Фантастика 2025-69 - Вадим Бурденя

на слове ужас Селена начала буравить взглядом Стига, но Император очень быстро отвлек её от этого занятия:

— И не нужно так смотреть на господина Стига, его ауру мы обсуждали, даже я сейчас испытываю страх перед ним, и его действительно боялись, кто-то больше, кто-то меньше. Но непревзойдённый, незамутнённый ужас вызывало только имя Дрейк Селены Александровны.

Селене почему-то сразу же пришла на ум сцена из кабинета Министра образования, когда она, уже узнав о премиях для учителей и о грядущих изменениях, решила отблагодарить того и извиниться за случай в исполкоме, поэтому взяла за руку Джерри и попросила отвезти её в министерство, при этом наказав Стигу оставаться в школе за главного и ни в коем случае не выходить за границы школьного двора. Министр с большой опаской слушал её слова благодарности, принимал подарки, а когда она, проявив участие, просто поинтересовалась здоровьем его семьи, упал на колени со словами: — Прошу вас, только не семья.

Видя как омрачилось лицо Селены, Император решил немного подсластить пилюлю:

— Вы могли бы достичь хороших результатов и другими методами, у вас действительно были хорошие задумки, например, отправить господина Ингвара и госпожу Оно-э учиться. Они показали себя с хорошей стороны, провели тонкую воспитательную работу…

— Кто??? Ингвар и Оно-э?!? Да он только и делал, что ломал там всем кости и запугивал, вместе с Оно-э…

— Он вращался в их среде и разговаривал на их языке, они и до этого жили в мире постоянного насилия, ничего нового он им не показал, но заслужил признание и уважение. Да, многие не признавались, но судя по данным исследования, ему начали подражать, в том числе и в учёбе, где у него были отличные отметки…

Ингвар после таких слов даже выпятил грудь колесом, что тут же повторила и Оно-э. Это действие в исполнение Оно-э привлекло заинтересованные взгляды мужской части других команд, и немного завистливые — женской.

— Так же замечательно сработал и господин Джерри. — продолжал Император. — Это вообще самое глубокое понимание среды и условий, в которых вы оказались. Джерри Дмитриевича искренне вспоминают добрыми словами, он заслужил любовь и уважение, потому что не использовал силу, насилие и страх.

На слове «любовь» Селена непроизвольно подозрительно глянула на Джерри, но быстро отвела взгляд. На словах «силу, насилие и страх» смотрел на Джерри уже Стиг, нет, не насмешливо, равнодушно. Джерри грудь не выпячивал, а скромно смотрел в пол, врать он никогда не умел, по его лицу всё очень легко читалось.

— Подводя итог, можно сказать, что да, ты и твоя команда добились больше других, но все эти достижения опираются на силу и страх, и всё то, чего вы достигли, очень быстро развалиться, когда люди окончательно убедятся и поверят, что вы никогда не вернётесь и им больше ничего не угрожает, наша же задача создать устойчивую самоподдерживающуюся и саморазвивающуюся систему. Система, построенная на культе личности и страхе перед этой личностью, распадается сразу после исчезновения этой личности, и этот распад может нанести огромный ущерб, сравнимый с какой-нибудь мировой войной, хорошо, что вы там не устраивали войн. — попытался пошутить Император.

Шутка не удалась, Селена закрыла глаза и сжала кулаки, Стиг заинтересовался проплывающими за окном облаками.

— Думаю, вы поняли мою мысль и причину выставления именно таких баллов. Если вопросов нет, то отдохните несколько дней, и потом соберемся снова, для старта второго испытания.

Команды двинулись на выход.

— Селена…

— Не сегодня, пап, хочу побыть одной, я загляну к тебе завтра.

По традиции Селена направилась в Центральный императорский парк, проанализировать всё услышанное и всё сделанное, понять, где она допустила ошибку, только побыть одной ей не дали:

— Разрешите представиться, Каас, Джеймс Каас.

К ней подошёл какой-то мужчина, который даже на подходе уже вызвал чувство отвращения, а вблизи, на удивление, его захотелось уничтожить.

— Извините, у меня нет желания с вами разговаривать, попрошу вас не беспокоить меня.

— Да, да, конечно, прошу меня простить, уже ухожу, но я просто обязан вас предупредить, что один из членов вашей команды ужасное существо. У нас, в мирах Созвездия, он известен под именами Враг, Безумный Бог, Ингвар Проклятый.

Внешне Селена не отреагировала, но при имени Ингвар сильно напряглась.

— Вот здесь я положу все материалы, что у нас есть, изучите их, вы поймете, кто он на самом деле.

Отвратительно существо ушло, да, существо, потому что это был айон, слабее её, но ненамного, а она смотрела на оставленную им толстую папку, сверху которой лежал так называемый кристалл памяти. Хотелось всё это смахнуть в урну.

Сегодня она не присоединилась к команде, ночевала в своих личных покоях в Императорской резиденции, а утром сразу же встретилась с отцом:

— Папа, какая информация у нас есть по Войне Истребления, произошедшей в Созвездии около двадцати тысяч лет назад?

Вадим Бурденя

Империя людей. книга 2

Глава 1

- Привет… – посмотрел Джерри на Селену, которая пропала на два дня сразу после встречи с Императором, а сейчас появилась и, не здороваясь, с порога заявила, что через час они должны присутствовать на объявлении следующего испытания.

Тихо и странно вёл себя Ингвар. Он не полез обниматься с Селеной, практически не отреагировал на её появления, только если ещё больше ссутулился и отвернулся к окну. Оно-э, бросившаяся с распростёртыми объятиями к Селене, застыла на половине пути и теперь озадаченно смотрела то на неё, то на Ингвара, то на Джерри, даже перестала улыбаться. Безучастным к происходящему оставался лишь Стиг:

- Раз должны, значит будем. Через сколько выезжаем? – равнодушно спросил он.

Селену одолевали противоречивые чувства, она не знала как себя вести. Папку и кристалл, переданные ей Джеймсом Каасом она уничтожила, но не сразу, предварительно бегло просмотрев, а потом внимательно изучив. Масштабы разрушений и жертв ужасали, да и в существе, запечатлённом в кристалле памяти, очень хорошо угадывался Ингвар, которого она встретила на той неизвестной планете, при этом записанное в таком кристалле было очень трудно изменить или подделать, обычно при попытках манипуляций кристаллы памяти разрушались. Но был ли это точно Ингвар, либо кто-то похожий на него, гарантированно утверждать было нельзя, так же как нельзя было быть уверенным в том, что кто-то не смог научиться тонко работать с кристаллами памяти. Тем не менее получить больше информации захотелось, поэтому и провела она эти два дня в резиденции отца, изучая материалы, которые предоставил ей