Серия "Афган. Чечня, Локальные войны-2". Компиляция. Книги 1-28 (СИ) - Пиков Николай Ильич

Паломничество заезжих представителей СМИ к Аллахвердиеву иссякло только после разгрома талибов в ноябре 2001 года. В конце ноября он получил подробную информацию о мятеже пленных талибов в Мазари-Шарифе. Это был первый за одиннадцать лет случай, когда он сам позвонил Георгию:

– Что я должен делать с «мазарийским Бадабером»? Это сейчас не интересует газеты. Не берут тему.

– Понимаю. Считайте, что мы просто проинформировали вас. Кстати, там был человек, которому вы, лично, дважды обязаны жизнью.

– Султан… Черт, что же…

Ироническое покашливание перед гудками отбоя подтвердило догадку. Аллахвердиев понял: пора возвращаться к нормальной жизни военного журналиста, опускаться на свой уровень. В этом нет большой беды. Еще никто не погиб в родном болоте, не удержавшись на высокой кочке, откуда и видно лучше, и квакать легче. «Спасибо, господи Иисусе, что все окончилось добром, за то, что в этом захолустье позволил мне скрипеть пером…» А насчет полного удовлетворения: между ног, между строк – невелика разница! Если все человеческое – культура, то и каждый акт – творчество. Что же, вставим между строк.

ДО «ЗВЕЗДЫ»!

(Из публикаций сугубо военной газеты)

«…В Афганистане, в провинциях Балх, Баглан и Кундуз, в течение последних трех лет размещались не менее десяти лагерей по подготовке воинов джихада. Здесь террористы устроили своеобразный Вавилон: арабы, узбекские экстремисты, чеченские боевики, наемники из стран Центральной Азии… Поэтому нанесение ударов с воздуха по провинциальным центрам Мазари-Шариф и Кундуз было в принципе оправданно. Однако у талибов было время для того, чтобы передислоцировать либо надежно защитить объекты возможных ударов.

Без малого месяц афганские «студенты» совершенствовали системы оборонительных сооружений, рассредоточивали группировки. Призвали и вооружили, по их словам, до 100 тысяч резервистов, готовясь к оборонительным боям.

Разумеется, бомбежками дела не решить. Более того, уже сейчас видно, что особого урона талибам они не нанесли. Например, разрушение электростанции больше скажется на жизни мирного населения – зима в Кабуле достаточно суровая, а дрова испокон веков продаются здесь на вес. И гуманитарная помощь в центральные районы Афганистана поступит не скоро. Сейчас силовой акцией против Афганистана руководят политики, а не военные, и это неизбежно запутывает ситуацию, в частности утерян фактор непрерывности давления на противника. Вместе с тем не стоит ожидать каких-либо резких поворотов в ситуации. Талибы будут продолжать боевые действия против Северного альянса, как и раньше.

Исламское движение «Талибан» и его пособники в лице наемников и террористов вряд ли рискнут войти в боевое соприкосновение с силовыми структурами Таджикистана и российским воинским контингентом, расположенным на таджикско-афганской границе. Они на протяжении многих лет могли неоднократно убедиться в том, что любая попытка прорыва внешнего южного рубежа СНГ бесперспективна. В настоящее время на линии таджикско-афганской границы установилось относительное затишье. На сопредельной стороне нет движения войск, артиллерийских дуэлей, боев местного значения. Но тишина обманчива хотя бы тем, что и талибы, и Северный альянс в целом в 70-километровой полосе к югу от границы с Таджикистаном – от Мазари-Шарифа до Талукана – сосредоточили не менее 20 тысяч бойцов с тяжелым вооружением, которого вполне хватило бы на две полнокровные мотострелковые дивизии по штату военного времени.

Что предпринимают в данной ситуации силовые структуры Таджикистана, 201-я мотострелковая дивизия и Группа российских пограничных войск? Прежде всего сохраняют абсолютное спокойствие и полную готовность пресечь любые провокации и акты агрессии. В остальном люди в погонах ведут обычный образ жизни и оружием не бряцают. Разумеется, ввиду большой протяженности границы Таджикистана с Афганистаном, пограничные войска республики приведены в состояние повышенной боевой готовности, на казарменное положение переведена часть подразделений МВД, усилена охрана жизненно важных объектов.

