Когда гремели пушки - Сергей Бирюзов

В ночь с 6 на 7 мая А. М. Василевский и Ф. И. Толбухин выехали на передовой командный пункт фронта, оборудованный на Балаклавских высотах. Я же с начальником разведки еще раньше их обосновался на наблюдательном пункте генерала Кошевого - в 63-м стрелковом корпусе. Этот корпус в составе 51-й армии должен был наступать на Сапун-гору.

Задолго до рассвета саперы 12-й Мелитопольской штурмовой инженерно-саперной бригады под командованием полковника П. Г. Павлова проделали у подножия Сапун-горы более десяти 15-метровых коридоров в многорядных проволочных заграждениях противника.

Ими же были разведаны проходы в минных полях. Эта нелегкая, стоившая крови подготовка, осуществленная саперами, позволила головным частям 77-й стрелковой дивизии под командованием полковника А. П Родионова в течение нескольких минут достигнуть первой линии вражеских траншей.

7 мая утром наши войска перешли в наступление по всему фронту. И повсеместно противник оказал им сильное сопротивление.

С нашего наблюдательного пункта было хорошо видно Сапун-гору. Она вся окуталась дымом и пылью. То и дело фашисты выскакивали из укрытий, пытаясь контратаковать наши части. Завязались кровавые рукопашные схватки...

Уже вечерело, когда на гребне Сапун-горы в полосе наступления 51-й армии затрепетали красные флаги. Почти одновременно с этим несколько южнее поднялись на Сапун-гору и высоту Карагач головные части 11-го стрелкового корпуса Приморской армии

8 числе первых достигли этого заветного рубежа подразделения героев Сталинграда - капитана Шилова, старшего лейтенанта Калиниченко, лейтенанта Дзигунского. Здесь же оказался и взвод разведки 953-го стрелкового полка 257-й стрелковой дивизии, тот самый, что отличился еще осенью, первым перейдя вброд ледяную воду Сиваша и проложив путь на плацдарм передовым частям 51-й армии. Взводом по-прежнему командовал лейтенант М С. Головня. И, как всегда, бок о бок с лейтенантом шли удальцы разведчики старший сержант Николай Гунько, получивший прозвище "Кошка-2", и солдат Илья Поликахин - комсорг взвода.

При штурме Сапун-горы Поликахин получил ранение в голову, но остался в строю. Вместе со своим взводом он, опять-таки в числе первых, достиг Севастополя и участвовал в жарком бою за вокзал Там разведчикам удалось спасти большое количество оборудования крымских санаториев, которое фашисты сперва хотели вывезти в Германию, а когда расчеты на эвакуацию провалились, решили уничтожить...

Красноармеец Илья Иванович Поликахин был у нас на фронте человеком приметным В газетах печатались его стихотворения. Одно из них, написанное в 1943 году, как раз накануне Крымской операции, автор подарил мне совсем недавно, когда мы встретились уже в Москве. Вот оно:

Я иду путем военным, жестким

Тяжести походов на плечах,

У меня в билете комсомольском

Крепкий, четкий профиль Ильича.

Я смотрю - и трудно наглядеться:

Головы знакомой поворот,

Ленин! Он всегда со мной, у сердца,

Учит, направляет и ведет.

Я ему шепчу совсем по свойски:

"Скоро песни счастья зазвучат "

У меня в билете комсомольском

Крепкий, четкий профиль Ильича!

Но, по правде сказать, популярность Ильи Ивановича Поликахина среди его фронтовых друзей и начальников определялась не столько принадлежащими ему проникновенными поэтическими строками, сколько славными боевыми делами. За время войны он семь раз был ранен, многократно контужен и, неизменно возвращаясь в строй, дрался с врагом, не ведая страха. За проявленное в боях мужество И. И. Поликахин удостоился высшей награды, по представлению командования 4-го Украинского фронта Президиум Верховного Совета СССР присвоил ему звание Героя Советского Союза.

В настоящее время Илья Иванович проживает в Московской области. Несмотря на инвалидность, ведет большую общественную работу, часто выступает перед школьниками, молодыми рабочими и колхозниками с рассказами о Великой Отечественной войне Прославленный участник штурма Сапун-горы - всегда желанный гость в частях Московского военного округа. В газетах по-прежнему печатаются стихи и статьи И.И. Поликахина.

Из других героев штурма Сапун-горы не могу не вспомнить здесь рядового 105-го полка 77-й стрелковой дивизии Ивана Карповича Яцуненко. Почти у самой вершины он принял красный флаг из слабеющих рук сраженного пулей парторга роты старшего сержанта Евгения Смеловича и в тот же момент услышал позади удивительно знакомый голос:

- Правильно, сынок! Неси дальше.

Яцуненко повернулся и увидел родного отца. Но тут же разорвалась вражеская мина, и отец свалился замертво рядом с парторгом.

Иван Карпович одновременно с тт. Дробяско и Бабожановым водрузил штурмовое знамя на вершине Сапун-горы, а потом получил ранение и попал в госпиталь. Долгое время Яцуненко считался погибшим и на гранитном памятнике павшим героям штурма Сапун-горы была высечена его фамилия Только спустя десять с лишним лет однополчане разыскали Ивана Карповича и сообщили ему, что он удостоен звания Героя Советского Союза. Подвиг И. К. Яцуненко запечатлен и в замечав тельной диораме, написанной коллективом художников студии им. Грекова под руководством П. Т. Мальцева, которая установлена ныне в мемориальном музее на Сапун-горе.

Штурм Сапун-горы нашими войсками - одна из блестящих страниц в истории Великой Отечественной войны. В 1942 году гитлеровцы в течение длительного времени вели на нее наступление, потеряли здесь десятки тысяч своих солдат и офицеров, но желаемого результата не добились. А вот нам удалось овладеть этой сильно укрепленной высотой в течение одного дня!

Со взятием Сапун-горы путь на Севастополь был открыт. Во второй половине дня 8 мая командующий 51-й армией ввел в бой второй эшелон Свежие части развили успех и прорвались к внутреннему оборонительному обводу Севастополя.

В то же время действовавший на правом фланге 51-й армии 1-й гвардейский стрелковый корпус овладел рядом высот, расположенных северо-восточнее города, и тем самым расколол на две части северную группировку противника.

Дивизии 2-й гвардейской армии также продвинулись вперед, преодолели Мекензиевы горы и прорвали внешний оборонительный обвод вражеских укреплений.

Утром 9 мая наша авиация нанесла новый сильный удар по единственному оставшемуся в руках противника аэродрому на Херсонесском мысу, а также по его войскам и кораблям. 2-я гвардейская армия под прикрытием артиллерийского огня прорвалась к Северной бухте и приступила к форсированию залива. Первыми на Корабельную сторону переправились два полка 24-й гвардейской стрелковой дивизии под командованием полковника Г. Я. Колесникова и к вечеру полностью очистили от гитлеровцев весь этот район.