Разящий клинок - Дэйв Дункан

Ну-ка, ну-ка! Все слаще и слаще…

Преторианец вытянулся перед сигнифером и отсалютовал. Ило ответил тем же, – с точки зрения субординации их взаимный ранг был загадкой даже для опытных вояк, но в том, кто из них герой дня, сомневаться не приходилось.

Лицо центуриона хранило непроницаемость камня. Он брал на себя риск и знал об этом, но в то же время прикрывал фланги, – а это понимали оба.

– Я пришел, чтобы принести тебе свои поздравления, сигнифер. – Центурион всегда оставался благородным человеком.

– Благодарю тебя, центурион. – Хоть убейте, Ило не помнил его имени. Кто-то из Хафинов… Ничего, он вспомнит, когда понадобится.

– Я просто хочу, чтобы ты знал… гм… сигнифер. Я выполнил тогда самую неприятную работу, которую мне только приходилось делать в жизни.

– Мне также было очень неприятно.

– Да. Но все мы должны подчиняться приказам… Никаких обид?

– Никаких обид, – согласился Ило и заметил тень облегчения, которую не смогла скрыть тщательно удерживаемая маска.

С удовлетворением наблюдая, как его бывший начальник марширует прочь, Ило услыхал, как по залу пробежал еле слышный шелест. Никаких обид – да, но однажды он еще заставит этого человека лизать ему сандалию, просто из принципа. Хайфи, вот как его звать! Запомним.

– Что, старый друг? – сухо осведомился Хардграа.

– Не совсем. Он улыбался, бросая меня акулам.

– Тогда постарайся не убивать его при свидетелях, – осклабился Хардграа. Затем он добавил абсолютно расслабленным, ничего не выражающим тоном:

– Слышь, сигнифер!

– Да, центурион?

– Ты сейчас не смотри, но только одна из картин на восточной стене представляет некоторый интерес для настоящего ценителя.

С каких это пор стенобитные орудия в человеческом облике начали интересоваться живописью? Ило поднял брови, выражая искреннее удивление, после чего обвел зал неспешным взглядом.

– О, прекрасно! – сказал он, закончив осмотр. – Отличная работа!

Произведений искусства, собранных в Тронном зале, хватило бы на средних размеров городишко: скульптуры, картины, гобелены… Подмеченный Хардграа холст сам по себе не казался особо выдающимся шедевром, – по крайней мере с такого расстояния, – но то, что было на нем изображено… Залитые солнцем зеленые волны на переднем плане азартно разбрасывали пену, из коей вырастал величественный галеон, занимавший почти все полотно. В отдалении же, уравновешивая композицию, виднелась крутая скала с небольшим городом на склоне, увенчанная замком с острыми башнями. Именно этот замок Шанди описал, рассказывая о своем видении у бассейна-прорицателя.

Последние полтора года Ило изо всех сил старался удовлетворять все приказы, просьбы и пожелания принца. Теперь он предвидел их еще до того, как Шанди сам успевал сообразить. Хардграа был отлично натасканным телохранителем, но ему явно не хватило придворных манер, чтобы провести расследование самому. Промаршировать к самой картине и прочесть надпись – если таковая имеется – означало бы обратить к себе внимание всего двора. Следующий ход был за Ило.

Глянув кругом, он разыскал слугу, застывшего у стены. То был вовсе не юный паж, но умудренный опытом старик, который должен был отлично разбираться в тонкостях дворцового управления. Чуть заметный жест заставил его отлепиться от стены и направиться к сигниферу плавным, неторопливым шагом. Слуга склонился в поклоне, чья величина точно соответствовала чину Ило (как раз сейчас, судя по всему, весьма немаленькому), и, разогнувшись, терпеливо ждал, чего изволит этот юнец.

Как же правильно задать ему вопрос? Дворцовая коллекция живописи, вне сомнения, находится на попечении какого-нибудь дворянина. Он всего лишь мелкая сошка, присматривающая за картинами, – и в то же время профессиональный бюрократ, угробивший полжизни на дворцовые козни. Настоящей работой занимаются, скорее всего, его подчиненные.

Ило попробовал угадать нужный титул:

– Ассистент заместителя куратора дворцовой живописи, – медленно проговорил он, отмечая искру изумления, мелькнувшую в глазах слуги. – Я хочу его видеть. Сейчас же.

Сработало, как мечом в сердце. Слуга согнулся снова и ускользнул прочь. Видимо, к подобному приказному тону привыкаешь на удивление быстро.

Хардграа удалился, чтобы погрузиться в жаркую беседу с трибуном VII легиона, старым приятелем, надо полагать. Комната продолжала наполняться народом по мере того, как подтягивались опоздавшие, не желающие, однако, пропустить представление вовсе. То тут, то там Ило натыкался взглядом на знакомые лица: известные политики, друзья его родителей… И лишь он один по-прежнему стоял в полной изоляции. Иллипо нельзя доверять.

А как насчет мести? Вот уже полтора года Ило служит принцу всеми силами, преданно и честно. Он так и не сунул под ребра наследнику нож, хотя удобных ситуаций было более чем достаточно – целый легион.

И что теперь? Старик долго не протянет. И до тех пор – делать нечего, остается только ждать. Шанди проявит великодушие, – уж в этом-то Ило не сомневался, ибо знал: щедрая награда одному покупает преданность многих. Когда Эмшандар V будет провозглашен императором и воссядет на Опаловый трон, его бывшему сигниферу продвижение обеспечено. Место в ассамблее для начала. Потом титул, несколько должностей-синекур, чтобы набить ему карманы, а потом уже и преторианство – чтобы Ило уже окончательно разбогател. А через несколько лет, возможно, и ранг консула…

А до тех пор надо ждать – просто ждать, иметь терпение. Ждать и ухаживать за прекрасной половиной Хаба, за имперскими красавицами. Глаза Ило привычно выделяли из толпы женщин, не ждавших приказаний мужа. Одна-две были очень даже ничего, хотя подавляющее большинство – староваты, на его вкус. Вот их дочери – дело иное…

Но никто из них не сравнится с богиней, которую он увидел в тот вечер у бассейна. Ее образ преследовал Ило неотвязно, он мало о чем еще был способен думать в минувшие несколько дней. Само совершенство! В глубине души Ило подозревал, что ни одна другая женщина никогда не сможет удовлетворить его снова. Всякий раз, как ему удастся сорвать наряды с очередной красотки, он будет сравнивать ее с тем чудесным видением, с Богиней из бассейна, – и ни одна не сможет сравниться…

Взгляд его между тем приковали столы с закусками. Сигнифер не брал в рот ни крошки вот уже много часов и может прождать тут еще столько же, но Ило псе же решил еще немного потерпеть и дать им вволю наглядеться на себя. Приняв вид скучающего безразличия, он отвел глаза.

И тогда от толпы отделился темноволосый худощавый мужчина. Он направился к Ило, поблескивая выложенными драгоценностями звездами на камзоле. На нем была даже перевязь ордена Агрейна, а его ноги обтягивали чулки самого лучшего шелка. Высокомерная мина подвигла бы на убийство целый конклав епископов, – и, очевидно, Ило должен был знать его. Все, кто только был в зале, уставились на них. Наступила тишина.