Возвращение - Владимир Паюков

за меня волнуется больше, чем обычно, ведь мы с ней очень связаны, и она чувствует мои переживания. Уверен, что она даже просила тебя присмотреть за мной, – по-доброму улыбаясь, сказал он. – Но тот шторм, который бушевал в моей душе, скоро превратится в умиротворённый штиль. Эта ситуация даёт нам огромный опыт, приняв который мы станем лишь лучше. К тому же, зная твою тягу к неизведанному, я вовсе не сомневаюсь, что ты согласишься. Именно к этому тебя готовил тот, кто сейчас рядом с нами. Хотя… – Он посмотрел в мою сторону. – Наш загадочный незнакомец утверждает, что твой невидимый остальным друг сам об этом не подозревал и что ему в этом приключении будет отведена особая роль. А насчёт того, почему ты один будешь представлять интересы целой Империи, я ничего не знаю. Но думаю, что завтра этот таинственный незнакомец приподнимет завесу тайны. Предлагаю двинуться в путь, и если возникнут вопросы, на которые я смогу ответить, то обещаю, что ничего скрывать не буду. Поверь, я сам до конца не понимаю, каким образом всё будет происходить. А пока нас ждёт ещё одна встреча. Располагайтесь сзади, втроём там будет тесно, – улыбнулся он, обходя машину и садясь рядом с водителем.

Это был автомобиль с дипломатическими номерами. Мы сели в него и молча куда-то поехали. Каждый думал о чём-то своём, но при этом наши мысли двигались в одном направлении. В скором времени впереди показалось здание Имперского посольства, похожее на огромный белый куб. Нас пропустили через ворота. Я заметил, что охраны было непривычно много даже для такого места. Такие меры безопасности означали лишь одно, и мой друг тоже прекрасно это понимал.

– Неужели он лично сюда приехал? Причем тайно? – задал я вопрос, ответ на который и так был очевиден. – Значит, всё и правда очень серьёзно.

Мы прошли в здание и молча спустились в бункер через тяжеленную, толщиной в метр, дверь, куда в случае угрозы должны были эвакуироваться члены посольства и их семьи. Перед входом в главный кабинет Ученик остановился. Стало понятно, что внутри ждут только нас.

– Я подожду тут, – сказал он, присаживаясь на стул. – Предстоящий разговор касается лишь вас троих.

Мой друг кивнул в знак понимания, и мы направились дальше. Охрана с трудом открыла тяжёлую стальную дверь, и мы вошли. Сзади раздался грохот, означавший, что массивная преграда, охраняющая покой очень важного гостя, вернулась на место и никто не сможет услышать нашу беседу. В этой комнате находился большой овальный стол, за которым сидел столь знакомый нам обоим человек, читающий какую-то книгу. Возле него лежало ещё несколько томиков. Не дожидаясь приглашения, мой друг сел с другой стороны стола.

– За последние два года я перечитал все эти книги, – не отрываясь от текста, начал разговор Император, – Тору, Библию, Коран, даже индийские Веды. Неужели все эти события и правда происходили, а потом их кто-то просто записывал в меру своего понимания, считая лишь древними легендами? Атлантида, Гиперборея… Может, всё это действительно существовало, а сейчас мы повторяем их ошибки? И через двадцать тысяч лет все снова будут искать следы давно вымершей цивилизации? Я думал, что в этой жизни уже ничему не буду удивляться, но мне это лишь казалось… – Он положил книгу и с улыбкой взглянул на гостя: – Добро пожаловать в моё тайное убежище в столице врага. Представляю, что ты сейчас чувствуешь. Ведь ещё несколько часов назад ты видел мир иначе, а оказалось – всё было иллюзией. Я и сам до конца во всё это не верю, хотя свидетельства их истины неоспоримы. Мы два года проверяли всю информацию, но не нашли ни одного хотя бы малейшего доказательства их лжи. Зато в избытке было доказательств их величия, до которого нам не дорасти. С другой стороны, кто знает… Возможно, лет через тысячу наши гораздо более мудрые потомки будут так же трепетно оберегать и наставлять на путь истинный таких же обезьян, какими мы сейчас являемся. Но есть и другой вариант: мы сейчас не договоримся, и все усилия этих неведомых созданий пойдут прахом. А итогом станет всеобщий ядерный пожар, под пеплом которого сгинет наша цивилизация, не оставив даже красивой легенды о новой Атлантиде. Что вы с твоим другом об этом думаете?

– Мне пока что вообще тяжело думать, – отвечал мой товарищ. – Всё, во что я верил, оказалось мифом, а все мифы, которые я читал в детстве, оказались реальностью. Будучи человеком науки, я ко всему подходил с материалистических и прагматичных позиций. Я сам построил в своей голове тюремную камеру, сам в неё зашёл и попросил запереть дверь снаружи, а ключ выбросить в самую глубокую впадину в океане. И так делали все, кто разделял «прогрессивное» восприятие мира. А тех, кто был прав, мы практически всегда отправляли в дома скорби, где эти отвергнутые нами пророки ждали своего освобождения из тюрьмы, именуемой телом. Я даже не знаю, сколько раз эти создания посылали сюда таких пророков, чьи слова мы потом столь тщательно перевирали себе в угоду…

– Если верить этому, как он сам себя называет, Страннику, то, когда число его несчастных предшественников перевалило за сотню, он перестал считать. – Император встал и начал обходить стол с явным намерением сесть рядом с нами. – А случилось это ещё пять веков назад. Вот и представь, сколько их было до него. Радует лишь то, что смерть постигала только их физические оболочки. Его вообще поражает наше упрямство: говорит, что из всех видов, населяющих Галактику, наш – самый странный. Возможно, поэтому они и хотят нас сохранить, чтобы какой-нибудь их профессор смог защитить диссертацию, выбрав нас в качестве объекта экспериментов. Они не вмешивались в наши дела напрямую – хотели просто показать нам путь к Тому, кого мы называем Богом. А мы не желали к ним прислушиваться и распинали их посланцев на крестах… но это, пожалуй, самый известный случай. А сколько их сгинуло, не оставив после себя вообще никаких доказательств своего бытия? Они бы и сейчас предпочли находиться лишь в роли сторонних наблюдателей, недоумевающих по поводу нашей глупости, но мы приручили энергию атома гораздо быстрее, чем доросли до нужного уровня ответственности за неё. Исчезновение нас как вида не очень-то и расстроит разумные миры Вселенной, но им бы не хотелось, чтобы мы заразили радиацией планету на ближайшие тысячелетия. А мешать этому напрямую они не имеют права. В отличие от нас, они свои законы уважают – и как раз по вселенским правилам: Земля