Шесть причин, чтобы остаться девственницей - Луиза Харвуд

Сэм подтянулся на руках, вспрыгнул на платформу и, встав рядом с Эмили, обнял ее за талию. Эмили прижалась к его теплому боку; ей было так хорошо и спокойно и совсем не хотелось задавать вопросы, допытываясь, что она должна разглядеть в темном саду.

— Видишь арки, разделяющие сад? — спросил Сэм. Эмили кивнула. — Они увиты розами. Такие же розы я принес тебе сегодня утром, но те, что растут в саду, еще не раскрылись, они только начинают расцветать.

Эмили снова кивнула. При свете луны она хорошо видела высокие арочные проемы, сплошь усыпанные розовыми бутонами. У большинства лепестки были плотно сомкнуты, и только на одной арке на фоне темной зелени покачивался распустившийся цветок.

— Это особенные розы, — сказал Сэм. — Один из трех новых сортов, которые мы представляем в Челси. А знаешь, почему отец был недоволен, когда узнал о твоей вечеринке? Вовсе не из-за того, что я не поехал на выставку. Он рассердился, когда я сказал, что там не будет тебя.

— Почему?!

— Потому, что это нарушает традицию.

Эмили еще плотнее прижалась к груди Сэма и приготовилась слушать, еще не вполне понимая, что он собирается сказать, но догадываясь — речь пойдет о ней.

— Это твоя роза, — сказал Сэм. — Она названа Эмили — в честь тебя. И по традиции, если сорт назван именем реально существующего человека, он обязательно должен присутствовать на презентации. Правда, человеку, удостоившемуся такой чести, обычно сообщают об этом заранее. Однако я нарушил все традиции, — Сэм вздохнул. — Я подумал, что ты должна узнать о существовании Эмили в день твоего рождения. Но и сегодня утром я тоже ничего не сказал. Ты не представляешь, какого труда мне стоило промолчать. Поэтому я и сбежал — если бы остался еще хотя бы на минуту, обязательно бы проговорился. — Сэм виновато улыбнулся. — А мне хотелось, чтобы ты вместе со мной увидела их здесь, в саду.

— О, Сэм, — Эмили отстранилась и сурово посмотрела на него, — как ты мог так поступить? Утаить от меня такую важную вещь!

Эмили вывернулась из его объятий, и не успел Сэм сообразить, что происходит, как она спрыгнула с платформы и исчезла в темноте.

— Эмили! — вскрикнул Сэм и сиганул вслед за ней. — Ты ненормальная, — с облегчением выдохнул он, видя, что Эмили благополучно приземлилась на мягкую траву.

— Я все рассчитала, — она рассмеялась, видя его испуганное лицо, — и не сомневалась, что меня ждет мягкая посадка. А теперь я желаю взглянуть на Эмили поближе.

Сэм осторожно согнул стебель единственного распустившегося цветка, и Эмили, приподнявшись на цыпочки, вдохнула сладкий аромат.

— Какое чудо, — прошептала она. — Спасибо, Сэм.

— Ты сначала прочитай описание Эмили в каталоге, — усмехнулся Сэм. — Возможно, после этого тебе не захочется меня благодарить.

— Спасибо, спасибо, спасибо, — Эмили обняла его.

Сэм прижал ее к себе, на секунду замер, потом наклонил голову и коснулся губ Эмили легким поцелуем.

— А что должна сделать я? — спросила Эмили, глядя на него снизу вверх. — Полагаю, если девушка получает в подарок розу, названную в ее честь, она должна как-то отблагодарить садовника. А, Сэм, как ты считаешь?

— Непременно. Поцелуй меня.

Эмили послушно исполнила приказание Сэма.

— Так. А дальше, что мы делаем дальше? — спросила она.

— Теперь ты положишь руку мне на плечо, — прошептал Сэм, беря ее за руку. Эмили вскинула обе руки и обвила его шею. — И я снова поцелую тебя. И снова, и снова, и снова, — он покрывал поцелуями ее лицо. — Я буду целовать тебя снова и снова и больше никогда никуда не отпущу.

Они стояли посреди огромного сада, залитого лунным светом, — Эмили босиком, Сэм в одной рубашке — и целовались, долго, очень долго — до тех пор, пока одних поцелуев стало недостаточно. И тогда Эмили взяла Сэма за руку и повела за собой — под зеленые арки, увитые ее розами, на поляну к маленькому садовому домику.

Когда они подошли к крыльцу, Эмили первой взбежала по ступенькам и открыла двери. И казалось вполне естественным, что это она первой вошла в домик и потянула за собой Сэма. Возле одной из стен были сложены плетеные стулья, а вдоль другой лежала гора подушек для шезлонгов. И вновь Эмили, а не Сэм, подошла к подушкам, сгребла их в охапку и бросила на пол. Опустившись на подушки, она взглянула на стоящего в дверях Сэма.

— Иди ко мне, — Эмили протянула к нему руку.

Сэм присел рядом. Эмили видела смущение и неуверенность на его лице.

— Все из-за роз, — улыбнулась Эмили. — Видишь, что бывает, когда ты даришь девушке розу.

— Эмили, Эмили, Эмили, — застонал Сэм и прижался лбом к ее плечу.

— Да, Сэм, — Эмили обняла его, — я знаю, тебя волнует, правильно ли ты поступаешь. Правильно, ты все делаешь правильно. Мы все делаем правильно. Тебе не нужно волноваться, потому что я уверена: это должно произойти именно так и это должен быть именно ты. Ты — тот, кого я ждала, и ты единственный, кто мне нужен.

Сэм осторожно взял лицо Эмили в свои ладони и, заглянув ей в глаза, поцеловал долгим и нежным поцелуем. Тело Эмили содрогнулось от острой волны желания, и все у нее внутри раскрылось навстречу Сэму. Руки Эмили скользнули ему под рубашку, она почувствовала, как Сэм учащенно дышит, как поднимается и опускается его грудь.

— Ничего не говори, — прошептала она. — Тебе не надо произносить правильные слова, не надо доказывать, что любишь меня, и, уж конечно, тебе нет необходимости говорить, что женишься на мне; ты даже можешь не клясться, что уважаешь меня и к утру твое уважение не растает как дым.

Сэм ничего не сказал. Он просто провел рукой по ее шее и плечам, по груди и животу и осторожно коснулся бедер. Она быстрым движением скинула платье через голову и притянула Сэма к себе. Эмили больше не хотелось быть ласковой и нежной, она чувствовала непреодолимое желание слиться с ним и безоглядно отдаться бурной страсти.

Позже Сэм поднялся с подушек. Эмили слышала, как он роется на полках в дальнем углу домика, потом почувствовала, как он бережно укрывает ее теплым одеялом, а потом уснула в его объятиях.

На рассвете она снова проснулась, и в ту же минуту Сэм открыл глаза. Он взглянул на лежащую рядом Эмили и улыбнулся. В его улыбке было столько любви и столько счастья, что на глазах у Эмили навернулись слезы.

— К сожалению, я не могу предложить на завтрак теплые круассаны и клюквенный пирог, — сказал Сэм, целуя ее в макушку. — Но я сейчас сбегаю в дом, принесу кофе и тосты.

Эмили натянула одеяло до подбородка и еще плотнее прижалась к Сэму.

«Интересно, — думала она, — я изменилась? После того, что произошло, я стала другой?»

Нет, она знала, что это не так. Дело не в ней, она осталась прежней. Изменилась ее жизнь. Потому что в ее жизни появился Сэм. И отныне она больше не одинока.