Разящий клинок - Дэйв Дункан

Полная тишина воцарилась лишь с появлением наряженного в многоцветный плащ герольда, ударившего посохом об пол. Он направился прямо к Эшиале, отчего ее колени принялись дрожать еще сильнее. Высоко подняв голову, она последовала за ним через весь зал, не обращая внимания на взгляды и шепот.

Герольд провел ее по прихожей и остановился у двери кабинета, большого и красивого, – ей нравилось бывать в нем, потому что она уважала Эмшандара, а он – ее. Впрочем, еще ни разу Эшиала не видела императорского кабинета в отсутствие самого монарха. Войдя, она было решила, что, кроме нее самой, тут никого нет.

И только чуть позже заметила солдата, роющегося в бумагах, загромоздивших дальний угол комнаты. На голове его был шлем, что показалось ей странным. Солдат повернулся на стук закрывающейся двери – и, конечно же, то был Шанди.

Какое-то время они просто смотрели друг на друга. Потом он поднялся на ноги и нерешительно двинулся к ней.

– Ты и правда столь же прекрасна, как о том говорила мне память!

И это все, что он мог сказать? Не совсем уверенная в том, что ей следует ответить, Эшиала склонилась перед принцем в глубоком реверансе.

Вздохнув, он поднял ее.

– О, моя возлюбленная мраморная королева, – сказал Шанди. – Как ты видишь, на мне до сих пор доспехи, поэтому я не могу обнять тебя должным образом. – Он торопливо поцеловал ее в щеку.

– Добро пожаловать домой, – шепнула Эшиала. – Ээ… Как же тебе удалось так неожиданно появиться в городе?

– О, существует множество способов.

– Как путешествие? Ты ведь повидал страну?

– Оно было долгим и изматывающим.

– Я так и думала… – Что наша малютка?

– С ней все прекрасно, спасибо.

– А… – Шанди сглотнул несколько раз. – Твой акцент почти не заметен. Теперь ты не говоришь, как уроженка Тамбла.

– О, я рада. – Знал бы он, каких трудов ей это стоило, но отчего же она не чувствует себя чуть счастливее теперь, когда она сумела доставить ему эту радость?

– Я привез тебе подарки. Жемчуг из моря Печалей и лучшие керитские рубины…

Рубины? Жемчуг? Зачем ей все это?

– О, это чудесно. Ты очень добр ко мне.

– Проклятье! – сказал Шанди. – Забыл! Я же оставил их с багажом! Они будут здесь через неделю… Они смотрели друг на друга – и одновременно отвели взгляд.

– Эти дурацкие доспехи… – пробормотал он. – Конечно, я могу их снять?

Эшияла подняла на мужа изумленный взор, но он уже изучал большой, уродливый диван у стены.

– Если бы я был Ило… – бормотал он. Кто? Эшияла растерялась. О чем это он?

– Там, снаружи, ждет так много людей, – с запинкой выдавила она.

– Да. Я был уверен, что они ждут. Что ж, тогда давай выйдем к ним и постараемся быть пообщительнее. Дорогая.

Потоки поворачивают вспять:

Так трусами нас делает раздумье, И так решимости природный цвет Хиреет под налетом мысли бледным. И дел потоки, взнесшиеся мощно, Все чаще поворачивают вспять, Теряя имя действия.

Глава 8

Бутоны срывайте

1

Первый дождь, перечеркнувший зной и духоту, громко стучал по устилавшим крышу пальмовым листьям; этот стук заглушал даже еженощные лягушачьи концерты. Быть может, то была лишь заплутавшая летняя гроза, ибо дождь казался ранним гостем, но Тхайла понимала, что следующее новолуние станет датой ее дня рождения, когда ей следовало уже быть в Колледже. Обещанные отцом полгода почти истекли.

Даже несмотря на ливень, ночь выдалась липковато-душной. Тхайла лежала на большой, мягкой охапке папоротника, в успокаивающих объятиях Лииба. Он уснул, и Тхайла даже видела, как быстрыми вихрями кружат над их ложем размытые образы его снов. Страх, злость и голод – они ничего не значат. Они снятся каждому. Влажные тела поблескивали в полумраке комнаты. Тхайла чувствовала запах своего мужчины – он складывался из ароматов дыма, земли, сока растений, пота и даже пойманной вчера рыбы. Все эти запахи были знакомы ей после стольких ночей, подобных этой, они легко смешивались с терпким ароматом папоротниковых листьев. Ей нравился этот надежный запах – запах любви, дома и безопасности.

Учетчиков не было видно; вообще никого не было поблизости – Дом Лииба был настоящим раем для пиксов. Тхайла видела, конечно, других людей в своих Домах далеко отсюда, но никто из них не любил совать нос в чужие дела, а в следующем году будет достаточно времени для визитов… Они с Лиибом вообще никого не видели с тех самых пор, как поселились здесь, кроме живущих вверх по реке соседей, Бууш и Ниита из Дома Ниита. По их словам, уже многие годы учетчики даже не забредали в эти края.

Как и обещал Лииб, пожилая пара обрадовалась новым соседям неподалеку и очень помогла им на первых порах. Девушка из предгорий, не знавшая даже имен множества растений долины, научилась у соседей многому и с благодарностью принимала их добрые советы. Даже сам Лииб научился у них кое-чему: например, как выращивать саженцы прежде ему не ведомых таро и мурунги.

Через несколько месяцев помощь Бууш окажется неоценима, – она и так уже во многом помогла Тхайле, подтвердив ее подозрения и направляя советами.

Сегодня вечером, в честь первого дождя, Тхайла открыла Лиибу – он вскоре станет отцом. Муж так обрадовался новости, что она заплакала, ибо его чувства были так сильны… И затем одно потихоньку привело к другому. Потому-то он и спал столь беспокойно.

Лииб и вправду оказался отличным строителем. Плел он замечательно, и уже сплел стены для двух больших комнат их хижины. Ни одной капли дождя не пробивалось сквозь крышу, ни единой! Если Тхайла только захочет, у нее будет шесть или даже семь комнат, пообещал Лииб. Она спросила его, смеясь, для чего женщине может потребоваться такое количество комнат. Для детей, конечно, отвечал он. Большинство пар ограничивались двумя отпрысками, но Тхайла уже объяснила мужу, что семьи, обладающие Даром, часто имеют больше детей, – и он сразу же начал грезить о целых десятках?

Легко сказать! Но ему нравились дети; Лииб часто это повторял, и Тхайла ему верила. Он был таким ласковым и в то же время таким сильным… Испытывала ли хоть одна женщина на свете подобную любовь?..

Лииб соорудил маленький загончик для цыплят и стойло для козочки. Отменный рыболов, он уже мастерил лодку. Он даже научил Тхайлу плавать – порой они целыми днями ходили без одежды.

Она в жизни не ела столько вкусной пищи… Она уже начала округляться, еще до зачатия ребенка. Местные леса кишели съедобными плодами: ягоды, дикий лук, корешки, пахучие травы… Хлебные деревья встречались не реже лягушек, а ведь одно такое дерево может кормить целую семью круглый год! Здесь росло также и много других фруктов: эбеновые деревья и кокосовые пальмы, мускатный орех, манго… Все и не перечислить. Тхайла посадила немного риса, таро и бобов. Она набрала дикого хлопка и начала вязать.