залезть с ушами в грязьСей недотепа и придурок,Хоть Оболенский, да не князь.

«Пересыльная слабосилка…»

Пересыльная слабосилкаМатюгается и бузит,Здесь средь прочих болван Кириллка,Шут тюремный и паразит.

И отправится он не в НиццуВстретить новой весны расцвет,А транзитом через больницуНепосредственно на тот свет.

Семейный пейзаж («Ах в своем уме ли я?!…»)

Ах, в своем уме ли я?!.Что за аномалия?!.Здесь вся их фамилияВместе собралась:Старшая Камелия,Средняя Амалия,Младшая Эмилия,Сестры Дыролаз.

В фазе догорания,Павы горделивее,На лице претензияМесто заниматьВ фокусе Урания —Августа – Оливия —Юлия – ГортензияГуговна – их мать.

Дальше без усилия,Там, где декорация,Вижу в лучшем виде яСтарых трех хрычей: —Дядюшку Вергилия,Дяденьку ГорацияИ отца Овидия —Никанорычей.

«Я констатирую уверенно…»

Я констатирую уверенноФакт, что похож Мартынов здоровоФизиономией на мерина,А поведением на борова.

«Издалека как будто баба…»

Издалека как-будто баба,А подойдешь и если с тылаПосмотришь так она кобыла,А если спереди так жаба.

«Как листок мятущийся от шквала…»

Как листок мятущийся от шквала,В дни тоски, тревоги и невзгод,И без той, что сердце согревала,Я опять встречаю Новый год.

Что мне пожелания и ужин,Если средь живых я неживой,Если мне на этом свете нуженЛишь покой под крышкой гробовой?

«Дочь мегеры, ведьмы внучка…»

Дочь мегеры, ведьмы внучка,Извнутри навоза кучка,Где гнилье, дерьмо и хлам,А снаружи эта штучка —Австралийская вонючкаС русской жабой пополам.

Тамаре Лапшиной («Не пререкайся с папой…»)

В альбом

Не пререкайся с папой          Ни летом, ни зимой,Не будь ни в чем растяпой,Учись, стирай и стряпай          И пол коль нужно мой.

Ешь больше чернослива          И каши из пшена,И будешь ты счастлива,          Тамара Лапшина.

Н. П. Кугушевой-Сивачевой («Вместо всякой вкусной жвачки…»)

Вместо всякой вкусной жвачки,В край далекий из Москвы,Папирос плохих две пачкиПосылаю я, увы!

Дар мой скуден и неярок,Но при нем напомню вновь:Хоть не дорог мой подарок, —Дорога моя любовь!

М. Д. Рындзюнской («В знак моего к Вам уваженья…»)