Путешествие по чашам весов. Левая чаша 2 - Ёжи Старлайт

— Тогда не тяни, а начинай прямо сейчас. У нас с тобой несколько часов, а может, и того меньше.

Поздно ночью, когда на корабле все заснули, Комда покинула свою каюту. Она чуть задержалась около дверей, дожидаясь, когда они закроются, а потом тихо пошла по коридору. Центральное освещение на корабле было выключено. Горели только дежурные огни. По пустым и полутемным коридорам Комда неторопливо шла в каюту, где Энди уложил отдыхать маленького Гидо. Она направлялась туда с конкретной целью: стереть память ребенка. Не полностью, конечно. А только ту ее часть, которая могла травмировать мальчика. Пусть со стороны ее намерения и могли показаться жестокими, но она не собиралась отступать от своего решения. Комда приняла его давно, еще до прилета космического модуля. Мальчик был слишком мал, чтобы понять все происходящее. Гидо предстояло жить на Соурсе. В том времени, которое здесь существовало. В той цивилизации, которая была здесь построена. Без космических кораблей, пугающих трансформаций и… тяжелых воспоминаний.

Женщина открыла дверь в каюту. Гидо продолжал крепко спать с тех самых пор, как она усыпила его. Энди, для которого не существовало поручений, с которыми он не смог бы справиться, искупал ребенка, завернул в теплое одеяло и уложил на диван. Он даже положил на краю постели твердый валик, чтобы мальчик, случайно повернувшись, не упал на пол. Комда осторожно подошла и склонилась над ребенком. Впрочем, в ее осторожности не было необходимости. Ничто не могло разбудить его. Только она сама. Посмотрев на отмытое личико, женщина с трудом узнала ребенка. Давняя и совсем свежая грязь исчезли с его лица и тела. Теперь Гидо мог продемонстрировать всем милую розовую мордашку с маленьким курносым носиком и пухлыми губами. Волосы пушистым ворохом окружали его лицо, а длинные ресницы лежали на щеках. Комда мягко улыбнулась и положила руку ему на лоб. Она закрыла глаза и сосредоточилась. Веки женщины были плотно закрыты, но глаза под ними продолжали двигаться.

Комда недолго находилась в таком состоянии. Скоро она вновь открыла глаза, ласково погладила ребенка по голове и так же тихо, как и вошла, покинула комнату. Посещение маленького Гидо не было ее единственной целью. Она продолжила путь по сумрачным коридорам корабля. Только раз она чуть задержалась около каюты, в которой увидела Энди. Андроид стоял посередине комнаты, а вокруг него на одинаковом расстоянии располагались походные рюкзаки членов отряда. Он доставал какие-то вещи из специальных отсеков хранилища и раскладывал их по рюкзакам. У андроида было такое задумчивое и сосредоточенное лицо, что женщина не стала ему мешать, а тихо проскользнула мимо.

Миновав еще несколько кают, она остановилась около той, что была расположена в самом конце коридора. Женщина чуть помедлила и надавила на кнопку, открывающую двери. Створки скользнули в стороны, и она зашла в полупустое помещение. Здесь не было ничего, кроме прозрачных узких капсул. У всех, кроме одной, крышки были сдвинуты в сторону. Она подошла к той единственной, которая была плотно закрыта. Сквозь прозрачный, как вода, материал виднелось лицо командира Озгуша. Женщина замерла в молчании, опустив голову и сложив на груди руки. Она не заметила, сколько простояла вот так, грезя наяву. Из состояния задумчивости ее вывел Энди. Рука опустилась ей на плечо и чуть встряхнула застывшее тело. Комда повернула голову. Мужчина сказал:

— Скоро утро. Ты так и не отдохнула. Стоишь здесь больше часа.

— Вагкхи кремируют погибших. Я больше никогда не увижу Озгуша.

— Он всегда будет в твоем сердце. Так же, как и те, кого ты потеряла до него. Ты знаешь это не хуже меня. — Энди выдержал небольшую паузу, а потом спокойно добавил: — И не вздумай опять погрузиться в состояние самоуничтожения и вины. Мстив рассказал мне, что творилось с тобой после смерти адепта Рёдзэна. Ты измучила вагкхов и себя довела до нервного срыва.

— Как я обходилась все это время без твоих поучений и критических замечаний? Кого ты воспитываешь, когда меня нет рядом? Озби?

— Он, в отличие от тебя, прислушивается к моим словам. Озби аналитик и понимает, что в моих словах всегда присутствует здравый смысл и логика.

— Не обижайся, Энди. Я знаю, что ты прав, а спорю скорее по привычке.

Андроид снова положил руку ей на плечо:

— Пойдем, Комда. До того как все проснутся, осталось совсем мало времени. Тебе нужно отдохнуть. Ты явно не высыпалась в последнее время. Я уже не говорю о том, сколько сил ты потратила на лечение. До Хайбуна осталось идти несколько дней. Ты хочешь добраться туда еле живой от усталости?

Женщина не стала больше спорить. Она дотронулась пальцами до прозрачной крышки капсулы, скрывающей тело Озгуша, мысленно еще раз простилась с ним и повернулась к Энди. Он уже открыл дверь и ждал ее, стоя на пороге каюты.

Глава 35. Хайбун

Комда спала, и ей снился странный сон. Словно она идет вдоль высокого забора и беседует с кем-то хорошо знакомым, не смотрит на своего собеседника, а только слышит его голос. Забор все длится и длится. Вдруг этот человек произносит: «Как жаль, что мы не можем увидеть, что находится за ним!» Она в ответ на его замечание смеется и весело отвечает: «Почему не можем? Это же так легко!» Чуть напрягается и взлетает. За забором оказывается сад. Деревья в нем высокие и сразу видно, что старые. Но в этом нет ничего странного. Она почему-то знает, что так и должно быть. Странным оказывается то, что все деревья цветут. Причем цветы на каждом дереве отличаются от соседнего. Но все они удивительно красивы: белые, розовые, темно-малиновые. В душе ее поднимается восхищение. Нет, восторг. И появляется удивительная легкость, какая-то внутренняя гармония.

Полет над садом все еще продолжался, когда она почувствовала, что кто-то трясет ее за плечо. Комда с трудом отогнала от себя удивительный сон и открыла глаза. Над ней склонялся Йяццу. Мужчина осторожно сжимал ее плечо.

— Комда, проснись. Я хочу кое-что показать тебе. Ты художник и сможешь оценить это.

Женщина неохотно приподнялась и села:

— Что случилось, Йяццу? Что ты хочешь показать?

— Пойдем. Ты увидишь все сама.

Комда выбралась из-под плаща, которым укрывалась во время сна, и пошла следом за Йяццу. Ей так сильно хотелось спать, что она с трудом удерживалась, чтобы не зевать на каждом шагу. А все потому, что последние два дня они шли с раннего утра до ночи, почти не делая остановок. Путешественникам хотелось побыстрее попасть в