Дело о свалке токсичных заклинаний - Гарри Тертлдав

– …подло, как змеи, – подхватил я. – Надеюсь, вы сообщили об этом легату Кавагучи. Стоит одной шайке изобрести трюк, через неделю им будут пользоваться все. – И тут мне пришла в голову еще одна мысль. – Но как они вообще добрались до печатей Гермеса? Ведь у вас такие мордовороты на входе!

– Их усыпили! – Арнольд сказал это так, словно сам себе не верил. – Какой-то особый вид сонного заклинания – судмагэксперты Кавагучи пока не сообщили мне результатов. Мое сердце учащенно забилось: точь-в-точь как похитители Джуди! Я записал информацию, чтобы не забыть, и поклялся себе позвонить Человеку в Штатском – Джонсону, как только закончу разговор с Арнольдом. Но прежде я должен был задать еще один вопрос:

– Какая именно змея укусила вашего охранника?

– Кайсака, – ответил Арнольд. – Отвратительная тварь. Ее яд вызывает такое внутреннее кровотечение, как будто внутри сидит вампир. К счастью, она родственница нашей гремучей змее, так что заклинание противоядия оказалось достаточно эффективным. Состояние у Джерри критическое, но врачи все же считают, что он выкарабкается.

– Рад это слышать, – сказал я. – Но почему именно кайсака? Почему не обычная гремучка?

– Во-первых, кайсака гораздо более ядовита, а это-то и было нужно ублюдкам. А во-вторых, если заклинатели из Ацтекии, с кайсакой им гораздо легче справиться, чем с нашими змеями.

– А если не из Ацтекии, значит, они сделали это нарочно, чтобы мы подумали, что они из Ацтекии. – Я вспомнил о пере кецаля. До сих пор я в первую очередь подозревал персов. Не стоит ли изменить точку зрения? Хотя, с другой стороны, персы – народ коварный: если они могут скрыть свои интриги, подставив кого-то другого, они не преминут это сделать. А еще я вспомнил, что до сих пор не посетил «Шоколадную ласку».

– Судмагэксперты скоро сообщат нам о результатах, – сказал Арнольд.

– Надеюсь, – пробормотал я. – Спасибо, что уделили мне время.

– Я уже столько его потратил из-за этого печального события… Минутой больше, минутой меньше – какая разница?

На этой оптимистической ноте мы и распрощались. Я тут же набрал номер Джонсона. Не успел он снять трубку, как мой телефонный бесенок заорал мне в ухо, и я предположил, что Джонсон орет на своего бесенка.

– Вам позвонили похитители? Или ваша невеста?

– Мне очень жаль, нет, – Ах, как мне было жаль! Я рассказал Джонсону все, что узнал у Мэтта Арнольда, и спросил: – Вашим экспертам удалось определить, каким именно заклинанием усыпили Джуди?

– Минуточку, – попросил он. – У меня это записано, сейчас посмотрю. – Бесенок воспроизвел шуршание пергамента. Потом послышался голос Джонсона: – Ага, вот оно. Нашел, мистер Фишер. Судмагэксперты утверждают, что это ацтекское заклинание, призывающее Силу, именуемую Тот, Кто Зовется Мраком из Девяти преисподних, чтобы наслать сон на жертву. Тут у меня еще пометка – «заклинание, как правило, не употребляется с добрыми намерениями». Очень жаль, что вынужден это вам сообщить, сэр.

– А мне куда более жаль это слышать, – ответил я. Но я совсем не удивился, разве так, самую малость. Или за всем этим действительно стоят ацтеки, или же это дьявольский блеф, причем, боюсь, в буквальном смысле слова. Чем дальше, тем больше я сомневался в том, что это блеф.

В конце концов, если на то пошло, Ацтекия считает, что Конфедерация у нее слишком давно в слишком большом долгу. И в конце концов, Энджел-Сити опять-таки стоит на земле ацтеков. И город Святого Франциска, чуть севернее, – тоже. И Арид Зона, и Нью-Ацтекико, и Сноулэнд, и Денвер, и даже кусок Рудди. С ними Ацтекия была бы великой страной. Без них Конфедерации не было бы вообще.

А это уже из области политики. Я вспомнил слова Генри Легиона о нарушении баланса Сил. Уже понятно, что Уицилопочтли хочет вернуть свое. И если зеленое перо на самом деле зеленое перо, того же хочет и Кецалькоатль. До прихода испанцев эти Силы были соперниками. Но если они объединились… если это так, то Господи-храни-Конфедерацию! Впрочем, уже и так сохранил…

Я опять позвонил Кавагучи и спросил:

– Какой вид сонного заклинания применили в Бербанке?

– Минуточку. У меня это записано. – Ну, точь-в-точь Джонсон! Правда, ответ он нашел быстрее. – Ага, вот оно. Судя по отчету, это ацтекское заклинание, которое пробуждает Силу, именуемую Сопровождающим либо Скрипуном и отправляющую души жертв в Девять преисподних.

– Девять преисподних! – воскликнул я. – А не именуется ли эта сила еще и «Тот, Кто Зовется Мраком»?

– Такого наименования я здесь не вижу. Я проконсультируюсь с судмагэкспертами и перезвоню вам. И он перезвонил. Не прошло и пяти минут.

– Инспектор Фишер? Ответ на ваш вопрос утвердительный. Судмагэксперты интересуются, откуда вам это известно – в Энджел-Сити эту Силу обычно не вызывают.

– Я только что звонил на Лонг-Бич. Тот, Кто Зовется Мраком, – та самая Сила, которая усыпила Джуди. Кавагучи был кем угодно, но не дураком.

– Я немедленно свяжусь с Джонсоном, – пообещал он. – Эту ниточку необходимо изучить самым тщательным образом.

Мы в очередной раз распрощались, и я молча уставился на телефон, размышляя, что лучше: позвонить еще раз Генри Легиону или высказать Тони Судакису все, что я о нем думаю? Я не успел сделать ни того, ни другого: в дверь заглянула Роза:

– Би хотела бы побеседовать с вами и с Михаэлем. Вас обоих не было вчера на собрании, ей интересно, чем вы занимались.

– Нет, – коротко ответил я. Это прозвучало совершенно безразлично, как если бы – смешно сказать – кто-то смастерил механизм, способный говорить.

У Розы глаза на лоб полезли. Она знала, что я не в восторге от общих собраний, но когда начальство «велит явиться – он является, велит уйти – он исходит, ежели понимает, что ему во благо».

– Но, Дэвид… – начала Роза, пытаясь привести меня в чувство.

– Нет, – повторил я. – Не могу. Слишком занят. Когда ты заглянула, я как раз собирался немедленно выехать на «полевые работы». – Это не было правдой, но я решил именно так и сделать. Встав из-за стола, я рванулся к двери. Если бы Роза не отскочила в сторону, я протаранил бы ее.

– Дэвид, с тобой все в порядке? – закричала она мне вослед.

– Нет, – честно ответил я.

Безмерная усталость действует так же, как алкоголь: заставляет говорить первое, что пришло в голову. Впоследствии об этом часто сожалеешь. Интересно, а будет ли еще у меня работа, когда я вернусь?

Хорошо, что за последние несколько недель я изучил долину Сан-Фердинанда вдоль и поперек и смог долететь до Девонширской свалки, не думая о дороге: думать у меня явно получалось плохо. Когда я объявил Розе, что отправляюсь «в поле», у меня не было ни малейшего представления, куда податься и чем заняться. Допросить Тони Судакиса лично, вместо того чтобы делать это по телефону, показалось мне самым гениальным решением.