Шесть причин, чтобы остаться девственницей - Луиза Харвуд

Открытие было назначено на двадцать пятое мая — день рождения Эмили. Холли, Кэтлин с Леоном и Рейчел должны были приехать из Лондона. К сожалению, Джо-Джо, которая все еще снимала свой фильм где-то в дебрях Южной Африки, не могла присутствовать на торжестве. Друзья надеялись, что презентация сама собой перейдет в праздничную вечеринку, и, конечно же, у них возникали разные фантазии на тему встречи Эмили и Сэма, которая тоже сама собой превратится в начало их счастливого романа. Однако на этот раз подруги не мучились возбужденным ожиданием, обычно терзающим заговорщиков, — ничего похожего на то, что они пережили, пытаясь свести Эмили и Оливера.

Двадцать пятого мая Эмили пришла в магазин в семь утра. Ей предстояло разложить товар на полках небольшого стеклянного комода — изящная вещь, сделанная на заказ, но несколько запоздавшая с прибытием-комод привезли только накануне вечером. Примерно час Эмили потратила на то, чтобы вымыть и до блеска отполировать каждую полочку, и еще два часа на оформление этого сияющего чуда. На верхней полке она расставила духи, туалетную воду и прочую изысканную парфюмерию, которая, безусловно, потрясет жителей Сент-Брайдза, на остальных разместила бархатные футляры с ювелирными украшениями. Среди них не было шедевров от месье Жерара — он работал над несколькими изделиями, но пока не успел ничего прислать, — однако Эмили заключила контракты с местными ювелирами, которые снабдили ее очень милыми вещицами. Жемчужиной коллекции были ожерелья замечательного мастера из Ладлоу, которого отыскала, естественно, Дженнифер.

Эмили работала все утро, В полдень она выскочила в соседнее кафе, быстро проглотила сандвич с беконом, выпила чашку чая и вернулась в магазин. Эмили была абсолютно счастлива: солнечные лучи насквозь пронизывали комнату, играя яркими бликами на многочисленных зеркальных поверхностях, из радиоприемника лилась тихая музыка, и Эмили, напевая себе под нос, раскладывала товар на витрине своего магазина. Вскоре должны были привезти еще один заказ, который Эмили, отбросив в сторону соображения экономии, сделала на сегодняшний день. «Веселая медуза» — местная фирма по обслуживанию пикников — взялась доставить фрукты, пирожные и шампанское, а также всю необходимую посуду и хрустальные бокалы, чтобы торжественно разлить благородный напиток.

Вскоре явился посыльный с букетом от Артура и Дженнифер, затем еще один, который завалил Эмили цветами, отправленными от имени Рейчел, Холли, Джо-Джо и Кэтлин. После его ухода прошло минут десять, и снова раздался звонок в дверь. Эмили подняла голову и сквозь стекло увидела стоящего на крыльце Сэма.

Эмили на подгибающихся ногах подошла к двери. Ключ почему-то никак не хотел вставляться в замочную скважину. Она сражалась с замком, пытаясь неловкими пальцами повернуть ключ, и при этом не отрываясь смотрела на Сэма.

«Сэм пришел. Наконец-то он пришел, — словно заезженная пластинка, повторяла про себя Эмили. — Сэм, наконец-то он здесь». Эмили удивлялась, как она могла так долго ждать, как у нее хватило сил столько недель не видеться с Сэмом, с ее Сэмом.

— Ты выбрала самый удачный день для открытия магазина — день начала цветочной выставки в Челси. Представляешь, какие эпитеты мне пришлось выслушать от отца, когда он узнал, что вместо выставки я отправляюсь на вечеринку?

— О нет, — расхохоталась Эмили. — Извини. Ты не должен был отказываться от поездки. Если бы ты не пришел, я бы поняла.

— Отец тоже понял, когда я сказал, чья это вечеринка.

