Англо-Бурская война (1899–1902) - Артур Дойл

Дислокация сил на востоке Оранжевой Республики во время этого финального наступления главной армии была следующей: Ян Гамильтон со своими конными пехотинцами, бригада Смита-Дорриена, бригада Макдоналда, бригада Брюса Гамильтона и кавалерия Бродвуда находились в Винбурге. Рандл был в Табанчу, туда же направлялась и колониальная дивизия Брабанта. Чермсайд находился в Деветсдорпе, направив отряд во главе с лордом Каслтауном стоять гарнизоном в Вепенере. Харт занял Смитфитлд, откуда он и его бригада вскоре были переведены в Кимберли. В целом для освобождения и удержания этого района страны было задействовано не менее тридцати тысяч человек. Кавалерия Френча и дивизия Пола-Карю вернулись, чтобы принять участие в основном наступлении.

Прежде чем перейти к описанию этого крупного решительного наступления, необходимо остановиться на одном небольшом эпизоде, когда группа из двадцати кавалеристов Лумсдена во время разведки в Кари попала в засаду. Небольшой отряд во главе с лейтенантом Крейном по недоразумению оказался окруженным противником. Отказываясь поднять постыдный знак капитуляции, они попытались вырваться из окружения, потеряв половину своих солдат; среди оставшихся не было ни одного, кто не мог бы продемонстрировать след от пули на одежде или на теле. Солдаты этого отряда – англо-индийские волонтеры – сменили беззаботную и даже роскошную восточную жизнь на тяготы и лишения этой изнурительной и тяжелой кампании. Своим участием в войне они уже продемонстрировали всей империи образец высокого духа, а теперь, во время первой стычки, они показали всей армии пример военной доблести. Героические традиции Утремских волонтеров были достойно продолжены конниками Лумсдена.

Еще один небольшой эпизод, который нельзя обойти вниманием, произошел 29 апреля во время защиты конвоя Дербиширской территориальной конницей (майор Дагдейл) и ротой шотландских гвардейцев. Обоз подвергся нападению на пути к войскам Рандла, примерно в десяти милях к западу от Табанчу. Небольшой эскорт исключительно мужественно отбил нападение и продержался до утра, когда подошло подкрепление Брабазона.

Этот этап войны отмечен определенными изменениями в настроениях британцев. Ничего не могло быть мягче первоначальных заявлений и намерений лорда Робертса, и его попытки примирения были умело поддержаны генералом Претиманом, назначенным гражданским администратором Оранжевой Республики. Однако имеются свидетельства, что эту доброту некоторые бюргеры восприняли как слабость, и во время вторжения буров в Вепенер многие из тех, кто сдал бесполезные дробовики, вновь появились, взявшись за «маузеры», до этого спрятанные в тайниках. По войскам велся огонь с ферм, на которых был вывешен белый флаг, а добропорядочные домохозяйки остались, чтобы грабительски взвинчивать цены «руинекам» за молоко и корм для скота, в то время как их мужья вели огонь с холмов. Было понимание того, что бюргеры могут находиться в состоянии мира или в состоянии войны, но нельзя получить то и другое одновременно. Поэтому были случаи разграбления ферм, забиралась живность, если имелись свидетельства, что владелец фермы ведет двойную игру. В стране, где частная собственность ценится выше жизни, эти меры, наряду со строгими правилами владения лошадьми и оружием, были весьма эффективными для предотвращения шансов восстания у нас в тылу. Наихудший мир – это вынужденный мир, но если его удалось добиться, время и справедливость могут довершить остальное.

Операции, описанные выше, можно кратко изложить в одном абзаце. Бурская армия продвинулась к югу от линии фронта британской армии и осадила британский гарнизон. Британские силы – войска Френча, Рандла и Яна Гамильтона – направились, чтобы отрезать их. Буры успешно проскочили через заслон и ушли. Их преследовали к северу до самого Винбурга, который оставался под властью британцев. План лорда Робертса отрезать армию Де Вета провалился, но в результате многочисленных маневров и боев юго-восток Республики был очищен от противника.

Глава XXIV.

