Чёрно-белая палитра - Ольга Куно

— Про этику я всё хорошо знаю, можешь мне поверить, — отозвался Алджи, начисто проигнорировав упоминание о возможных взысканиях.

Таким тоном отозвался, словно говорил о наболевшем. И мне припомнилось, с каким остервенением он выдохнул тогда 'Сними эту чёртову форму'. Только я хорошо понимала, что правила, установленные в участке, навряд ли значили для Алджернона так уж много. Взять хотя бы всё ту же выброшенную в мусорную корзину жалобу. Скорее речь шла о его собственных моральных принципах.

— Прости, но сейчас я больше не настроен говорить о делах, — заявил Алджи. И после поцелуя в губы добавил: — Твоя поза не слишком к этому располагает.

Поза поменялась почти сразу: Алджи опрокинул меня на кровать.

Возражать причин не было: у меня тоже как‑то резко пропал настрой говорить о делах. Выяснилось, что лиловое платье обладало ещё одним несомненным достоинством: они чрезвычайно легко снималось. Сползало с тела, чрезвычайно чувствительное к малейшим требованиям мужских рук. Раздеть Алджи было куда как сложнее, но мы быстро справились с этим в четыре руки.

Как я успела соскучиться по его телу за эти сутки! Робких ласк в качестве прелюдии не было, мы начали сразу с самых что ни на есть нескромных. Постель, которую я после сна тщательно застелила (дома за мной такого не водится, но тут я, как‑никак, в гостях), быстро смялась и съехала в сторону. Во время очередной перемены позы, коих было немало, я задела ногой столик, оказавшийся слишком близко к кровати. Блюдце с горкой косточек (всё, что осталось от оставленной мне вишни) упало на ковёр. Разбилось или нет, я не знала; было как‑то не до того, чтобы проверять. Алджи, к счастью, заострять внимание на этом происшествии не стал: значит, ему тоже происходящее было существенно важнее, чем судьба посуды.

Я тяжело дышала, закусив губу, крепко вцепившись Алджи в плечи, двигаясь страстно и ритмично, уже почти на грани блаженства, когда он, прижав меня к кровати, вдруг склонился к самому уху и прошептал:

— Так как? Я веду себя в постели, как бревно?

Я застыла с открытым ртом, разом припомнив своё высказывание на этот счёт в 'Шахматной доске', в тот день, когда капитан устроил нам первый разнос.

Впрочем, Алджи мгновенно возобновил прежние движения, наглядно подтверждая свою активность в постели и не давая мне особой возможности оправдываться или извиняться.

— Ну, как такое очень подвижное бревно, — заявила я в ответ, после чего прикрыла глаза, вновь сосредоточившись на процессе.

Впрочем, не вернуться к этой теме после того, как всё закончилось, было бы выше моих сил.

— Так, значит, ты всё‑таки всё слышал! — заключила я, предварительно перевернувшись на живот и спрятав лицо в подушку.

— Чтобы ты даже не сомневалась.

Я не видела Алджи, но по голосу было ясно, что он ухмыляется.

Я накрыла голову руками и застонала.

— Так я и думала! Но как? — Любопытство перебороло стыд и заставило повернуть голову набок, отвергая таким образом защиту подушки. — Как тебе это удалось? Мы же далеко сидели. И Райан, когда сказал насчёт…ну, насчёт сволочного начальства. Он же сто процентов успел отдалиться от твоего кабинета, иначе не стал бы этого говорить. Это какая‑то светлая магия?

— Нет, — вновь усмехнулся Алджи. А может быть, он и не переставал усмехаться. — Никакой магии. У меня просто очень хороший слух, с детства. Наследственная черта по материнской линии.

— Завидная способность, — пробурчала я.

— Иногда завидная, иногда наоборот, — протянул он. — Это уж как сложится. Но в целом я не в накладе.

— Ещё бы! И всё равно, момент для упоминания того случая ты выбрал крайне неподходящий!

Я снова зарылась носом в подушку.

— Ещё какой подходящий! — возразил Алджи. — Ты даже не представляешь, как я мечтал припомнить тебе это именно при таких обстоятельствах.

— И давно?

Интерес вновь заставил меня отодвинуться от подушки.

— Что давно?

— Давно ты стал об этом мечтать?

— Да с тех самых пор, как услышал это твоё замечание.

Я с весёлым удивлением вытаращила на него глаза.

— А я, когда поняла, что ты всё услышал, была уверена, что ты меня уволишь.

Он только рассмеялся.

Глава 14

На следующий день в квартиру Алджи должна была прийти та самая служанка. Афишировать при ней моё присутствие он не хотел (не так чтобы в чём‑либо подозревал лично её, но секретность так секретность), поэтому придумал следующий расклад. Он распоряжается, чтобы сегодня служанка долго не задерживалась, выполнив лишь минимальную работу. А сам тем временем создаёт портал прямо ко мне в квартиру. Мы отправляемся туда, и я (разумеется, аккуратно и не приближаясь к окнам) собираю наиболее необходимые вещи. Всё‑таки платья платьями, но в данный момент в квартире Алджи мне многого не хватало.

Наспех позавтракав (до прихода служанки оставалось мало времени), я вышла из кухни в гостиную и направлялась в свою временную комнату. Но внезапно застыла, углядев висящий на стене над камином предмет, прежде ускользнувший от моего внимания.

— Это приёмник? — благоговейным тоном спросила я.

Алджи удивлённо проследил за моим взглядом (видимо, вид я имела и правда благоговейный) и утвердительно кивнул.

— Ну да, аппарат для прослушивания эхолиний, — ответил он вслух.

Я так и не оторвала взгляда от чуда магической техники. Как же я его до сих пор не заметила? Наверное, позавчера была слишком ошеломлена всем, что на меня обрушилось, а вчера просто почти весь день провела в своей комнате. Новый прибор, не то что мой, с какими‑то рычажками и полосками, о назначении которых я даже не догадывалась.

— Последняя разработка? — почти прошептала я. О святом громко не говорят. — С имитацией голосов?

— Не самая последняя, но недавняя, — равнодушно откликнулся Алджи. — Да, с имитацией голосов, и музыки тоже.

— Вот это да! — восторженно протянула я, глядя на коричневый прямоугольник с новым приливом восхищения. — А можно его включить?

— Можно, конечно.

Алджи сам подошёл к камину, встал на самодвижущуюся пластину и надавил на нужную кнопку в стене. Пластина медленно поднялась в воздух, вознося капитана ровно на ту высоту, которая требовалась, чтобы достать до выключателя приёмника. Такие пластины, отлично замаскированные под пол либо ковровое покрытие, располагались по всей квартире возле высоких шкафов или полок. Мне такие устройства были знакомы, так что удивления не вызывала, хотя, конечно, и этого достижения магической техники у меня в доме не водилось. Приходилось пользоваться менее дорогостоящими, зато более замысловатыми приспособлениями, в духе: стул, на нём скамеечка на ног, на ней — подушка.