Смуту в общий деловой ритм, как ни странно, вносят… журналисты. В тот момент, когда «томагавки» и бомбы сыпались на Кабул и Кандагар, а это была глубокая ночь, несколько представителей телевизионных компаний появились у штаба 201-й дивизии с вопросами: «А вы что, спите? Почему никто не бегает, ведь бомбят Афганистан? Можно ли снять, как вы работаете?» Оперативный дежурный лаконично объяснил им, что журналисты могут возвращаться в гостиницу, которой ничто не угрожает, а дивизия не намерена «бегать» по ночам без очень существенных причин и соответствующего приказа. Еще одна группа военно-полевых «папарацци» попыталась проникнуть в учебный центр дивизии в пригороде Душанбе и даже проскользнула на его территорию окольными путями. Но немедленно твердо и вежливо была отправлена восвояси.

Нет оснований верить в то, что в Таджикистане найдет отклик призыв Усамы бен Ладена о начале «вселенского джихада». Здесь люди думают об ином: о хлебе насущном, о грядущей зиме. А лидер Партии Исламского возрождения Таджикистана Абдулло Нури прямо заявил о том, что бен Ладен не правомочен делать подобные призывы и настоящие мусульмане не будут внимать им».

Скоро уже месяц, как продолжаются американские бомбардировки Афганистана. Однако главная цель, которую в Вашингтоне поставили перед военным вторжением в эту страну, – поимка Усамы бен Ладена и уничтожение созданной им террористической организации «Аль-Каида» – так и не достигнута. Более того, министр обороны США Дональд Рамсфельд вынужден был признать, что победные реляции Пентагона по поводу хода военной кампании в Афганистане являлись преувеличением. «Террористическая организация «Аль-Каида», покровительствующее ей движение «Талибан», – заявил он, – контролируют основную часть Афганистана, располагают значительными силами и готовы к наземным действиям сил оппозиции». Между тем приближается зима, а в Афганистане не принято воевать в холодное время. Так что наблюдатели приходят к выводу, что в ближайшие месяцы флажки на картах передвигать не придется, – особых изменений в положении основных сил в Афганистане не произойдет.

Насколько этот прогноз оправдается, покажет время. Тем не менее центральноазиатские страны СНГ, оказывая посильную гуманитарную и военно-техническую помощь законному правительству Афганистана, вынуждены проявлять повышенное внимание вопросам укрепления своей безопасности.

Как заявил высокопоставленный представитель командования российской погрангруппы в Таджикистане, на сегодняшний день таджикско-афганская граница надежно и прочно прикрыта, а все попытки незаконного ее перехода в обоих направлениях жестко пресекаются. Так, в октябре были задержаны 42 нарушителя границы, пограничные наряды застав пять раз подвергались обстрелу с территории Афганистана, дважды вступали в боестолкновения с вооруженными бандами. Захвачено свыше 300 килограммов наркотиков, 14 килограммов взрывчатки, а также оружие и боеприпасы.

С высокого берега Пянджа хорошо видно днем и слышно ночью, чем живет приграничный север Афганистана. Через переправу в Ходжа-Багаутдин доставляются гуманитарные и военно-технические грузы. По меньшей мере дважды в неделю сюда прибывают на всевозможных легковых автомобилях журналисты, в подавляющем большинстве из дальнего зарубежья. Их чрезмерное количество в Ходжа-Багаутдине придает событиям особую окраску. Представьте себе линию фронта, вдоль которой курсируют… джипы с представителями прессы, вооруженными спутниковыми телефонами, мощной оптикой и самыми современными средствами передачи телесигналов. Но, похоже, это устраивает правительственную сторону, а также бен Ладена, который за каждого журналиста, работающего на стороне Объединенного фронта, пообещал 50 тысяч долларов – по афганским меркам сумму астрономическую.

Талибы, чьи гарнизоны по-прежнему стоят в непосредственной близости от таджикско-афганской границы, уже не испытывают шока от ракетно-бомбовых ударов американских ВВС, называя их в радиопереговорах то «дождичком», то «сильным ветром», и методически усиливают линии обороны. В последнее время они активно занимаются минированием местности, зная по опыту минувших лет, что минная война на севере Афганистана всегда приносила немалый успех.