Фледлунд - Соня Фрейм

Может, следовало вернуть сеансы с Магдой. Старые проблемы ушли, но на их место пришли новые. Иногда казалось, что она вообще собой не владеет, и не могла понять, в своем ли она теле или нет.

– Поговори со мной, – попросила она. – Ты всегда молчишь в дороге.

Он издал тихий смешок и поинтересовался:

– Что тебе рассказать? А, придумал. Когда я был маленький, то любил сказки. И даже сочинил одну сам. Мама была от нее в таком восторге, что записала и перечитывает иногда. Считает, что в ней отображается мой внутренний мир. – Он поймал ее улыбку в зеркале и вкрадчивым тоном продолжил: – Жили-были прекрасные ангелы, существа эфира. Они обитали в надлунном мире, и люди их не видели. Но зато им очень нравилось наблюдать за ними и постигать их горести и радости. Люди могли испытывать чувства, которые ангелам были неведомы. И вот однажды два ангела сговорились покинуть мир неба и стать на время людьми. Они хотели быть самыми добрыми и прекрасными, возлюбить всех, творить, помогать и делиться мудростью. Взялись они за руки и понеслись вниз. Но небесная дверь в мир людей была зеркалом, и когда они прошли через нее, все их намерения вдруг исказились. Они хотели помочь, но вместо этого вредили. Хотели любить, но ненавидели. Пытались стать как все, но выглядели уродами… – Его голос убаюкивал. – От этого они тяжело страдали, ведь не понимали, почему все лучшее в них стало на земле худшим. Но у них не было власти над собой. И такова была плата за их приход в мир, который они так желали. Со временем ангелы смирились, что могут творить только зло, сжились с этой мыслью и забыли, кто они. И они все еще среди нас. Бродят где-то, сеют несчастья, мучаются сами, но не понимают, почему и как это прекратить. Говорят, однажды они снова найдут небесную дверь и станут собой. И очистятся. Но когда это произойдет? Кто его знает.

Ошеломленная Ханна дослушала эту причудливую сказку. Показалось, что за ней лежит совсем другая история и Эрик поделился чем-то очень личным.

– И во сколько лет ты ее придумал? – поинтересовалась она.

– В восемь или девять, – пожал он плечами. – Не дурно, а?

– Да. Но печально. Я бы хотела, чтобы эти ангелы вернули себя.

– Я тоже… – отстраненно ответил он. – Через полчаса будем. Сама видишь – это уже знакомые места.

Ханна утомленно кивнула и откинулась на сиденье. Почему-то ее слегка подташнивало. Обещанное солнце пока так и не выглянуло, но, может, появится к обеду. Очень хотелось ощутить его на своей коже. Внезапно телефон в кармане завибрировал. С незнакомого номера пришло сообщение.

«Ханна, это Киран. Не говори Эрику, что я тебе написал. Я еду следом, ты в опасности. Ничего не пей. Пожалуйста. Я объясню все, как приеду».

Она нахмурилась. Номера австралийца у нее не было. Сообщение было странным и походило на чью-то шутку.

– Кто это? – поинтересовался Эрик, как будто почувствовав, что это касается его.

– Рассылка, – ответила Ханна.

За окном проносились поля, и Ханна видела их в первый раз.

«Это знакомые места?»

Внутри все похолодело, и сквозь пелену вдруг проступил страх. Сообщение о чем-то беззвучно кричало. Ханна покосилась на бутылку воды рядом. Когда она отпила, та, кажется, уже была открыта…

Эрик свернул на какую-то частную дорогу, ведущую вглубь длинной аллеи. Летом тут должно быть чудесно. Вдали виднелся небольшой деревянный дом белого цвета. В голове Ханны что-то щелкнуло, и она увидела тот же дом в окружении высокой зеленой травы. Смазанное небо вдруг наполнилось глубокой синевой. Эрик стоял на крыльце и махал ей, а она шла сквозь траву, ощущая абсолютное счастье.

– Я помню это место… – пробормотала Ханна.

– Ты его очень любила, – эхом отозвался Эрик.

– Я знаю. Мы прятались здесь от всего света…

В салонном зеркале вдруг мелькнула его лучистая улыбка. Ребекка рассмеялась, а в голове Ханны наступило затмение.

* * *

Когда машина наконец-то остановилась, Ханна некоторое время не могла пошевелиться. От тела шло странное отчуждение, и все еще казалось, что они едут. Окружающий мир ощущался как спешная раскадровка. Только мгновение назад они были в дороге. Когда они успели проехать сквозь длинную аллею позади них?

– Тут, правда, немного заброшено, – сказал Эрик, выбираясь. – Родители здесь почти никогда не бывают. Знаешь, иногда мне кажется, что они вообще забыли про существование этого дома. Поэтому я привык считать его… моим тайным убежищем.

Впереди лежала неухоженная дорожка. Ханна пару раз обернулась на машину, оставленную прямо посреди аллеи.

– А с ней что? – запоздало спросила она.

– Забудь, – беззаботно отозвался он. – Здесь край земли. Рядом никого нет.

Это витало в воздухе. Ни одна живая душа не будет их здесь искать. Аллея перебросила их в безлюдную вселенную. Ключ от этого мира Эрик забирал с собой.

«Кто-то все равно приедет… Мне же об этом сказали… телефон!»

Она вытащила трубку, сообщение все еще висело на экране. В голове что-то тяжело заворочалось, пока она пыталась осмыслить написанное.

Ветер внезапно принес с собой какую-то сладковатую затхлость. Чем ближе они подходили к дому, тем неприятнее становился запах.

– Здесь неисправны трубы, – сказал Эрик. – Не волнуйся, в беседке хорошо. Там и устроим пикник. Ночевать тут все равно не будем.

Вблизи дом оказался практически заброшенным. По поверхности стен разбегались многочисленные трещины, а белая краска стала грязно-серой. Эрик скрылся внутри, Ханна же побрела к беседке. За ней виднелся пруд с мутной зеленоватой водой, на поверхности которой плескались маленькие утки.

Ноги были как ватные. Ей хотелось спать, но она отчаянно этому сопротивлялась. Сонливость находила волнами. Тогда в машине, сейчас… Когда следующий виток? Как ей сохранить ясность мыслей? Восторг быстро сошел, а сообщение Кирана медленно расшевеливало неясную тревогу.

«Что-то не так. Что-то не так», – билось в висках.

Она зачерпнула в ладонь мутную воду и брызнула себе на лицо. Еще раз. Чуть полегчало, но в голове вдруг стали оформляться страшные догадки.

«Мне не показалось, он что-то мне подмешал в тот раз и сейчас… Зачем, зачем, черт возьми… Ему ни к чему не нужно меня принуждать… Я и так все ради него сделаю…»

Ханна села на скамью в беседке, стуча зубами. Эрик вернулся через двадцать минут.

– Что с тобой? – спросил он, заметив, что она белее мела.

– Мне очень холодно.

– Вероятно, давление упало. Пей больше воды. – Он вытащил из коробки с едой ту самую бутылку, и Ханна резко помотала головой. – Ханна… Это не шутки.

– Я не хочу пить.

Эрик