Прощай, Нью-Йорк? - Светлана Бланкина

Они думают… они уверены, что Брайан Хилл — конгрессмен США — честный, умный человек, который по-настоящему любит меня, они верят в его слова, верят в мои слова, верят в нашу историю, в нашу любовь, в наше прошлое и… в наше будущее.

Но всё это ложь. Вся наша «любовь» — обман, которому верит весь мир. И прекрасный, честный, Брайан Хилл на самом деле монстр, который ради своей собственной выгоды готов абсолютно на всё.

Почему я не ушла? Почему после того как почти два года назад я узнала, что он изменяет мне, я всё ещё с ним? Почему я не сбежала, как только он поднял на меня руку? Почему спустя почти два года я всё ещё здесь?

Я пыталась уйти. Брайан в тот вечер до ужаса напугал меня, и на несколько дней я притихла, возможно, это и было моей ошибкой — позволить ему запугать себя, позволить себе поддаться ему. Но… я просто… не могла смириться с мыслью, что он такой… кретин, что он всегда таким был, а я этого не замечала. Поэтому несколько дней я просто пыталась прийти в себя и избавиться от опухшей от его удара щеки, а потом я сбежала, но уже на следующий день он снова вернул меня, но не своими извинениями, нет! С того вечера у Брайана другая тактика.

Человек, который которого я полюбила, человек, которому я поверила и которому я доверилась, запугал меня. За мой уход Брайан мог ударить меня или просто пообещать мне, что в лучшем случае он отнимет у меня компанию и любую возможность найти хоть какую-нибудь работу, а в худшем… он говорил, что если я хоть кому-то расскажу об этом или просто ещё хоть раз попытаюсь уйти от него, то он убьёт меня.

В те моменты я не узнавала его, его глаза были наполнены такой яростной злостью, такой… жестокостью, что я боялась просто лишний раз вздохнуть без его позволения.

И я не просто так поверила Брайану и решила больше не рисковать, я бы себе этого не простила, я бы не простила себе, что хотя бы не попробовала уйти от него. Я сбегала от него около семи раз и три из них за границей, но он каждый раз меня возвращал… каждый раз.

Сейчас я уже больше полугода в затишье, я уже больше полугода играю роль счастливой, спокойной и послушной девушки Брайана Хилла и я больше не хочу ему сопротивляться, я устала, ему удалось буквально выбить из меня желание на счастливую жизнь без него. Он выбил из меня желание сбегать, и я поняла, что спокойнее, а главное безопаснее просто… смириться и жить так будто всё хорошо. Я поняла, что мне стоит надеть розовые очки и обманывать не только весь мир, но и саму себя ради своей собственной жизни, а когда во мне вновь просыпается желание бороться, напоминанием о том, что лучше мне этого не делать, служит три моих сломанных когда-то им ребра.

Тогда я попыталась уйти от него, кажется, в пятый раз, это было в Лондоне и я тогда набралась смелости, набросала в голове план и рассказала обо всём некоторым своим сотрудникам. В ту минуту я была уже в посольстве, я уже зашла в кабинет, в котором я должна была попросить помощи, но… за место советника там был Брайан.

Я не понимала откуда он всё узнал, как он вообще хоть что-то узнал если мы были в разных странах, но ту встречу я уже никогда не забуду, а надпись «упала с лестницы и в следствии чего получила три сломанных ребра и многочисленные ушибы» уже навсегда запечатлена в мою медицинскую карту и нам моём искалеченном теле.

Упала с лестницы… ну почти. Пара сломанных об меня стульев будет звучать немного точнее.

Но даже после этого я пыталась уйти ещё несколько раз, а последней каплей стал не очередной удар, а угроза моей секретарше, которая всё уже давно знает. Сложно скрывать правду от человека, который видит тебя каждый день, который видит все твои синяки как бы хорошо ты их не гримировала, видит твой взгляд, твоё меняющееся тело и характер, от человека, который видит, как тебя ломают день изо дня.

Она хотела помочь мне хоть я и говорила ей не лезть, я пыталась справиться со всем сама и, когда Брайану надоело возиться со мной, он вдруг сказал мне, что убьёт Софи. Он сказал, что моя секретарша слишком много знает и, если я буду пытаться уйти или снова открою рот, то он просто… убьёт её или… её младшего брата, который ещё даже школу не закончил. И виновата в этом была бы я одна, и я сдалась.

Он мог издеваться надо мной, мог ломать меня как физически так и морально, он мог делать со мной всё что угодно, я бы терпела, но не оставляла попыток освободить себя, но… никто не должен страдать из-за меня, никто не должен быть в опасности из-за меня, из одного лишь желания помочь мне. Я бы не простила себе, если бы хоть кто-то из моего окружения пострадал из-за меня и лишь поэтому я сдалась, лишь поэтому смирилась и опустила руки.

Брайан понимал, что физические наказания на меня действуют не так как он бы того хотел и он, наконец, нашёл точку, на которую он может бесконечно давить и таким образом полностью управлять мной и я уже не в силах ему помешать, потому что теперь я отвечаю не только за себя, не только за свою собственную жизнь, на которую мне уже плевать.

И я сдалась… я смирилась с заточением.

Но… у всего есть две стороны и я хотя бы исполнила свою мечту и поняла, что лично я не могу иметь всё сразу. Я не могу быть счастливой и успешной одновременно, я поняла, что мне всегда придётся делать выбор и… свой я уже сделала, а точнее его сделали за меня.

Стала ли я слабой? Да, это очевидно, Брайан сломал меня, сломал весь мой характер, он подстроил его под себя, он… сломал весь мой дух, всю меня и теперь я такая, какая я ему нужна. Сейчас я для него очень удобна. Он манипулирует мной, как только захочет, я, словно кукла в его руках и я, кажется, уже к этому