Сэм протянул три розы, завернутые в хрустящую голубую бумагу, — три цветка с нежными лепестками, бледно-розовыми по краям и чуть более темными ближе к центру, которые источали восхитительный, тонкий и легкий аромат. Передавая букет, он провел пальцем по одному из цветков и, склонив голову, вдохнул чудесный запах.

— Они напоминают мне об Эмили.

— Спасибо, Сэм. Удивительно красивые розы.

— Мне пора, — произнес он извиняющимся голосом. — Я забежал всего на минутку — подарить цветы, не хотелось ждать до вечера. Мы увидимся вечером? — полувопросительно сказал Сэм и добавил, не дожидаясь ответа: — А сейчас мне правда надо идти.

— О, мне бы очень хотелось поехать с тобой. Ты же знаешь, как я мечтала увидеть «Тревисси» летом. Я с таким нетерпением ждала лета. — Эмили смущенно кашлянула, не понимая, откуда у нее в голосе появилась эта натянуто-вежливая интонация.

— А-а, — протянул Сэм, — так вот чего ты ждала. Ну, сейчас самое время — сад в полном цвету. Приезжай, когда захочешь.

— Завтра?

Сэм молча кивнул, неловко переступил с ноги на ногу и обвел магазин восторженным взглядом.

— Фантастика. Поверить не могу, что это та же самая мрачная лавка. Вот увидишь, покупатели будут толпами ломиться в твой салон.

— Сэм, — начала Эмили, толком не зная, что собирается сказать, но ясно понимая — последнее слово за ней и на этот раз шаг навстречу должна сделать она. — Я соскучилась. Я все время думала о тебе, с тех пор как переехала в Сент-Брайдз… Я очень рада тебя видеть, — добавила она, снова соскользнув в официальный тон.

Сэм оторвался от разглядывания прилавка и взглянул на Эмили. И вдруг его лицо озарилось улыбкой, в глазах появилось выражение безумного счастья, он сделал шаг вперед и замер.

— Я тоже. Ты даже не представляешь, как я соскучился. Но сейчас, моя дорогая Эмили, я должен идти. Увидимся вечером.

И прежде чем Эмили успела остановить его, Сэм развернулся и сбежал по ступенькам крыльца, бросив напоследок, что обязательно придет вечером.

Покончив с последними приготовлениями к вечеринке, Эмили вернулась в Доджер-Пойнт. Артур уже был дома. Дожидаясь прихода Дженнифер, они сидели на кухне. Эмили была в приподнято-возбужденном настроении и болтала без умолку. Артур прекрасно понимал, что причина столь несвойственной Эмили говорливости кроется отнюдь не в волнении по поводу сегодняшнего торжества, вовсе не из-за предстоящей вечеринки сестра вдруг лишилась аппетита и не смогла проглотить ни куска. Слушая Эмили, он иногда вставлял короткие реплики, хмыкал и поддакивал, но чаще просто молча улыбался и кивал головой.

Но как только Дженнифер переступила порог дома. Артур решительно прервал нескончаемый словесный поток и чуть ли не силой затолкал сестру в комнату, приказав одеваться и готовиться к выходу. Оставшись одна в своей крохотной спальне, Эмили прилегла на кровать и закрыла глаза, пытаясь хоть немного успокоиться. Затем снова поднялась и быстро скинула с себя одежду. Понравится ли Сэму то, что он увидит, думала Эмили, стоя перед зеркалом и окидывая внимательным взглядом свое обнаженное тело: высокая грудь, тонкая талия, стройные ноги и молочная белизна кожи, переходящая в золотисто-коричневый загар вокруг шеи, плеч и кистей рук; она повернулась и взглянула на себя в профиль: плавная линия бедер, крепкие маленькие ягодицы… Интересно, что кроется за понятием «любить»? Нет, не с философской точки зрения, каковы физические ощущения, что это такое — «заниматься любовью»? Каким он будет, ее первый раз, что она почувствует — боль? Или переживет невероятный, ни с чем не сравнимый восторг? По словам Холли и Кэтлин, первый раз редко доставляет удовольствие. Или если это произойдет с Сэмом, то что бы ни случилось, она все равно будет счастлива?