Осада Мафекинга

Это небольшое местечко, которое за несколько недель совершило скачок от забвения к славе, расположено вдоль железнодорожной дороги, соединяющей Кимберли на юге с Родезией на севере. По своему облику оно напоминает один из тех западных американских городков, которые обладая скромными активами, имеют огромные притязания. Его разбросанные в беспорядке дома с крышами из рифленого железа, церковь и водяная мельница – первые плоды англо-кельтской цивилизации – все это говорит о зарождении большого города. С одной стороны, он был базовым лагерем западного Трансвааля, а с другой – отправной точкой всех попыток покорения Калахари. На расстоянии нескольких миль проходит трансваальская граница.

Непонятно, из каких соображений имперские власти решили удерживать этот городок, поскольку здесь нет естественных укрытий, способствующих осуществлению обороны, – местечко расположено открыто на широко протянувшейся равнине. Взгляд на карту ясно показывает, что железнодорожная линия будет несомненно перерезана как к северу, так и югу, а гарнизон городка окажется оторванным от любого подкрепления на расстоянии около двухсот пятидесяти миль. Учитывая, что буры могли бросить на штурм города любое количество солдат и орудий, кажется очевидным, что будь у них серьезное намерение овладеть этим городком, они смогли бы его осуществить. При обычных обстоятельствах любые силы, окруженные здесь, были обречены на захват. Но то, что казалось недальновидной политикой, на деле обернулось высочайшей мудростью, благодаря необыкновенной стойкости и качествам Бейдн-Поуэлла – офицера, командующего гарнизоном. Благодаря его усилиям, город стал приманкой для буров. Они привлекли значительные силы для его безрезультатной осады, в то время как использование этих сил в других местах могло оказаться гибельным для британцев.

Полковник Бейдн-Поуэлл – воин того типа, который пользуется особой популярностью у британской публики. Ловкий охотник и хороший спортсмен – в его специфическом восприятии войны всегда присутствовал спортивный дух. В кампании при Матабеле он давал сто очков вперед беспощадным разведчикам и находил удовольствие в том, что выслеживал их среди их родных гор, часто один и ночью, полагаясь на свое искусство скрываться от преследования, прыгая с камня на камень в ботинках на резиновой подошве. Он обладал разумной храбростью – качеством, редким среди наших офицеров. Его, человека находчивого и владеющего искусством ориентирования в вельде, было так же трудно перехитрить, как и победить в бою. Но в его сложном характере была еще одна яркая грань. Французы говорили об одном из своих героев: «Il avait cette graine de folie dans sa bravoure que les Francais aiment»[56]. И эти слова могли быть отнесены к Поуэллу. В нем прорывался проказливый юмор – и на смену воину и администратору приходил шаловливый школьник. Он встречал отряды буров с подтруниванием и шутками, которые так же раздражали противника, как и поставленные им проволочные заграждения и ловушки. Поразительное разнообразие личных достоинств было его самой впечатляющей чертой. Он мог рисовать карикатуры обеими руками одновременно, виртуозно танцевать, мог возглавить самое безнадежное предприятие – ему все было по плечу, в нем имелось то магнетическое качество, благодаря которому командир передает некоторые из своих качеств солдатам. Таким был человек, который удерживал Мафекинг для Королевы.

На раннем этапе, до официального объявления войны, противник сформировал несколько крупных отрядов ополчения на западной границе; солдаты для них привлекались из Зееруста, Рустенбурга и Лихтенбурга. Бейдн-Поуэлл с группой превосходных, специально отобранных офицеров, в числе которых были полковник Гулд Адамс, лорд Эдвард Сесил, сын английского премьера, и полковник Гор, сделал все возможное, чтобы подготовить городок к обороне. В этом неоценимую помощь ему оказывал Бенджамин Уэйл, хорошо известный южноафриканский контрактор, который проявил огромную энергию в деле снабжения города. Южноафриканское правительство в это же время демонстрировало определенную глупость, если не предательство, как это случилось в Кимберли: оно встречало все требования прислать орудия и подкрепление с глупыми сомнениями в необходимости таких предосторожностей. Когда же предприняли усилия обеспечить столь необходимые поставки, эта попытка стала первой неудачей кампании. 12 октября, на следующий день после объявления войны, бронепоезд, перевозящий два семифунтовых орудия для обороны Мафекинга, был пущен под откос и захвачен отрядом буров в Крааипане – в сорока милях от места назначения. Противник вел артиллерийский огонь по разбитому поезду до тех пор, пока спустя пять часов командовавший эшелоном капитан Несбитт и его солдаты – около двадцати человек – не сдались. Это был небольшой бой, но важность его обусловлена тем, что впервые пролилась кровь, и он стал первым тактическим успехом буров в этой войне.