Warhammer 40000: Ересь Хоруса. Омнибус. Том II - Дэн Абнетт

Подошла глава его говорящих со звездами, костлявая чогорийская женщина по имени Цзян-Цу.

— Каган, — обратилась она, низко поклонившись.

— Если нет новых сообщений, не беспокой меня, — резко произнес Хан, не отрывая взгляда от гололитов. — Я устал от слухов.

Говорящая со звездами не колебалась, как и все родичи, она привыкла сообщать неприятную правду королям-воинам.

— У меня приказы от лорда Дорна.

Хан обернулся к ней.

— И?

— Я лично истолковала их, — ответила она. — Содержание недвусмысленно, а его источник очевиден. Нам приказано вернуться на Терру, а также игнорировать все другие призывы к нашей верности, в особенности от магистра войны, который объявлен предателем вместе с любым Легионом, ответившим на его вызов. Нам приказано как можно быстрее прибыть к Тронному миру, где будут даны дальнейшие указания и объяснения.

Цинь Са удовлетворенно кивнул.

— Наконец. Что-то конкретное.

Хан по-прежнему не двигался.

— Когда вы получили эти видения?

— Менее часа назад. Все это время приходят новые, и все они того же содержания.

— Значит, помех больше нет.

— По-видимому, да.

— Значит, мой Каган, — высказался Цинь Са, — мы получили приказы.

Хан покачал головой.

— Нет, не получили.

Его кешик ничего не сказал. Воины бы не осмелились.

— Разве вы не видите, что здесь произошло? — сказал Хан, подойдя к краю командного балкона и холодно глядя в иллюминаторы, за которыми ждали корабли XX Легиона.

— Не понимаете, почему эти корабли ждут там, не отвечая на запросы и не предпринимая никаких действий?

Он снова почувствовал уколы старых обид, холодный гнев не пользующего уважением сына. За свою склонность к свободе, за скитания на грани досягаемости приходилось платить. Шрамы всегда все узнавали последними.

— Они не хотят сражаться с нами, — произнес Хан. — И не хотят присоединяться к нам. Им нужно вызвать у нас сомнения. Они хотят удержать нас здесь и сковать вопросами. А почему? Потому что они знают, что завеса исчезает, и эти сообщения только сейчас проходят через эфир.

Примарх повернулся к старшим офицерам. После стольких сомнений наконец наступила долгожданная определенность.

— Они манипуляторы, — его голос набирал силу. — Они хотели, чтобы мы получили сообщение от Дорна, и удерживали нас здесь, пока не убедились, что это произошло. Альфа-Легион хочет нашего возвращения на Терру. Вот какова их цель.

Минуту стояла тишина.

— Даже если так, — запинаясь произнес Цинь Са. — Разве мы не должны…

— Нет! — заревел Хан, давно пылавший гнев неожиданно вырвался наружу. — Я ни от кого не стану получать указания, даже от Тронного мира, который только сейчас, именно сейчас, когда его Легионы рвут друг друга на части, соблаговолил вспомнить, что у него есть восемнадцать сыновей-воинов.

Он стремительно развернулся к перепуганному экипажу мостика, за спиной колыхнулся плащ.

— Вы не рабы, — сказал он тихим, но твердым голосом. — Вы — орду Джагатая. Мы ни от кого не станем получать приказы и распоряжения. Мы сами по себе, так было всегда, и если надо найти истину в этой ситуации, мы найдем ее для себя.

Он взглянул на Цинь Са.

— Отдай приказ, — сказал он. — Маневр цзао, как и мы решили.

Затем успокоившийся Хан повернулся к пустоте, которую вскоре осветят многочисленные огни двигателей космических кораблей.

— Займите свои посты, — приказал он мрачно. — Пришло время напомнить нашим братьям, на что мы способны.

9

НЕПОДХОДЯЩИЙ МОМЕНТ

ДРЕЙФ

КЛИН

Торгун проскользнул в назначенное для встречи помещение в недрах «Звездного копья», двигаясь настолько тихо, насколько позволял недавно отремонтированный силовой доспех. Из-за внезапно хлынувшего потока приказов и планов развертывания у него не осталось времени должным образом подготовиться.

Белый Шрам включил свет, обнаружив в комнате еще одного легионера.

— Торгун-хан, — поздоровался Хибу, поклонившись.

— Хибу-хан, — ответил Торгун в чогорийской манере и закрыл за собой дверь.

— Странное время для встречи, брат, — сказал Хибу.

— Ты знал о Руссе? — спросил Торгун. — Скажи мне, если это так, у нас не должно быть секретов.

— Нет. Но мы знали, что-то должно случиться, а причиной мог стать в числе прочих и Волчий Король.

