Золотой Ключ, или Похождения Буратины. Том I. Путь Базилио - Михаил Харитонов

Наконец, плот ударился о твёрдое. Крыса прыгнула, дала Алисе лапу, и выдернула её вверх. Потом сняла с неё повязку.

Они стояли в узком проходе с низкими сводами, пропадающими во мраке. Свет падал сверху, из прямоугольного люка где-то очень высоко над головой. Туда вели железные скобы, скользкие от влаги.

- Лезь, - распорядилась крыса. - Там комната. В ней будет один бамбук. Когда всё сделаешь, укусишь его пару раз, чтоб наверняка, - лиса заметила, как дрогнул голос Шушары на слове "укусишь".

- А если он меня выгонит или кого-нибудь позовёт? - спросила Алиса, пытаясь не показать, как она на это надеется.

- Нет, - Шушара приоткрыла пасть, резцы неприятно блеснули. - Выйти из комнаты некуда, дверь заперта. В окно ори, не ори, никто не услышит. Бамбук - дурак, ему бы только присунуть. Он тебя сначала трахнет, потом будет вопросы задавать. Наврёшь что-нибудь. Или не наврёшь, без разницы. Трахни его. Вернёшься - проверю. Если ничего не было, я тебя накажу, - голос серой твари сладострастно задрожал. - Очень хорошо накажу.

Карабкаясь по скользким скобам, лиса думала о том, сможет ли она сделать то, что от неё требуют. Дикая хочка, мучившая её все эти дни, сейчас почему-то отступила, оставив по себе только тупую тянущую боль внизу живота. Зато сознание того, что вот прямо сейчас она должна отдаться какому-то дошираку, её угнетало. Но выхода не было: сверху была запертая комната, внизу - крыса. Оставалось лезть наверх.

Наконец, голова лисы поднялась из люка. Она осторожно оглянулась, ожидая окрика, а то и удара. Но ничего не случилось. Тогда она вылезла до пояса и попыталась осмотреться.

В комнате было темно. Немного света давала анимированная голограмма: огонь в очаге, над которым был подвешен котелок. Пламя мелькало, по комнате бегали огромные мохнатые тени.

А на полу перед голограммой валялось неподвижное тело.

Испуганная лиса вылезла, подошла, склонилась - ей показалось, что обитатель комнатки мёртв. Но сладкое посапывание и нежный, пробивающийся аромат перегара указывали: он был всего лишь пьян. Однако пьян он был солидно, что называется, в дрова - дошираки вообще плохо переносят алкоголь, а этот, судя по всему, изрядно приложился к бутылочке. Которая, кстати, была при нём: даже в бессознательном состоянии бамбук не выпустил из рук своё сокровище. От посудинки несло спиртягой.

Алиса задумалась. Она должна была сделать то, чего от неё требовали. Но совокупляться с бревном было невозможно. Возвращаться или звать крысу очень не хотелось: та вполне могла сорвать злость на лисе. К тому же низ живота снова напомнил о себе: измученная долгим воздержанием вагина требовала уже неважно чего - ну хоть чего-нибудь.

Лиса осмотрела бамбука - как ген-мастер смотрит обычную заготовку. Это и была обычная заготовка из вольера - плоское зеленоватое лицо, узкие глазки, большой рот. Выделялся только нос: он был нестандартно длинным и напоминал пику. Алиса потрогала кончик - зелёный, гибкий: похоже, отрос недавно. Вспомнился рог цилиня. Матка отреагировала на воспоминание так, что Алиса едва удержалась на ногах. Терзающего Алису внутреннего зверя нужно было накормить - и немедленно.

Она осторожно развернула бесчувственное тело поудобнее и осторожно села бамбуку на лицо, уткнувшись мордочкой в пах. Там не было ничего необычного - еле заметные выпуклости маленьких яичек и довольно крупный член, напоминающий ивовую ветку. Лиса осторожно его потрогала: он был очень твёрдый, но, увы, вялый. Алиса понимала, что поднять его можно, если потрудиться - в конце концов, она была лисой и знала такие вещи на генетическом уровне. Но своё законное ей необходимо было получить прямо сейчас.

Тело, принимая бамбуковую пику, сначала отозвалось резкой болью - дни воздержания подействовали не лучшим образом. Потом стало хорошо, даже очень. Лиса принялась сжимать бёдра, и очень скоро кончила, потом ещё и ещё. Лицо бамбука было залито лисьей смазкой, деревянная башка постукивала об пол в такт движениям, но он так и не проснулся - только чихнул пару раз, не прерывая пьяной дрёмы.

На другом участке работ дела тоже шли неплохо: лисий язык мог раздраконить и мёртвого, а бамбук был всего лишь нажравшийся до дефолта. Тем не менее, мужские рефлексы у него не атрофировались: довольно скоро веточка начала подавать признаки жизни.

Алиса уже собиралась было сменить позицию и оседлать бамбука, что называется, по-взрослому, когда откуда-то со стороны двери послышались шаги и голоса. Кто-то шёл сюда - и он был явно не один.

Испуганная лиса попыталась вскочить. Увы, вагину от страха свело внезапным спазмом, и деревяшку буквально заклинило. Алиса рванула задом - внизу ударило болью, но расцепиться с проклятым бамбуком она не смогла.

Шаги и голоса тем временем приближались.

- По р-рюмочке, по м-маненькой, нн-лей-нн-лей-нн-лей, - у певца заплетался язык, точнее - клюв: судя по голосу, это был кто-то с птичьей основой.

- По рюмочке, по маленькой, чем поят лошадей! - этот гнусавый голос был явно конячий, что подкрепило убедительное ржанье. Лиса его узнала - то был лаборант Скарятин из бывшей лаборатории Коллоди.

Алиса сосредоточенно вдохнула, выдохнула, сильно, до боли, сжала интимные мышцы, расслабила, снова сжала, пытаясь сняться с крючка, на который сама себя насадила.

- Совсем молодёжь пить разучилась, - пробасил кто-то третий, очень похожий на самого Коллоди. - Подождите, ребята, у меня где-то ключ...

- Йы... ю... яюшки... - забормотал бамбук, просыпаясь и вяло шевелясь. - Чип... ты чё ли... жопой сел... ща урою, деф позорный...

Лиса отчаянно дёрнулась - и почувствовала, что деревяшка хрустит. Ещё одно усилие - и она отломилась.

Враскорячку, с острой палкой внутри, лиса метнулась к люку. Бамбук за спиной мычал и пытался ругаться. Потом послышался звон и бульканье - похоже, деревяшкин нащупал заветную посудинку и приложился.

- Скобейда дефная, - досадовал голос за дверью, - ну где же он... а, вот...

В двери заскрежетало. Алиса нырнула в люк.

Глава 28, в которой наш отважный пилигрим достигает, наконец, цели своих стремлений, но обременяется новыми заботами

17 ноября 312 года о.Х. В конечном итоге - всё-таки утро.

Страна Дураков, Зона, северо-восточный сектор

ИНФОРМАЦИЯ К РАЗМЫШЛЕНИЮ

БОБРУЙСК. Мифический домен, символ социальной справедливости. По представлениям верующих - область где-то на северо-западе Евразии, в которой сохранилась высокая дохомокостная культура, и даже электорат обладает правами на жизнь, свободу и стремление к счастью. Миф о Бобруйске распространён среди электората с IIQ>70, но находящемся в подчинении у авторитетов и регулярно дудолимых ими. См. также Китеж, Куршавель, Тбилиси.