Торгун покачал головой.

— Я никогда бы не… Я не думал, что это будет он. У меня было предчувствие, что начнется с кого-то другого. Возможно, с Кёрза.

Он побарабанил пальцами, пытаясь успокоиться.

— Мы должны выступить против них. Не понимаю, почему мы медлим.

Через вокс шлема Хибу раздался тихий металлический смех.

— Посмотри в иллюминаторы. У нас гости.

— Это беспокоит меня. Они за магистра войны? Или же с Волками? Что они, черт возьми, творят?

— Альфа-Легион сцепился с Волками. Не думаю, что встреча была дружественной.

— Тогда мы должны покинуть систему! — выпалил Торгун, резко повернувшись к Хибу. — Момент подходящий. Для чего мы встретились, если не для того, чтобы воспользоваться им?

Хибу схватил Торгуна за руку.

— Успокойся. Твое волнение недостойно.

— Недостойно! Это очень важный момент, а ты, кажется, этого не понимаешь.

— Думаю, я понимаю больше тебя, — сказал твердым голосом Хибу. — Мы поймем, когда наступит время. Мне сообщат об этом.

— Как? — спросил Торгун. — Как ты получишь эту информацию? Мы не обсуждали это на собрании ложи. Тебе нужно быть более откровенным со мной.

— Когда это закончится, — сказал Хибу, — когда мы решим эту проблему, я покажу тебе. Я и так собирался. Но послушай меня, еще не время. Это камешки, которые вызовут лавину. Если мы выступим раньше времени, тогда все погибнет. Скажи мне, ты любишь Терру? А Империум?

Торгун чуть не ударил его.

— Ты знаешь, что люблю, — ответил он, стряхнув руку Хибу.

— Тогда возьми себя в руки, — Хибу спокойно взглянул на него. — В данный момент мы не предпринимаем никаких шагов. Только, как и прежде, следуем приказам и взаимодействуем. А пока можешь провести немного времени с чогорийцами, ты бросаешься в глаза, как огрин в салоне красоты.

Торгун пытался успокоиться.

— Мне было предназначено служить в другом Легионе, — пробормотал он.

— Чушь! — выпалил Хибу. — Ты мне уже рассказывал эту историю, и я ответил точно так же.

Он подошел, голос стал тише.

— Судьбы не существует — ты легионер Белых Шрамов. Можешь принять это и сыграть свою роль в грядущих событиях или же остаться в стороне и ничего не делать.

Мысли Торгуна невольно вернулись к перевалочным ангарам Луны, когда впервые увидел транспортный корабль V Легиона, который навсегда забрал его из Солнечной системы. Он вспомнил увиденный символ молнии и каким ребяческим он ему тогда показался — золотой, белый и красный. Детские цвета.

— Они верят в судьбу, — сказал Торгун. — Все без исключения, этому их учат заклинатели погоды. Требования времени, воля небес. Если один из провидцев прикажет, они с радостью отправятся в ад. Вот что я никогда не пойму. Ты знаешь, что над нами смеются другие Легионы? Смеются.

Он покачал головой.

— Это нужно изменить, брат. Это можно изменить, но только если магистр войны…

— Тише, — прошипел Хибу, предупреждающе подняв палец. — Не здесь, не за пределами ложи.

Он глубоко и устало вздохнул.

— Будем ждать решения Кагана. Он либо отправится за Руссом, либо тянет время.

— А что с Альфа-Легионом?

Хибу фыркнул.

— Кто знает? Они что-то замышляют, но понять их непросто.

Дисплей шлема Торгуна неожиданно вспыхнул передачей приоритетного приказа. По молчанию Хибу можно было сказать, что другой хан тоже получил его.

Флотский маневр по схеме цзао, начать в Т-минус четыре. Занять посты. Действовать быстро и уверенно, за Боевого Ястреба и Императора.

Они посмотрели друг на друга.

— Похоже, Каган соглашается с тобой, — сказал Торгун, быстро направляясь к двери.

— Точно, — ответил Хибу, следуя за ним. — Альфа-Легион. Интересно, они знают, что на них обрушится?

Торгун глухо рассмеялся. Он ценил определенные качества своих братьев по Легиону — получая свободу действий, они ни разу не дали ему поводов сомневаться в своей свирепости, быстроте, экспансивности. Торгун вспомнил Шибана в каньонах Чондакса. При всем недовольстве непрерывным наступлением чогорийского хана, он немного завидовал его наслаждению битвой.

«Смейся, когда убиваешь».

Это ему сказал Торгун. Совет был необычным, но довольно искренним. Он задумался, где сейчас Шибан и какую роль он сыграет в предстоящем маневре.